Контрреволюция. Как строилась вертикаль власти в современной России и как это влияет на экономику - Сергей Алексашенко

Как потом это будет не раз, Путин не был готов терпеть критику в свой адрес и, восприняв ее как предательство человека, который претендовал на то, чтобы быть членом его окружения, потребовал остановить Березовского. Волошин так рассказал о логике Кремля: «…Всему когда-то приходит конец. Ситуация по поводу аварии на «Курске» была настолько драматична, а позиция управляемых Березовским журналистов была настолько одиозна, что стало очевидно: такое неформальное руководство Березовским каналом ОРТ должно быть прекращено… Моя цель… была одна – объяснить Березовскому, что управление им ОРТ закончилось. ‹…› Я ему об этом и объявил. ‹…› Лишь просьба – чтобы он прекратил управлять журналистами… Ничего большего нам не хотелось. Все, что захотели, в итоге сделали – Березовский лишился влияния и, собственно, не смог это влияние больше вернуть… Эрнсту [генеральному директору ОРТ] было сообщено, что он избавлен от какого-либо влияния. Эрнст, могу сказать, был счастлив. Ведь влияние Березовского было неформальным. Он звонил журналистам, он звонил Эрнсту. И эти его звонки не были как-то запротоколированы в уставе [компании]… Березовский так был расстроен потерей ОРТ, что хотел услышать это лично от президента и просил меня организовать встречу с господином Путиным. Я сказал, что обещать встречу не могу, но проинформирую Путина об этом. Я Путину сказал. К моему удивлению, он согласился: «Давай организуй. Скажу ему лично, что об этом думаю». Встреча прошла. Она была чрезвычайно краткой… Президент подтвердил, что Березовский больше не должен влиять на ОРТ и журналисты будут освобождены от его влияния»^[63].

В то время как Волошин всячески подчеркивал, что и он (Волошин), и Путин говорили только о «прекращении влияния» Березовского на ОРТ, другой участник процесса, Роман Абрамович, прямо сказал: «Меня попросили эти акции [пакет акций ОРТ, которым владел Березовский] купить. ‹…› Если бы президент или господин Волошин сказали мне не покупать акции ОРТ или если бы я почувствовал, что они против, то я бы близко к этому не подошел»^[64]. Через год ОРТ сменило название на «Первый канал», недвусмысленно отказавшись от слова «общественное».

Березовский не любил проигрывать и отказался признать свое поражение и на этот раз. Хотя в ноябре 2000 г. он эмигрировал из России, опасаясь ареста^[65], он решил попробовать взять реванш, для чего использовал купленный им ранее телеканал ТВ-6. В апреле 2001 г. Березовский пригласил туда многих журналистов НТВ, потерявших работу после перехода компании под контроль «Газпрома», и весьма быстро трансформировал канал из развлекательного в политически-информационный. Популярность канала стала быстро расти, и его рейтинги удвоились – с 7,8 % в начале 2001 г. до более чем 16 % в конце. Для Кремля это явилось еще одним доказательством того, что Березовский окончательно стал политическим противником и что возникавший авторитарный режим должен стремиться к тотальному контролю над информационным пространством.

В сентябре 2001 г. миноритарный акционер телекомпании ТВ-6, пенсионный фонд «ЛУКОЙЛ-ГАРАНТ», которому принадлежало всего 15 % акций, направил в суд иск о ликвидации компании, хотя ни один акционер или контрагент компании не предъявляли к ней никаких финансовых требований^[66]. В середине января 2002 г. ТВ-6 было ликвидировано по решению суда.

В середине 2002 г. Березовский предпринял еще одну попытку создать независимый от государства телеканал. По его инициативе крупные российские бизнесмены объединились вокруг канала ТВС, где никто из них не имел пакета акций более 10 %, но выделенные ими финансовые ресурсы оказались недостаточными для раскрутки нового телеканала с нуля. Конфликт между акционерами и ошибки менеджмента привели к тому, что уже черед год компания обанкротилась, хотя все время существования ее рейтинги повышались. Самый ценный ресурс – метровая частота и возможность организовать вещание на всей территории страны – отошел к государству, которое стало монополистом на этом сегменте телевизионного рынка. С этого момента информационное телевидение в России стало полностью контролироваться Кремлем (график 3.1).

Борис Березовский так и не вернулся в Россию и умер в эмиграции в 2013 г. Хотя он из-за границы пытался участвовать в российской политической жизни, его авторитет стремительно ослабевал, и к середине 2000-х он перестал быть влиятельным игроком. Таким образом, Владимиру Путину удалось убрать со сцены одного из ближайших своих союзников времен восхождения к вершинам власти, который одним своим существованием мог напоминать ему о событиях прошлого и который своими связями и энергией, несомненно, представлял угрозу политической стабильности.

Новые страхи

К середине первого президентского срока Владимир Путин консолидировал власть в своих руках, но это не избавило его от ощущения нестабильности положения. Кремлевская администрация, привыкшая к постоянной борьбе, не могла и (возможно) не стала искать иную парадигму поведения, а продолжала выискивать новые угрозы.

Став президентом России, Путин стремился демонстрировать высокую активность: он много ездил по стране, проводил большое количество встреч – и его администрация вскоре заметила, что государственные СМИ не привыкли жить в таком ритме и не успевали полноценно информировать население о деятельности президента. Для преодоления этой проблемы глава президентской администрации начал проводить еженедельные встречи с главными редакторами государственных СМИ, на которых рассказывалось о планах президента, предстоящих поездках и возможных решениях, которые готовились в Кремле. Постепенно в первой половине 2003 г. характер этих встреч стал меняться. По словам Марины Литвинович, постоянного участника таких мероприятий, «появились уже политические задачи, кого-то стали мочить периодически. Считалось, что у нас есть враги, обсуждалось, как их будем информационно мочить… Трансформация произошла и для меня незаметно»^[67].