Современный политик. Охота на власть - Рифат Шайхутдинов

С точки зрения реализации политической свободы важны права человека, в частности — избирательное право и прочие права. Демократическое устройство фиксирует наличие свободных людей в том смысле, что люди свободны формировать самостоятельную инстанцию власти — народ[223].

В плане реализации свободы в обществе таким механизмом служат общее доверие и в его рамках — статус человека. Статус, положение человека в обществе есть условие его свободы и указание на зону, в которой он может поступать свободно (например, статус дворянина предполагает ряд свобод). Наличие и закрепление статусов в обществе формирует общее доверие и признание (дворянину, имеющему статус, можно в той или иной степени доверять). Общим доверием пользуется бизнесмен, заработавший хорошую репутацию.

Расширение степени свободы человечества

Поскольку схематизм свободы закреплен в способах самоорганизации людей, то его реализация приводит к тому, что человечество на протяжении своей истории получает все большую степень свободы. Конечно, можно заметить сдвижки в обществе и в обратном направлении, то есть в сторону контроля, организации и ограничения свободы, что необходимо для повышения способности к мобилизации общества — к примеру, в случае атаки агрессора или для реализации новых великих свершений. Но после этого принцип свободы порождает обратную реакцию, то есть сдвижку к еще большей свободе и независимости, что в целом означает, что в обществе степень свободы увеличивается.

Примером реализации принципа свободы может являться американское общество. В нем был провозглашен и в значительной степени реализован приоритет свободы. Тем самым обществу был задан большой динамизм развития: американцы быстро освобождались от прежних систем норм (сначала феодальных, а потом норм раннего капитализма). Вопрос здесь не столько в провозглашении принципа свободы (это сделали довольно много других стран), сколько в том, что американцам действительно в значительной степени удалось его реализовать. Довольно интересный парадокс зафиксировал Фукуяма в своей работе «Великий разрыв» (4): в испаноговорящих странах Латинской Америки, несмотря на схожесть условий и копирование американской конституции и системы законодательства, не получилось такого же быстроразвивающегося общества, как в США. Проблема состояла в том, что, хотя аналогичные законы и были приняты, но социальная структура и система власти в испаноговорящем мире не предполагает действия принципа внутренней свободы. Люди там не борются за свою свободу. В США же принцип свободы не просто провозглашен: он является принципом жизни.

Способности людей, живущих в условиях свободы

Процесс расширения свободы в обществе ограничен теми требованиями, которые накладываются на людей, способных жить в условиях свободы.

Во-первых, степень свободы увеличивается в той степени, в которой в появляющихся зонах свободы люди способны нести ответственность за свои поступки и действия, отвечать за них не формально, а сознательно. К примеру, раб не отвечает за последствия своих поступков — за них отвечает его господин; свободный же человек сам несет ответственность за свои поступки. Это требование довольно сильное, поскольку предполагает достаточно высокую степень развитости интеллекта, этики людей, их способностей и возможностей. В этом смысле зоны свободы формируются людьми в той степени, в которой они могут нечто делать сами.

Во-вторых, расширение свободы для людей предполагает определенную их квалификацию. В этом смысле свободными становятся те люди, которые достаточно квалифицированы и подготовлены для того, чтобы самостоятельно организовать собственную деятельность, и которые не будут нуждаться в разного рода внешних вспомогательных конструкциях (институты, организации, государство и пр.).

В-третьих, появление новых зон свободы предполагает высокие способности людей к самоорганизации и внутренней организации людей. Речь здесь идет об умении людей выстраивать отношения и организации для разрешения собственных проблем (при этом не прибегая к ограничению свободы других). Появление зон свободы связано с тем, что люди начинают все более осваивать себя и свою природу.

Свободные люди

Ряд категорий людей не могут быть теми, кто они есть, не будучи свободными. Свобода есть условие их существования.

Свободными людьми являются, во-первых, люди, которые действительно стоят у власти (а не являются высшими чиновниками). Люди власти способны делать то, что считают нужным, невзирая на внешние обстоятельства. Во-вторых, свободными являются люди, которые стали кумирами: общество позволяет им быть свободными, поступать, как им вздумается, невзирая на внешние обстоятельства. В-третьих, это люди, достигшие некоторого совершенства в тех или иных областях, — они в этом смысле являются носителями образцов культуры[224]и могут их менять. Иными словами, максимальная свобода достигается тогда, когда люди выходят на границы известного: границы существующей культуры, границы власти, границы социальной организации и пр. В этом смысле расширение свободы тесно связано с процессами освоения человечеством самого себя, своего социального, культурного, властного устройства.

Освоение природы власти, появление таких способностей и возможностей, за счет которых мы можем власть изменять, модернизировать и переорганизовывать (чему и посвящена данная книга), в этом смысле означает фиксацию новой зоны свободы.

Свобода в России

Важно отметить, что свобода не присутствует в качестве базовой трансценденции власти[225]в России. Понятие свободы в этом смысле не присуще российской жизни. Вместо свободы в России есть понятие воли и ограничивающей ее справедливости: если в других обществах воля ограничивается наличием других людей (что и фиксируется понятием свободы, а именно — невозможностью причинить им вред в результате своих действий или нарушить их свободы), то в России ограничением воли служит справедливость.

В России люди в большинстве своем не готовы умирать за некоторую абстрактную свободу. Другое дело — ради справедливости, а также — ради реализации некоторой высшей идеи: как показывает российская история, ради такого люди готовы истребить полстраны, а остальные полстраны закабалить.