Земля лишних. Горизонт событий - Александр Долинин

Ну вот, теперь узнал, что хотел, можно и в мастерской поковыряться, как раз нужно рукоять очередного ножа оконтурить…

Зажав в тисках деревяшку с уже вклеенным в нее клинком, я неторопливо возил по ней рашпилем минут пять, больше прислушиваясь к звукам, доносящимся снизу. Затем включил радиостанцию в режим сканера и почти сразу услышал оживленную ругань – кто-то на катере пытался войти в гавань порта и при этом чуть не врезался в рыбацкое судно. Наверное, стоило даже записать их диалог, чтобы впоследствии изучить особенности местных ругательств…

Через некоторое время мне захотелось пить, и я тихонько проскользнул на кухню по коридору мимо гостиной. Так, Эвелин что-то рассказывает, смеясь и энергично жестикулируя, а Джинджер смотрит на нее и улыбается. Вроде все нормально…

Магда уже закончила свои кухонные хлопоты и собиралась домой.

– Спасибо вам за вкусный обед… Вернее, ужин, но это неважно!

– Я приду завтра в одиннадцать, как обычно?

– Думаю, что лучше – часов в двенадцать, они, скорее всего, будут болтать допоздна.

– Хорошо. – Она согласно кивнула. – До свидания!

– До свидания!..

Через пару минут Магда уже выруливала на своем шведском вездеходе в сторону улицы. Хорошая она все-таки тетка! По крайней мере, мне так кажется на данный момент. Ладно, буду пробираться назад, что-то в гостиной подозрительно тихо…

Заглянув в комнату из коридора, я увидел, что Эвелин чуть ли не навзрыд плачет на плече у Джинджер, громко всхлипывая, а та гладит ее по голове и что-то тихо говорит. Увидев меня, она сделала выразительный жест рукой – «Исчезни!..», пришлось выполнить ее пожелание. Ну и ладно, посижу в мастерской еще немного. Кстати, сока в кувшине почти не убавилось, а бутылка с вином явно ополовинилась. Во дела!..

Переключив радиостанцию на прием местной музыкальной программы, я снова занялся делом – рукоять ножа потихоньку стала принимать осмысленные очертания. Вот, скоро уже можно переходить к чистовой отделке, лишь бы гарду не поцарапать крупной наждачкой… А ничего так получается, сейчас бы линию рукояти чуть пониже свести, а вот здесь нужно чуть потолще сделать, чтобы удобнее вынимать из ножен…

Я уже начал обрабатывать рукоять ножа наждачной бумагой, когда неожиданно услышал позади шаги и поскрипывание ступенек лестницы.

– Вот ты где! Значит, это и есть твоя мастерская? – услышал я голос Эвелин.

Повернувшись, увидел ее во вполне нормальном состоянии, разве что чуть покрасневшие глаза и носик выдавали то, что она совсем недавно плакала.

– Да, вот здесь я часто работаю. Еще иногда радио слушаю, если работать не хочется…

Эва подошла вплотную ко мне и скрестила руки на груди.

– Интересно тут… Только пыли много.

– Надеюсь, у тебя нет аллергии на древесные опилки? А то чихать долго будешь.

– Пока не замечала. А что делаешь сейчас?

– Вот рукоять у ножа обточил, сейчас начал делать ее гладкой, поэтому и мелкой пыли много.

Осмотревшись по сторонам, она заинтересовалась портретом Бригитты с котом на руках, висевшим на стене.

– А кто это? Красивая…

– Это… Бригитта, моя первая жена. Она погибла…

Что-то кольнуло в сердце, и защипало в глазах. Я отвернулся и стал смотреть в окно.

– Прости меня, пожалуйста, – дотронулась до моего плеча Эвелин.

– Ничего, бывает и хуже… А где Джинджер?

– Пошла носик попудрить, а я решила посмотреть, чем ты занимаешься. Для кого сейчас нож делаешь?

– Если понравится, себе оставлю. Пока не знаю, просто тренируюсь.

Внезапно в коридоре раздался голос Джинджер:

– Вы где, наверху?

– Да, здесь! – откликнулся я.

– Спускайтесь, посидим все вместе.

Увидев меня, она тут же распорядилась:

– Иди вымой руки, а то занимался неизвестно чем… Эвелин, ты там ничего не трогала без разрешения? А то он этого не любит…

После визита в ванную я вошел в гостиную и увидел их обеих сидящими на диване. Эва уже успела сменить платье на шорты и просторную футболку (и когда только переоделась?..). Телевизор был включен, и диктор как раз зачитывал очередные местные новости.

– Садись к нам, сейчас фильм начнется! – Это Джинджер продолжает командовать.

С некоторым опасением я уселся посередине дивана, и с двух сторон ко мне сразу придвинулись обе дамы. Судя по одновременности их действий, они договорились обо всем заранее.

– Не бойся, мы тебя не загрызем… По крайней мере, сегодня… – Это Джин так пошутила, и они тихо засмеялись.

Потом весь фильм мы просидели, держась за руки. Фильм оказался гибридом мелодрамы и боевика, так что дамы периодически смахивали слезы во время особо трогательных сцен. А я сдерживал рвущийся наружу смех, когда главный герой непрерывно палил из шестизарядного револьвера чуть ли не пулеметными очередями, причем без всякого намека на перезарядку.

Когда по экрану поползли финальные титры, Джинджер обратилась ко мне:

– Мы с Эвой еще немного поболтаем в спальне, так что сегодня поспи здесь на диване, пожалуйста.

– Только слишком не увлекайтесь разговорами, ладно? Кстати, я сказал Магде, чтобы приходила в двенадцать, так что у вас будет время выспаться.

– Умница ты моя! – Джин поцеловала меня в щечку, и они пошли в спальню, начав что-то обсуждать еще в коридоре.

Но до «отбоя» они решили еще немного поплавать в бассейне, а я почему-то поднялся в мансарду и допоздна слушал разговоры в эфире, не включая освещение. Окно выходило как раз в ту сторону, где раздавался плеск воды и смех, так что можно было судить об их настроении. Когда купальщицы вышли из воды, я переключился на музыкальную передачу и долго слушал звенящие мелодии Electric Light Orchestra…

Наконец решил тоже пойти спать, по дороге тихонько заглянул в спальню. Мои девочки уже давно смотрели сны, укрывшись каждая своим одеялом. Разве что прижались друг к другу спинами, но это мелочи. Я подкрался и осторожно получше укрыл каждую. Посмотрим, во сколько они утром проснутся… Все, теперь можно и самому на диван…

* * *