Секреты Российской дипломатии. От Громыко до Лаврова - Леонид Млечин

Меньше чем через год третий договор о сокращении наступательных вооружений был подписан. Президент Обама назвал Медведева «другом и партнером». Президент Медведев сказал об Обаме:

— У нас сложились очень хорошие личные отношения, возникло то, что принято называть личной химией.

2010 год вообще был успешным в двухсторонних отношениях США и России. Несмотря на противостояние России и Соединенных Штатов на пост-советском пространстве, обе страны поддерживают прагматическую стабильность. В Вашингтоне спокойно встретили решение Украины законодательно закрепить свой внеблоковый статус, хотя еще недавно активно поддерживали стремление прежних киевских руководителей вступить в НАТО. Соединенные Штаты приветствовали обязательство Грузии не применять силу в отношении Абхазии и Южной Осетии. Заметим, что ни Россия, ни США не вмешались в конфликт, раздиравший Киргизию…

В июле 2010 года в Москве проходило совещание послов. На встречу с ведущими дипломатами приехал президент Медведев. Заодно вручил министру Лаврову высокую награду — орден «За заслуги перед Отечеством» второй степени.

Президент назвал четыре приоритетных страны — Франция, Германия, Италия, Соединенные Штаты, с которыми надо создавать модернизационный альянс. Он впервые в истории Министерства иностранных дел потребовал, чтобы дипломаты сосредоточились на трех направлениях: модернизация экономики и производства; укрепление институтов российской демократии и гражданского общества; борьба с организованной преступностью. Таких задач перед дипломатами еще не ставили. Президент потребовал от дипломатов вовлекать другие страны в процесс модернизации России.

Медведев сказал и другие слова, которые тоже еще не звучали в такой аудитории:

— Интересам российской демократии отвечает следование как можно большего числа государств демократическим стандартам в их внутренней политике.

Дмитрий Анатольевич посоветовал послам:

— Исходя из многовекторности современной жизни, следует работать открыто, отказываясь от конфронтации, а иногда и просто снимать шоры, которые могут быть у любого государства и которые, наверное, существуют и у нас. Нужно находить в себе силы отрешиться от стереотипов, даже если они усвоены еще в период учебы в МГИМО. Один из примеров такой работы — преодоление трудного исторического наследия с Польшей. Необходимо мобильно реагировать на происходящее и действовать на опережение, а не пытаться догнать уехавший поезд, оглядываясь по сторонам в поисках тех, на кого можно свалить ответственность.

Традиционно подводя итоги 2010 года, Сергей Лавров заметил:

— Важнейшим результатом минувшего года я бы назвал заметное оздоровление международной ситуации. В значительной степени это явилось результатом новой атмосферы в отношениях между Россией и США.

В начале февраля 2011 года в Мюнхене на очередной конференции по вопросам политики безопасности министр Сергей Лавров и госсекретарь Хилари Клинтон обменялись ратификационными грамотами — договор о СНВ вступил в силу. Это символизировало улучшение отношений между Москвой и Вашингтоном. Тональность российской внешней политики вновь изменилась. И даже НАТО на какое-то время перестало восприниматься как исчадие ада.

— Поставлена задача вывести отношения членов Совета Россия-НАТО на уровень стратегического партнерства, — сказал Лавров. — Главное, чтобы это не осталось на бумаге.

С этими словами министра иностранных дел России нельзя было не согласиться. Слова в нашей стране с самых высоких трибун звучат правильные и красивые. Но, увы, не часто претворяются в дела.

В 2012 году Обама доверительно шепнул президенту Медведеву, что после своего переизбрания проявит большую уступчивость на переговорах о противоракетной обороне. Барак Обама остался в Белом доме на второй срок. А Дмитрий Медведев покинул Кремль, президентом вновь стал Владимир Путин.

В августе 2013 года Обама отменил намеченную на сентябрь встречу с Путиным. Спустя четыре года после попытки начать новую эру в отношениях между двумя странами американский президент пришел к выводу, что две страны настолько разошлись, что ему не о чем вести переговоры с российским руководителем.

В марте 2014 года Барака Обаму спросили, согласен ли он с оценкой видного деятеля республиканской партии Митта Ромни, назвавшего Россию крупнейшим геополитическим врагом Америки.

— Россия — региональная держава, и не из-за силы, а из-за своей слабости является угрозой для некоторых своих соседей, — с явным пренебрежением ответил Обама. — Действия России не представляют угрозу номер один для национальной безопасности Соединенных Штатов.

Американцы не уверены, что Россия — великая держава, поскольку в современном мире могущество страны определяется не способностью уничтожить другое государство с помощью ракетно-ядерного оружия. Великая держава — прежде всего богатая, процветающая страна с эффективной экономикой.

Но Обама ошибся. Россия отнюдь не «региональная держава в период заката». После вполне успешной реформы вооруженных сил, начатой при министре обороны Анатолии Эдуардовиче Сердюкове, и определенной модернизации Россия способна, говоря словами современных кремленологов, «удерживать свою историческую территорию, проецировать военную мощь на соседние регионы и карать недругов».

Теперь кремленологи пытаются понять стратегию и ментальность российских лидеров. Вот, к каким выводам они приходят.

Российский взгляд на мир сформирован драматическими событиями в стране после окончания холодной войны и распада Советского Союза. В Москве уверены, что сохранить статус великой державы можно лишь противостоя Соединенным Штатам, а не сотрудничая с ними.

Российские лидеры считают, что Вашингтон вмешивается в их внутреннюю политику, чтобы организовать смену режима в Москве. И Кремль должен показать миру, что способен ответить тем же. А способность победить определяется не экономическим и технологическим потенциалом. Смелость и решительность, готовность к наступательным действиям заставят врагов побаиваться тебя, а союзников — ценить твою дружбу.

События лета 2014 года вокруг Украины вообще резко изменили не только геополитическую ситуацию в Европе, но и — главное! — положение в стране.

Лозунг «Крым — наш!» был встречен абсолютным большинством населения страны с искренним восторгом. Люди увидели в возвращении Крыма не просто торжество исторической справедливости, но и, наконец, первый большой успех страны.

Последние десятилетия воспринимались как время неудач, постоянных плохих новостей. И вдруг все переменилось: Россия возвращает утерянное и вновь определяет события в мире! Россия доказала, что способна добиваться своего. Это осознание успеха вызвало невероятный прилив энтузиазма. Рейтинг Путина достиг заоблачных цифр, потому что все знали: Крымом страна обязана ему лично.

Политологи полагают, что когда в феврале 2014 года бурные события в Киеве неожиданно превратились в революцию и украинский президент Виктор Янукович утратил власть, в Москве сочли это сознательной акцией Запада с целью вырвать Украину из-под влияния России и включить в НАТО.