МИФЫ. МИФОподставы - Роберт Линн Асприн

Первый клиент, который вошел в мою дверь.

Я сидел за столом, нервно барабаня кончиками пальцев по столешнице. Я все еще не пришел в себя после разговора, но был полон решимости добиться успеха, как никогда ранее. На карту было поставлено слишком многое: моя репутация, моя дружба – и особенно моя гордость. Глип лежал на полу, положив подбородок мне на колени. Он закатил свои большие голубые глаза и посмотрел на меня. Я кончиками пальцев почесал ему уши.

– Что, если у клиента не будет проблемы, которую можно решить с помощью денег? – спросил я у Банни. Моя секретарша стояла, подпирая бедром дверной косяк. Услышав мои слова, она наморщила вздернутый носик.

– Серьезно, Скив, сколько таких людей? В конечном итоге большинство проблем так или иначе связаны с деньгами. Буду честна. Если это действительно что-то не связанное с финансами, я пас. В противном случае бери то, что я тебе даю. То же самое и с Аазом.

– Мы проследим, чтобы он придерживался всех надлежащих условий, согласны? – сказал Корреш. Чтобы составить мне компанию, они с Нунцио притащили в мой кабинет из вестибюля пару стульев. – Маленькая сестренка сидит с Аазом, чтобы тот не мухлевал. Интересненькое соревнование, что скажешь?

Интересненькое. Да уж. Я пожал плечами.

– А не перекинуться ли нам в демонский пинокль, чтобы скоротать время? – спросил Нунцио писклявым голосом.

– Спасибо, но я не смог бы сосредоточиться, – ответил я.

– Не волнуйся, Скив, – сказал Корреш. – Ты же знаешь, мы все болеем за тебя.

Я просиял:

– Вы хотите, чтобы я победил?

После того как Ааз ушел, я потом еще долго пытался восстановить наш с ним разговор. Увы, в голове у меня была каша. Наверно, мне не стоило пить больше одного бокала вина, но как же легко вновь поддаться дурным привычкам! Например, соглашаться со всем, что хотел Ааз. Я очень нервничал из-за того, что другие думают о нашем состязании. Когда этим утром Ааз появился у входа в палатку, большинство моих старых друзей были с ним. Они договорились о том, кто останется с каждым из нас, предложит помощь или просто понаблюдает. Слишком поздно я осознал, что они все так или иначе были заинтересованы в исходе нашего спора, однако испытал облегчение от того, что, похоже, они в принципе не возражали против него.

Корреш погрозил мне пальцем:

– Послушай, мне все равно, кто из вас победит. Вы с Аазом поставили условие: кто выиграл, тот и выиграл. Моя дружба по-прежнему принадлежит вам. Я приму любой результат, главное, чтобы состязание проводилось честно. Если выиграешь ты, я знаю, чего мне ожидать после стольких лет в качестве твоего партнера. Я не стал бы возражать, если бы старые добрые деньки вернулись, за некоторыми исключениями, конечно.

– Конечно, – повторил я.

– Если победит Ааз, наверняка произойдет ряд изменений, ведь у него другой способ ведения бизнеса, но я не думаю, что это будет несовместимо с нашими прежними правилами.

– Может, да, а может, и нет, – вздохнул я. – Наверное, я просто не признавался себе, что хочу снова быть начальником, когда вернусь. Наверное, потому, что я не знал, каким еще образом смогу вписаться в вашу корпорацию.

– Не продавай себя задешево, Босс, – пискнул Нунцио. Подняв голову с моих колен, Глип посмотрел на него и издал полный надежды звук. Мой вышибала умел так нежно почесать дракону за ушами, что тот мурлыкал, как кошка. – У тебя все получится. Ты всегда называл нас партнерами. Это я к тому, что у тебя не должно быть проблем, что бы ни случилось.

– Ага, – сказал я. – Наверное.

Это в значительной степени подвело итог моему мысленному уроку географии. Я должен был понять, куда на самом деле вписываюсь, выиграл ли я это пари или нет и не кривил ли я душой, называя их всех своими партнерами.

Из гостиной донесся шепот, а затем Банни повысила голос.

– Разумеется, принцесса Гермалайя. Я проведу вас в офис мистера Скива.

Принцесса! Если уж это не денежное дельце, то не знаю даже, что может им быть! Я вскочил на ноги. Корреш последовал моему примеру, правда, несколько медленнее, из-за мебели и потолка, который был слегка низковат для парня его роста.

– Окей, Босс, – сказал Нунцио, вставая и поправляя свои острые как нож лацканы пиджака, – представление начинается!