Искусственный отбор - Сергей Джевага

Он бежал. Настолько быстро, насколько мог. То и дело спотыкался о корни, прячущиеся под слоем сушняка. Обдирал кожу о колючки и острые красные листья. Пошатывался, хрипло с клокотанием дышал, пытаясь глотать раскаленный воздух. А молочно-белые стволы деревьев то превращались в высушенные временем причудливые скелеты, то расплывались клочьями плотного белесого тумана. Алая листва казалась кровавой пеной, черное солнце, мелькающее в кронах – огромным зрачком неизвестного существа.

От пристального холодного взгляда становилось не по себе, хотелось завыть. И Он выл, хотя понимал, что нужно хранить молчание. Что преследующему Чудовищу будет легче держать след.

Но как не закричать, когда настолько страшно?

Монстр настигал. Он слышал хруст сучьев в ближайшей рощице, топот мягких лап, чувствовал горячее дыхание. Ощущал голод и ярость существа, что томилось без пищи целую вечность. И с возрастающим ужасом понимал, что спасения нет.

Это мир Чудовища.

Но Он хотел жить. Древний инстинкт самосохранения не желал сдаваться, гнал прочь. Через лес с белыми деревьями и багровой листвой, через мир, где царствовали оттенки серого и алого. Он обессилел, стонал от боли, но сначала открылось второе дыхание, потом третье. И бег стал сутью, смыслом, целью.

Глупо.

Ведь монстр именно этого и добивался. Чтобы жертва потеряла разум, мчалась без оглядки. А в своем мире Чудовище знало каждую тропку, каждый окольный путь.

Опасность Он почувствовал слишком поздно. Насторожился, когда понял, что шум за спиной подозрительно затих. И припустил быстрее, осматриваясь по сторонам – ни шелохнется ли куст, ни сыпанет ли листвой.

Но и за такую мелочь настигла кара, под ноги предательски бросился очередной извилистый корень. Он не удержался, покатился кубарем, вломился в кусты и сорвался с обрыва на берегу мелкой черной реки. В ребра впился твердый булыжник, острая осока посекла спину. Он ободрал колени и живот, остановился у кромки воды.

Куда-то мчаться стало в принципе бессмысленно. Так как, едва очнувшись, Он увидел Чудовище. Монстр стоял неподалеку и смотрел на беглеца. Осмысленно, хищно, с предвкушением. И широко ухмылялся, показывая острые черные зубы.

Волк… огромный белоснежный волк с невозможными в мире серого и алого ярко-желтыми глазами. Под плотной шкурой упругими шарами прокатывались мощные мускулы, из пасти рвался низкий рык.

Понятно, почему Чудовище было невидимым в лесу.

Мысль пробежалась юркой мышью и исчезла, следом навалился удушающий страх и тоже схлынул. Цель изменились. Раньше Он бежал, чтобы выжить. Теперь просто выживал.

Руки нащупали извилистый сук, колени подогнулись, подготавливая тело к броску, легкие вобрали побольше воздуха вместе с запахами волчьей шерсти и тины. Поймать в прыжке, опрокинуть, ударить по голове, оглушить и нащупать острым краем палки сердце…

У Него нет когтей и клыков, но есть разум, дубина и страстное желание жить.

Волк зарычал громче: мол, не поможет тебе ничего. Ты слаб, твои мышцы хуже моих, зубы маленькие и тупые. Сделал несколько осторожных шагов вперед, отскочил, увернувшись от неуклюжего удара. И присел ниже, прыгнул.

Все произошло моментально. Но Он таки успел почувствовать, рванулся навстречу. Принял мохнатое тело на плечо, охнул и попытался толкнуть, лишить равновесия. Однако почему-то очутился в воде донельзя обескураженный, а на спине возникла неподъемная тяжесть.

Поясницу рванули когти, Он закричал. От боли, от осознания поражения. Отчаянно рванулся, попытался вывернуться, но раскаленные зубы перехватили затылок, нажали. И боль ушла. Откуда-то издалека донеслось утробное ворчание, хлюпанье, мокрый хруст. Он осознал, что это звук ломающихся костей… Его костей.

Жажда жизни вскипела с такой силой, что разум взорвался, растекся вокруг. Смешался с водой, проник в листву и почву, устремился в небо. Он ослеп, но ощущал близкий огонек чужого Сознания. И невольно потянулся, ухватился.

Мир преобразился, стал цветным и ярким, наполненный запахами и звуками. В груди мощно и быстро стучало сердце, мускулы слегка ныли от долгого бега, а желудок сыто урчал.

Он удивленно принюхался. Затем сообразил, что стоит на четвереньках в воде. У его ног лежал труп высокого худощавого мужчины. Костистого, широкоплечего, с темными волосами и смуглой кожей. Средних лет, с гордыми и резкими чертами лица. На спине человека зияли страшные рваные раны, горячая кровь растекалась по реке, а одной руки не хватало.

Его лицо! Его руки! Его кровь!

Или нет?..

Из воды на него глазел гигантский бледный волк. Смотрел изумленно и подавленно.

Пугливо отшатнувшись, Он зло зарычал. Что произошло? Как такое могло случиться? Огляделся вокруг, посмотрел на Солнце и протяжно завыл.

А Солнце насмешливо подмигнуло в ответ.

* * *

– Дядя Игорь!

Ноющая боль в теле, онемение. Жгло руку и шею, ребра на спине. Нечто мокрое опутывало тело, не давало пошевелиться, страшная тяжесть давила на грудь.

– Дядя Игорь, проснись!

Голос прозвучал вдалеке, искаженный и глухой. Свет начал тускнеть, будто на белый холст плеснули сумерками. В туманном мареве проступили оплавленные силуэты чего-то странно знакомого, и неожиданно ясно – огромные желтые глаза. Холодные, равнодушные, изучающие.

Страх сдавил горло холодной лапой. Он рванулся из липких пут, рванулся навстречу своему кошмару, желая сразиться и победить.