Путин. Прораб на галерах - Андрей Колесников

— И все эти три яда изображены на фоне черепахи. Мы, люди, за ней идем, так получается… по нашей традиции.

Хамбо-лама Аюшеев на рисунках показал Владимиру Путину путь одного из святых:

— Вот он ушел из дома проповедовать учение Будды. Занимался очень жесткими вариантами самоограничения.

Он рассказывал Владимиру Путину о развитии мира. Это развитие, чтобы было понятно, будет идти в направлении ослабления человека, деградации его. В буддистском предсказании сказано, что люди будут жить по пять лет.

— А сам человек будет размером с локоток. И единственный, — пояснил Хамбо-лама, — кому останется его тело, — это овца.

Президент не очень доверчиво качал головой.

— А вот наша святая Екатерина Алексеевна, долгожительница, у нее семь глаз…

(Так это же Екатерина Вторая, похолодев, догадался я.)

— Она была признана эманацией божества Белой Тары, — рассказал Хамбо-лама Аюшеев. — У нее действительно семь глаз. Ну вот как вы назначили семь федеральных округов…

Хамбо-лама старался объяснять доходчиво.

Следующим был храм, где в позе лотоса сидел Хамбо-лама Итигэлов. Здесь они остались втроем: Владимир Путин, Аюшеев и собственно Нетленное тело. Говорили они о чем-то своем, тоже, очевидно, нетленном, минут двадцать.

После этого в резиденции Хамбо-ламы, то есть в небольшом деревянном домишке, состоялось чаепитие с ламами.

— Я был сейчас в храмах, — рассказал Владимир Путин ламам. — Вы бережно относитесь к святым, сохраняете их.

Да еще в таком виде, что Итигэлов, как говорится, простудится на похоронах своих хранителей. А скорее всего, и не простудится.

— Итигэлов вернулся в 2002 году, — напомнил Хамбо-лама Аюшеев. — И кто тогда был президентом?!

Владимир Путин кивнул.

— И после прихода, — продолжил Аюшеев, — у нас установилась стабильность.

У нас тоже…

Владимир Путин вышел из резиденции Хамбо-ламы через час и вдруг пошел не к центральному храму, где полторы сотни монахов и преподавателей университета ждали его, чтобы сфотографироваться, а снова в храм к Итигэлову. Теперь он остался с ним наедине. О чем-то они не договорились. Но наконец-то Владимиру Путину хоть было с кем поговорить. Может быть, и Итигэлову тоже (позже пресс-секретарь президента Дмитрий Песков на вопрос, зачем Владимир Путин второй раз зашел к Нетленному, ответил исчерпывающе: «Как зачем? Попрощаться»).

* * *

Владимир Путин и папа римский обменялись подарками. Франциску досталась икона Владимирской Божией Матери («Матка Боска», — негромко прокомментировал польский сопровождающий), а Владимиру Путину — майолика с садами Ватикана.

— Вид на фонтан, — прокомментировал папа Франциск и залюбовался майоликой.

Владимир Путин между тем любовался иконой Владимирской Божией Матери. Потом поцеловал ее. Папа римский посмотрел на него, на нее — и тоже поцеловал (икону, разумеется).

Майолику целовать не стали.

* * *

На сцену актового зала Центра международной торговли, где проходил Всемирный конгресс соотечественников, Владимир Путин вышел первым, а за ним шел патриарх. Этому явлению предшествовала некоторая интрига. Они около минуты буквально препирались, кто должен пойти первым. И не то чтобы президент обязательно хотел выйти первым. Тут даже наоборот: он убеждал патриарха, что пойдет только вслед за ним, а тот настаивал на обратном. И в конце концов патриарх буквально подправил… даже, можно сказать, вытолкнул Владимира Путина на сцену.

* * *

Очевидно, что отношение Владимира Путина к Реджепу Тайипу Эрдогану не просто изменилось после сбитого бомбардировщика. Оно, если не ошибаюсь, меняется до сих пор, с каждым днем и даже с каждым часом, и совершенно не в лучшую сторону.

Оно, по-моему, даже за то время, пока Владимир Путин читал Послание Федеральному собранию, изменилось. Он начал с того, что «турецкий народ — добрый, трудолюбивый и талантливый». А закончил, оторвавшись от текста, соображением о том, что «только, наверное, Аллах знает, зачем они это сделали. И, видимо, Аллах решил наказать правящую клику в Турции, лишив ее разума и рассудка» (окончание потонуло в овациях).