Горны Империи - Олег Верещагин

Денис вошел последним. Валерия Вадимовна поинтересовалась не без яда:

– Тебя тоже осмотреть?

Перед нею на столе лежали медкарточки – как новенькие, так и уже потрепанные.

– Я здоров! – сказал Денис. – А остальные?

– Это, – взгляд Валерии Вадимовны впечатался в потрепанные, – карточки тех из твоих протеже, которые работали на «Энергию», я их взяла в правлении. А это, – она пристукнула по новеньким, – результаты моего осмотра. Небо и земля! – она опять стукнула пальцем. – Я выпишу всем рекомендации, – Валерия Вадимовна придвинула чернильницу. – Будут выполнять – все еще можно выправить на месте… – Она задумалась и тихо сказала: – Ну, почти все.

– У кого-то что-то серьезное? – спросил Денис.

– Вот этот мальчик, Гена Ишимов, – Валерия Вадимовна говорила очень тихо, и глаза у нее были печальные. – У него не в порядке печень. Последствия облучения… очень мощного.

Денис закусил губу. Генка – рассудительный, умный парнишка, который ему сразу понравился…

– Так что же, – сказал он еле слышно, – ничего уже… И сколько он проживет?

– Не больше года, – сказала женщина.

– Года?! – Денис резко выдохнул. – Мам…

Валерия Вадимовна размышляла несколько секунд. Потом улыбнулась:

– А ты правда за них переживаешь… Ты же их знаешь всего несколько дней… – Денис неопределенно покривился. – Конечно, сделать можно все. И я сделаю – мальчик поедет в Империю лечиться. Думаю, через пару месяцев он выздоровеет.

– Я не буду ничего говорить ему, – решил Денис. – А ты, мам… ты сделай поскорей, чтобы он поехал, хорошо? И еще… в школу ведь положен фельдшер?

– Ладно, ладно, ладно! – Валерия Вадимовна нахмурилась. – Я все поняла. И не надо мне сейчас про наше будущее и подрастающее поколение. Из первого же выпуска фельдкурсов будет вам штатный фельдшер. Если вы эту школу вообще построите.

– У тебя сомнения? – Денис подбоченился.

Валерия Вадимовна хмыкнула:

– Естественно, раз ты принимаешь участие в стройке. Тут вполне может воздвигнуться внештатный космодром.

Денис засмеялся, выдернул мать из-за стола и закружил по выгородке.

– Пусти, балбес! – Валерия Вадимовна перехватила руки сына и крутнула его так, что он волчком «вышел» наружу, откуда немедленно послышался галдеж. – Вот еще, – женщина хмыкнула, собрала карточки в стопку, глянула в наспех повешенное металлическое зеркало – и, подумав, сделала фуэте.

А потом показала отражению язык…

…Снаружи «осмотренных» поджидала нехилая компания сурово настроенных родителей. Денис, вышедший первым, сперва обалдел от вопросов – довольно угрожающих, – смысл которых сводился к следующему: зачем это детей осматривают?! Сама постановка вопроса ошарашила Дениса, а кандидаты в пионеры вообще носа наружу не казали. Постепенно в выкриках вырисовался лейтмотив: кто-то кому-то сказал и еще кто-то услышал, что осмотренных детей – чтобы не болтались без дела, раз уж на шахтах работы нет – отправят в лес, валить деревья. Мол, приказ Бахурева такой.

Денис стремительно осатанел. Он сбежал со ступенек (над входом уже была новая вывеска – «ВЕДЕТСЯ СТРОИТЕЛЬСТВО НАРОДНОЙ ШКОЛЫ!!!») и перекрыл взрослые голоса, перелетев на дискант:

– И меня первого туда отправят, бригадиром первой бригады!!! А из поваленного леса памятник Бахуреву будем строить!

От такого заявления толпа ошалела и примолкла, соображая, шутка это или довесок к страшной правде… а Денис усилил напор:

– Ну взрослые же люди! Вам ваши сыновья и дочери вчера дома про пионеров рассказывали?

Он угадал, – конечно же, все дома изложили свои виды на будущее. Поэтому мекание из толпы – с разных концов – было утвердительным. Денис обернулся:

– Олег, тащи сюда уставы, какие остались!

– Два всего, – Олег спустился по ступенькам.

– Давай два, – Денис сунул книжечки в первые попавшиеся руки. – Вот, почитаете – дальше передадите… если грамотные. А сейчас, раз уж пришли – по очереди внутрь, Валерия Вадимовна будет вам… – Краем глаза Денис увидел в окне лицо матери – оно выглядело весьма многообещающим. Но отступать было некуда… – …инструкции давать, как ваших детей… гм… э… подтянуть.

– Куда? – обморочно пискнула какая-то женщина.

– В будущее! – гаркнул Денис. – Давайте, по одному заходите!

После недавних событий авторитет Вадимны в поселке был непререкаем. Поэтому толпа стремительно преобразовалась в очередь.

– Тетя Валя тебе уши оторвет, – прошептал Денису Олег.

– Сегодня Иван Купала, – шепнул в ответ Денис, – а до завтра она остынет… А кто эту чушь про лесоповал сказал? – это он обратился уже к очереди (с крыльца постепенно спускались и подходили к родителям «осмотренные», начинались разговоры).

Выяснилось, что, как обычно, никто ничего вроде и не говорил – слух возник сам собой… Щуплый мужичок вдруг обратился к Денису:

– А скажите, значит, это… товарищ Денис… – (мальчишка спрятал улыбку). – Племяш мой… Чакин… Никитка… Он сказал, что вроде как по сапожному делу нужда?

– Нужда, – кивнул Денис. – Ботинки нужны, вот такие… – он покрутил ногой.

Мужичок немедленно встал на колено и осмотрел обувь Дениса. Похмыкал и уже ничуть не заискиващим, уверенным голосом сказал:

– Хорошая работа. Уважаю. А только я лучше сделаю… – Он выпрямился.

– А! – Денис хлопнул себя по лбу. – Вы – дядя Никиты?

– Чакин Илья Ильич, – мужичок протянул руку, Денис пожал ее (у хилого дядьки оказалась крепкая лапища). – Сапожник… Я так понимаю – на всю вашу команду ботинки нужны?

Денис кивнул.

– Можно сделать, – заявил Чакин.

– На лето – и ботинки, – осуждающе сказала какая-то женщина. – Не напасешься.

– У тебя и зимой босые бегают, – ответили ей.

Затеялся женский спор. Денис на него не обращал внимания.

– Сколько вы берете за пару? – спросил он. – Материал ваш. Кожа, что там еще…

– Эх… – Илья Ильич вздохнул. Махнул рукой. Плюнул.

Денис от нетерпения поджал пальцы в своих ботинках. Ну же, ну, Илья Ильич, миленький, давайте…

– Никитка да еще двоих пацанов давай – и стачаю с таком. Только поработать придется. По времени. Само собой.

– Бесплатно? – Денис надеялся на это, но теперь не верил. – Уйма работы. А жить вам как?

– А как раньше жил? – Сапожник опять махнул рукой, но уже не отчаянно, а скорей лихо. – А тут – своим.

– Вот что, – Денис вздохнул. – Пятьсот тысяч в месяц буду платить. Это мало, я знаю. Но…

– Я ж сказал… – Илья Ильич нахмурился, но Денис поднял руку: