Продать и предать. Новейшая история российской армии - Владимир Воронов

Но по-настоящему игра во флажки развернется уже после Павла Грачева. 30 апреля 1997 года приказом министра обороны № 166 была учреждена игрушка непонятного назначения — личный штандарт министра обороны. Что это такое, зачем нужно и какую смысловую нагрузку несет, и ныне непонятно даже специалистам. По замыслу разработчиков личные штандарты — это «особо почетные персонифицированные знаки различия руководящих должностных лиц Вооруженных сил Российской Федерации, являющиеся символом их воинского долга и личной ответственности за руководство Вооруженными силами». Знак этот имеет возможность лицезреть крайне узкий круг лиц, поскольку предмету положено находиться только в служебном кабинете.

С того момента людей в форме буквально охватит флажковая лихорадка: началась тотальная штандартизация всех силовых структур и ведомств, право учреждать эти самые «особо почетные персонифицированные знаки» наряду с министром обороны получат руководители МВД, МЧС, СВР, ФСБ, ФСО… По военной линии штандарты ныне положены и министру, и всем его заместителям, начальнику министерского аппарата, руководителям служб, главкомам всех видов ВС, командующим родами войск, войсками военных округов, флотами, армиями, флотилиями, начальникам главных управлений МО… А вот собственно со знаменами и флагами до конца 2000 года не менялось ничего, это все те же советские боевые знамена: красное полотнище, красная

пятиконечная звезда на одной стороне, серп и молот — на другой, да еще девиз «За нашу Советскую Родину!». На гвардейских знаменах — портрет Ленина. Конечно, во время церемоний можно было использовать и государственный флаг Российской Федерации, но он не заменял знамя части. Так и соседствовали российский триколор с красными знаменами — Советская армия жива! Благо статья 64 устава внутренней службы все еще обязывает военнослужащих обращаться друг к другу «товарищ».

Все попытки привести военную символику в соответствие с реалиями обычно блокируются типовой аргументацией (как правило, депутатов Госдумы от КПРФ): «Под этими знаменами мы (наши деды, отцы) проливали кровь в Великой Отечественной войне!» 29 декабря 2000 года президент Путин подписал федеральный закон № 162-ФЗ «О знамени Вооруженных сил Российской Федерации, знамени Военно-Морского флота, знаменах иных видов Вооруженных сил Российской Федерации и знаменах других войск». Как позже станет известно, это было частью пакетного соглашения администрации Владимира Путина с думской фракцией КПРФ: коммунисты соглашались не препятствовать принятию актов о государственном флаге и гербе, получив в обмен восстановление советского гимна и обещание сохранить красное знамя в Вооруженных силах. Тогда знаменем Вооруженных сил стало… совершенно пустое красное полотнище. Абсолютно ничего — красный квадрат, каковой по замыслу «геральдистов» в штатском и погонах должен олицетворять преемственность традиций времен и советских, и чуть ли не Владимира Красное Солнышко.

Летом 2003 года красный квадрат сменили на пресловутую «плюшевую скатерть». Процедура обсуждения в Госдуме (4 июня 2003 года) проекта стала откровенным фарсом. Над ним тогда всласть поиздевались едва ли не все выступавшие. Депутат от СПС Андрей Вульф открытым текстом сказал: «Присутствие на одном флаге орлов и звезд неуместно, поскольку два этих символа как минимум противоположны друг другу в истории Российской Федерации». И добавил, что все это «очень похоже на скульптуры уважаемого Зураба Церетели, где всего много, всего побольше, и неважно, как это одно с другим состыковывается».

Георгий Вилинбахов, заместитель директора Эрмитажа, председатель Геральдического совета при президенте — государственный герольдмейстер, представлявший президентскую администрацию, выглядел на этом ристалище бледно. Он так и не смог внятно разъяснить принципы, на базе которых в телегу запрягли лебедя, рака и щуку, зато много говорил о посконной традиционности красной звезды.

Но, главное, Вилинбахов проговорился, назвав имя «главного конструктора» нелепицы: «Данный законопроект подготовлен в соответствии с предложением министра обороны Российской Федерации Сергея Борисовича Иванова». Имелось пожелание министра обороны, «чтобы было помещено изображение звезды», — «поэтому звезда и нанесена на почетные места, которые существуют на знамени». Вот вам и вся геральдика: если правила не велят, но министру очень хочется, то можно — герольдмейстеры у нас послушные, все подтвердят.

Доктор исторических наук Павел Корнаков, эксперт по государственной геральдике, тогда прямо сказал: у разработчиков были и другие проекты, «полностью выдержанные в традициях русской армии, но они оказались не нужны». И в финал вышел «геральдически несостоятельный и бессмысленный» вариант. А вообще эта бурная, дорогостоящая и эклектичная по форме деятельность — еще один показатель того, что наши Вооруженные силы немножко слабоваты — на голову.

* * *

Сергей Иванов покинул Министерство обороны в феврале 2007 года. Но, как оказалось, кардинально-то проблема не была решена — ни военная, ни политическая. Армия по-прежнему гнила и деградировала, потому как военный организм образца полуторавековой давности свое давно отработал — как винтовка Мосина и даже автомат Калашникова. Военная корпорация, даже и прореженная Сергеем Ивановым по поручению Кремля, для нынешней элиты столь же потенциально опасна, как и для тов. Сталина — его: иной организованной силы, способной на перехват власти, в авторитарном государстве нет. А у офицерского корпуса армии еще и большие претензии к другим корпорациям силовиков, которые получили все. Что, так и будем вечно решать проблему, перетрясывая кадры, поддерживая военный организм в состоянии перманентной нестабильности? Ослабленный организм может и не выдержать…

Да и внешний «враг не дремлет». Москва, конечно, пока еще не вынуждена отражать набеги Казанского ханства, да и шведы новой Северной войной не грозят, а французский президент Олланд и вовсе на Бонапарта не смахивает. И никто в здравом уме и трезвой памяти не станет бить в набат, крича «К оружию, граждане, Саакашвили у ворот!» Да и вообще, если верить Военной доктрине Российской Федерации (что прежней, утвержденной указом президента РФ № 706 от 21 апреля 2000 г., что новой — введенной в действие указом президента РФ № 146 от 5 февраля 2010 г.) у нас и врагов-то вообще нет, не считая НЛО и «международного терроризма». И что, лишь на основании успокоительных мотивов этого документа, да еще блистательных побед, одержанных над неустрашимой армадой тбилисского разлива, нам верить, что у современной России нет действительно серьезных военно-политических угроз? Автор не берет на себя ответственность протягивать перст в сторону главного вероятного и потенциального противника — на то есть специально обученные люди и учреждения. Хотя, с точки зрения автора, это совсем не бином Ньютона, и не надо обладать соколиным глазом, чтобы не разглядеть зреющий очаг немалой опасности на наших дальних-предальних рубежах, у самого тихого-претихого океана. Но, видимо, государству ближе проблема обеспечения политической лояльности — любой ценой, даже ценой таких «издержек», как судьбы сотен тысяч офицеров и реальная обороноспособность.