Черная метка оппозиции - Станислав Белковский

Помню как сейчас: в сентябре 2004 года Владимир Путин фактически отменил выборы губернаторов. Поводом для такого решения, прямо противоречащего духу федерализма, закрепленному в статье 1 Конституции России, стал теракт в Беслане. Путин сказал тогда, что, дескать, выборы губернаторов порождают страшный бардак, а пресловутый бардак влечет за собой неисправимый терроризм. И если не отказаться от выборов, то терроризм расползется по всей стране. Губернаторы же, которых отберет лично глава государства, покажут такую эффективность власти, которая и не снилась нашим мудрецам.

Уже тогда было ясно, что в концепции отмены губернаторских выборов присутствует известное лукавство. Что суть вопроса совсем в другом. А именно — в том, что федеральная элита еще в конце 1990-х годов решила, что региональные лидеры обнаглели и надо бы их как-нибудь загнать в стойло. Особенно остро вопрос встал после того, как в 1999 году всяческие руководители субъектов Российской Федерации, заседавшие о ту пору в Совете этой самой Федерации, выставили в неудобном свете тогдашнего руководителя кремлевской администрации Александра Волошина, явившегося к ним с предложением уволить Генпрокурора РФ Юрия Скуратова. Волошин, не будучи, увы amp; ах, прирожденным оратором, чего-то там мекал и бекал, пытался отделаться фразами типа «и так понятно, о чем идет речь» (гениальная формулировка для преподнесения в верхней палате парламента!), и в результате сенаторы того розлива сочли себя оскорбленными. Потому несчастного Скуратова, вроде как пойманного на несанкционированных сексуальных контактах (по нынешним меркам обвинение совершенно смешное), в тот раз не уволили. А Волошин ушел с сенатской трибуны как оплеванный.

Ну как тут было не упразднить губернаторские выборы! Но при непопулярном Ельцине этого было делать нельзя — в конце концов, он во многом пришел к власти на обещаниях регионам брать столько суверенитета, сколько они смогут проглотить. Кроме того, смущенный реформами 1990-х русский народ не очень-то воспринимал Бориса Николаевича как легитимного правителя (кстати, тут даже Дмитрий Медведев в ходе недавней встречи с несистемными оппозиционерами неожиданно признал, что выборы-1996 были не очень-то честными). И потому принять радикально антифедеративный шаг из дрожащих от посталкогольного синдрома ельцинских рук дорогие россияне могли бы и не захотеть.

Другое дело — Путин. К 2004-му он был абсолютно популярен, ибо уже почти поднял Россию с заскорузлых колен. А значит, мог проводить ревизию конституционного федерализма, не оглядываясь ни на какое народное брюзжание, сопелки и пыхтелки.

Ну и?

Семь с половиной лет фактического назначения губернаторов принесли что угодно, кроме управленческого счастья. Кремль нам обещал, что у власти больше не будет никакого, ни малейшего криминала. Но вот ведь странное совпадение — именно губернаторы с откровенно криминальной репутацией у власти много лет подряд отчаянно оставались. Президенты Путин и Медведев вносили их кандидатуры в региональные законодательные собрания с завидной настойчивостью, словно хотели подшутить над своей же публичной риторикой. Самый характерный пример — некий Сергей Д. по прозвищу Шепелявый, более 10 лет подряд возглавлявший регион, по названию похожий на «Приморский край». Кажется, на этой неделе Сергей Д. все-таки подал в отставку. Но едва ли потому, что в Кремль внезапно проникло осознание его околокриминальной сущности. Скорее, в силу того, что перед выборами 4 марта штаб Владимира Путина ищет любые способы повышения рейтинга патрона — в том числе и за счет увольнения откровенно непопулярных губернаторов, к числу которых относился пресловутый Д. К тому же вдруг выяснилось, что власти региона с названием, похожим на «Приморский край», почти что сорвали подготовку к грядущему саммиту АТЭС на острове с названием, похожим на «Русский». А делать это было необязательно, поскольку главы государств АТЭС — это вам не русский народ. Им трудно будет объяснить, что мост на остров построен, если на самом деле моста нет и в помине.

Впрочем, почти идеальным примером назначенного (де-факто, оставим юристам казуистику на тему «внесения в заксобрание с целью наделения полномочиями») губернатора стал нынешний глава Санкт-Петербурга Георгий Полтавченко. Человек исключительно набожный. Настолько, что, работая в 2000–2010 гг. полпредом Президента РФ в Центральном федеральном округе (ЦФО), христианнейше не занимался скорбной рутиной, а, как говорят умиленные свидетели грядущего обвинения на Страшном суде, в процессе вставания того или иного региона с намоленных колен пристраивал разных людей на посты сенаторов и вице-губернаторов.