Контрреволюция. Как строилась вертикаль власти в современной России и как это влияет на экономику - Сергей Алексашенко

Неожиданно для многих Кремль привлек на свою сторону группу независимых депутатов и согласился на построение коалиции большинства с коммунистами, фракцией ЛДПР, которая разделила между собой все руководящие посты в Думе. Такой поворот событий оказался весьма неожиданным для блока ОВР, который не только вынужден был признать поражение, но и отказался от выдвижения своего кандидата на президентских выборах, перенесенных после ухода Бориса Ельцина в отставку на март 2000 г. Политические позиции московского мэра Лужкова резко ослабли, а его партнер, бывший премьер-министр Примаков, решил уйти из активной политической жизни. Вскоре Путин поддержит его кандидатуру при выборе председателя Торгово-промышленной палаты^[47].

Столь масштабное поражение блока Лужков – Примаков, который Гусинский активно поддерживал, очевидно, лишало последнего политической защиты. Но тот продолжал атаковать Путина лично и его окружение, включая ФСБ, которая уже стала главным поставщиком кадров для нового президента. По словам Гусинского, он продолжал жить по инерции, не успев адекватно оценить глубину случившихся перемен^[48]. Он по-прежнему верил, что обладание самой мощной медиаимперией в стране гарантирует его безопасность. Но к этому времени Путин уже принял решение о том, что Гусинского следует убрать с политической сцены, – он публично заявил, что того нужно «поставить на место», и санкционировал отъем у олигарха медиаактивов.

Через пять недель после инаугурации Путина Гусинский был арестован по сфабрикованному обвинению. В следственный изолятор к нему пришел министр печати Михаил Лесин и сформулировал простой и понятный выбор: тюремное заключение или продажа всех медиаактивов «Газпрому». Гусинский, решив, что свобода лучше, чем несвобода, выбрал продажу активов и подписал соответствующее соглашение^[49]. Хотя борьба за НТВ продолжалась еще несколько месяцев, ее исход был предрешен: Кремль не гнушался использовать широкий арсенал средств – от выдуманных уголовных дел и ареста сотрудников до фальсификации судебных решений и силового захвата зданий и помещений. Эта схватка была закончена в апреле 2001 г., когда Кремль установил полный контроль над НТВ, а «Газпром» стал юридическим собственником медиаактивов.

В 2000 г. Владимир Гусинский покинул Россию и больше сюда не возвращался.

Поскольку идея тотального контроля над информационным пространством еще не проникла в Кремль, то НТВ сохраняла определенную независимость в информационной политике при условии отказа от какой-либо критики властей, которой обладала до осени 2002 г. Тогда, после захвата террористами здания Театрального центра на Дубровке, где 916 человек оказались в заложниках, из которых, по официальным данным, 130 погибли при штурме здания спецназом^[50], Путин инициировал новую атаку на телекомпанию. Не предъявив никаких доказательств, он лично обвинил руководство НТВ и журналистов в том, что они вели прямой репортаж с места событий и тем самым информировали террористов о действиях спецназа, готовившегося штурмовать здание. По требованию Путина руководство компании было уволено, а информационное вещание НТВ было поставлено под прямой контроль Кремля.

С такими друзьями враги не нужны

Борис Березовский, l’enfant terrible российской политики, несомненно, был одним из ярких и сильных игроков на российской политической сцене во второй половине 1990-х. Его трудно оценивать однозначно. Он был талантливым авантюристом, которого привлекали бизнес и политика. Березовский умел генерировать нестандартные и неочевидные для многих идеи и убеждать других в своей правоте.

Именно таким образом в 1994 г. он получил контроль над крупнейшим российским телеканалом. Принадлежавший государству «Первый канал» терял популярность, рекламный рынок еще не сформировался и не позволял поддерживать существование телеканала с большой долей новостного вещания. Удерживать контроль одновременно за несколькими федеральными телеканалами, не имея средств в бюджете на их развитие, государство не могло. В этот момент было принято решение о передаче одной из частот вновь созданному каналу НТВ Владимира Гусинского. Приватизировать крупнейший телеканал государство не решалось, и ему на помощь пришел Борис Березовский. По его предложению на базе «Первого канала» было создано акционерное общество ОРТ, в котором группа бизнесменов во главе с Березовским получила 49 %, взяв на себя обязательство финансировать развитие компании^[51]. Татьяна Юмашева так описала эту сделку: «В тот момент власть еще мало понимала, что такое телевидение, как оно может влиять на аудиторию. [Березовский] сообразил один из первых. Решение было принято. Коллеги-бизнесмены, каким-то образом согласившись на доводы Бориса Абрамовича, что он лучше всех разбирается в политике, доверили ему управление “Первым каналом”. Так у него возник мощнейший инструмент влияния…»^[52]

Березовский, несомненно, был очень близок к Кремлю и много участвовал в обсуждении и подготовке планов политических действий, но одновременно он искал для себя самостоятельное место в истории, место ее творца. Он порою не боялся не только выступать против планов Кремля в ходе келейных дискуссий^[53], но и открыто противостоять им. Так, весной 1998 г. Березовский уговорил харизматичного генерала Лебедя выдвинуть свою кандидатуру в ходе выборов губернатора Красноярского края, притом что Кремль открыто поддерживал шедшего на перевыборы действующего губернатора Зубова. Генерал Лебедь выиграл выборы с отрывом в 20 % голосов. «Березовскии торжествовал. Администрация президента, Белый дом… бесславно проиграли», – написала Юмашева^[54].