Искусственный отбор - Сергей Джевага

– Куда мы летим? – спросил Миронов, продолжая изучать местность. Убегать и скрываться будет трудно. Зря, ой зря, не выказывал интереса к краю, не ходил в походы.

– На базу, – отрезал Угорь. – Не задавай лишних вопросов.

Бывший агент промолчал. И так понятно, что среди скал и лесов тайную твердыню устроить легче. Да и возвращение пленника в Пангею – неоправданный риск лично для Накамуры. Что ж, сейчас все равно дергаться нет никакого смысла. Лучше подождать, восстановить силы.

Взгляд сам собой обратился к забытому Филином бутерброду.

– Угощайся.

Командир достал из ящика под скамейкой увесистый пакет с бургерами, положил рядом с пленником.

– Благодарю.

Сколько бы ни ел, сытость не приходила. Пищеварительная система расщепляла еду с бешеной скоростью. Но какой-то эффект присутствовал. По телу растеклось приятное тепло, сердце стало биться ровнее, звон в ушах исчез. И хотя Угорь поглядывал с возрастающим подозрением – какой исток способен так жадно жрать, – остановиться Миронов не мог, телу требовалась энергия и строительный материал.

Увлекшись ранним завтраком, он пропустил миг, когда транспорт начал снижаться над лесистым склоном ничем не примечательной горы. Внизу, среди пышных сосен мелькнула куполообразная крыша какого-то здания, возникло пятно посадочной площадки.

Чувствительный толчок ознаменовал приземление. Не без сожаления вернув пакет с провиантом, Игорь кое-как встал и поежился, когда из приоткрытого люка дунуло ледяным ветром, прищурился на свет. Сзади грубо толкнули в плечо.

– Шагай!

После душной атмосферы трюма запахи хвои и дождя пьянили, голова кружилась. Игорь непритворно покачнулся, пару раз глубоко вдохнул и мельком огляделся.

Полукруглый дом со стеклянным фасадом выглядел скучным и серым. Скорее летняя резиденция преуспевающего дельца или политика, чем секретная база. Вокруг свинцово поблескивали лужи, мокрые деревья вяло подрагивали и сыпали крупными каплями… И как раз влага выдавала местоположение люков на крыше, а в кустах сверкали росой тончайшие паутинки. Гнезда турелей, резаки-тросы.

Присмотреться внимательнее не дали, Баюн с Вдовой подхватили под руки и силой поволокли к широкому крыльцу. Потратили секунду на идентификацию, завели в безлюдный холл и потащили по широкой лестнице на второй этаж.

Законник не упирался. Напротив, прикинулся окончательно разбитым, обвис на руках. Попутно подметил и странную аскетичность обстановки, и холод.

Здесь давно никто не жил по-настоящему. Да и жили ли? Пыли немного, но как раз пыль на львиную долю состоит из отмерших чешуек кожи, остальное – частицы земли, дерева, ткани и прочего, что проникают в помещение через открываемые двери. А тут ничего, и незаметно, чтобы часто проводили уборку.

Мебель тоже смотрелась так, словно поставили наспех, а не тщательно выбирали место, как поступает большинство людей в стремлении к красоте и уюту, простому удобству. Да и той – пара офисных диванов, металлические стулья, хромированный стол. Зато полно камер под потолком.

Перевалочный пункт. Или обманка, а настоящая база внутри горы. Следовательно, и выбираться будет нелегко, если вздумают запереть на уровнях ниже.

Но на втором этаже изгой забыл о начальном впечатлении, ибо чувство дежавю вернулось. Бойцы притащили его в длинный зал с зеркальным полом и потолком, точную копию кабинета в башне «Дженетик Индастриз». И тут тоже наличествовал огромный стол у дальней стены, пара кресел…

В одном, естественно, сидел Они. Задумчиво следил за каплями, сбегающими по стеклам, и неторопливо прихлебывал неизменный чай.

Услышав шаги, японец степенно повернулся, окинул пленника внимательным взглядом. Лицо осталось непроницаемым, но в глазах отразилось чувство глубокого удовлетворения. Игорь же испытал острый приступ фрустрации от невозможности разбить холеную физиономию, сочащуюся презрением ко всему сущему.

Любое неосторожное движение пресекут. И даром, что в комнате лишь анимоды, двоих достаточно. Да и десяток стволов сейчас внимательно смотрит в грудь пленника из скрытых ниш.

Раз сглупил и попался, играй, тяни время…

И Миронов погасил гнев. Послушно сел в кресло, глянул исподлобья.

Тэкеши по-прежнему строгий, аристократичный и невозмутимый как фарфоровая кукла. Впечатление портили разве что тени у глаз, сеточка лопнувших капилляров в белках и резкие морщины на гладкой ранее коже. Воротник белоснежной рубашки поднят слишком высоко, будто глава корпорации прятал какую-то рану. Да и вообще выглядел усталым.

Странно. Моды не болеют в принципе.

– Игорь Константинович, – сдержано произнес Они, поставил чашку на стол.

– Господин Накамура, – вернул мяч бывший агент. Поддался хулиганскому порыву и вытер пальцы о подлокотник кресла, стряхнул на стерильный пол комья земли.

– Никогда не понимал вашего менталитета, – сказал японец, брезгливо рассматривая грязь. – Вы не умеете с честью признавать поражения. Это от славян.

– Русские не сдаются, – ответил изгой, растянув разбитые губы в ухмылке. – Дикари-с… Хотя русские официально исчезли больше ста лет назад. Как и китайцы, корейцы, казахи, немцы, французы. Есть евразийская нация, единая и неделимая.

– Политика уменьшения трений, политкорректности и толерантности, – парировал глава корпорации. – Вы забываете о культурном поглощении. После Войны начались глобальные миграции, от большинства народов остались капли на ветру, и славяне стали доминировать.

– Коварные русские, – хмыкнул Игорь. Пожал плечами и добавил: – Меня притащили сюда, чтобы высказать ноту протеста?

– Нет, – равнодушно изрек Тэкеши. – Жизнь идет по кругу, не так ли? Или спиралью…

– Люблю стабильность, – кивнул беглый законник. Красноречиво осмотрелся, сплюнул на пол кровью и грязью. – Но не сейчас.

В глазах Накамуры мелькнуло отвращение. Как же, враг пленен и повержен, но продолжает дерзить. А по идее должен преклонить колени, харакири сделать. Но японец предпочел не замечать провокаций, расчетливо улыбнулся.

– О, понимаю. Вы так долго бегали и от ПСБ, и от нас. Но неужели думали, что сумеете скрываться до бесконечности?

– Нет. Но ставил на других.

– Служба безопасности недооценила наши ресурсы. Суд, ложные обвинения, аресты имущества и активов… Неприятно, но терпимо, мы готовились к подобным эксцессам. К тому же у них свои проблемы. С правлением Пангеи в частности, с протестными настроениями населения. Устроенная вами маленькая война не осталась незамеченной, но собак спустили на безопасников.

– Не без вашего участия, конечно.

– Политика… здесь надавить, там подсказать или подкупить. И новости окрашиваются определенными эмоциями, заставляют думать обывателей в нужном направлении.