На пороге Мира - Михаил Француз

— Неплохое название для катера, — улыбнулся юноша. — На каком языке запишем?

— Может на английском? — предположила девушка, грациозно поднимаясь с пилотского кресла.

— И как же? Автэлайф или азэ ворлд? Или буквально: азэ лайт? — сделал еще шаг на встречу он.

— Пожалуй Автэлайф звучит достаточно загадочно, — отетила девушка, картинно приложив палец к нижней губе и подняв глаза к потолку, при этом максимально эротично прогнулась в спине.

— Хорошо. Так и впишем, — кивнул он. — И как оно тебе, держать за сердце «Ангела»?

— Понравилось, — мурлыкнула она, вновь по-пантерьи делая шаг в сторону юноши. — Безззумно возбуждает! Так и тянет сжать коготки, — вытянула к нему руку и сжала свой кулачок, показывая, как именно.

— Вот так? — поднял свою руку и пошевелил пальцами молодой человек. Повинуясь этим его легким движениям, звездолет покачал крыльями.

— Блин… Ну, так не интересно, — расстроилась девушка. — Так приятно было представлять, что ты висишь там в пустоте совершенно беспомощный и ждешь спасения. А помочь тебе могу только я и никто больше в целом мире…

— Напомни мне: ты кого выбирала себе в мужчины: беспомощного котенка или страшного, безжалостного «Ангела», видящего насквозь каждое твое движение? Держащего ниточку твоей жизни на лезвии своего ножа? — сделал шаг вперед юноша, от которого сразу повеяло угрозой и потусторонней жутью, а голос его замогильно звучал из всех динамиков корабля, да еще освещение начало медленно тухнуть, оставляя молодых людей в быстро густеющей темноте. Температура также начала падать. Мгновение и девушка потеряла из виду юношу.

Озноб помимо воли прошелся по спине девушки. Изо рта ее вырвалось облачко пара. В следующее мгновение она вздрогнула, почувствовав пальцы на своем горле и жаркое дыхание над ухом.

Колени ее ослабели и она привалилась к горячей груди парня, стараясь устоять на предательских ногах.

— Не знаю, — севшим голосом выдавила из себя она. — Не знаю! Тебя! Разного… — с усилием провернулась она в руках партнера и впилась ему поцелуем в губы.

Свет и температура в помещениях корабля быстро вернулись к прежнему состоянию.

Лишь через несколько минут молодые люди смогли оторваться друг от друга.

— Не сейчас, — с сожалением сказала девушка, проводя ладошкой по щеке парня. — Надо заканчивать дело. Пока они не опомнились…

— Все готово?

— Да.

— Инъекции правильно нанесены? Нужными препаратами?

— Да, я внимательно следила за допросами по взломанным тобой камерам. И манипуляции повторяла с клоном своевременно. Так что, если ты сам ничего не напортачил, то с этой стороны они не заподозрят подмены.

— Что ж, пора, — сказал парень, отключая от аппаратов тело в таком же комбинезоне, в каком был сам. Да и вообще, картинка получалась сюрреалистичная, когда юноша вскинул «самого себя» на плечо и понес его в шлюзовую камеру. Там усадил в спасательную капсулу, поместил на лицо клона свои компьютерные очки, предварительно проделав какие-то манипуляции с ними и с самим ноутбуком. Достал из кармана вторые такие-же очки, поместил их уже на свои глаза. Снял с пальца кольцо, надел его на палец клона, достал из кармана запосное и надел себе.

Потом закрыл капсулу. Сходил в угол шлюза и взял там заранее приготовленную кувалду со сходящимся на конус битком на одном конце. Более того, биток был с покрытием из феррита, а в рукоятке находились весьма мощные аккумуляторы.

Парень активировал феррит, и хорошенько размахнувшись, звезданул по спасательной капсуле. Раз, другой, третий, пока не пробил дырку в герметичном корпусе, как раз напротив лица клона.

Потом молодые люди вышли из шлюзовой камеры и закрыли за собой переборку. Вскоре индикатор сообщил, что давление в камере сравнялось с забортным и капсула благополучно отправилась в свободное плавание-дрейф по бескрайним просторам космоса.

— Не будешь наблюдать за «своей» смертью? — поинтересовалась девушка.

— Нет, не буду, — ответил парень, усаживаясь во второе пилотское кресло. — Нет времени на это. Необходимо еще как следует почистить логи капсулы и память ноутбука, чтобы случайно упущенная деталь не поломала всей красоты картины.

— Прагматичен, как и всегда, — вздохнула девушка. — Послушай, Сашка Сомова упоминала в разговоре с тобой, который я подслушала, одну вещь, которая не дает мне покоя.

— Какую же? — не отвлекаясь от работы сразу на бортовом компьютере катера и запасном ноутбуке, что был извлечен из небольшого встроенного в пульт сейфа, уточнил он.

— Александра сказала, что ты не можешь ничего чувствовать. Что она имела в виду?

— Ты видела комплекс, где я выращивал клонов?

— Да. И для такой функциональности, он неоправданно огромен.

— В этом лабораторном комплексе я провел свои «бега». В качестве подопытной мыши.

— Ужасно. В восемь лет… — нахмурилась девушка.

— Из всех, кто там работал, и тех, над кем там работали, выжил я один.

— Ужасно…

— Ничего ужасного — я всех их убил, — повисло молчание. Девушка пыталась осознать и уложить в голове услышанное. Юноша просто работал.

— Как же ты смог, в восемь лет?

— Сначала устроил «несчастный случай» в одном из секторов. В результате убил девяносто шесть человек. Всех кто там работал и над кем работали. Это оказалось просто… Потом я затаился на какое-то время. Думал, анализировал, планировал. А потом организовал бунт подопытных. Подбил их на бунт, спровоцировал и подстроил возможность его реализовать. Устроил организованный хаос. Под этим прикрытием сорок шесть человек прикончил лично. Остальных добили штурмовики, подавлявшие бунт. Я выжил один. Был, правда, один охранник, которому я оставил жизнь — он кормил меня конфетами иногда. Он сейчас на Урале-3 работает. Женился, детей завел…

— Я начинаю привыкать, что твои истории всегда кончаются фразой «я их всех убил».

— Я такой, какой есть, — пожал плечами юноша. — Не пытаюсь себя обелять или казаться лучше.

— И все же, причем тут чувства?

— Сашка не совсем правильно выразилась. Не чувства, эмоции. Надо мной ставили эксперименты. В результате я потерял возможность испытывать эмоции. Я могу их только имитировать.

— Ты убил их за это?

— За это? Нет. Я их просто убил. Как бы тебе объяснить, — задумался он. — Целью всего комплекса было создание суперсолдата, эффективной, высокоинтеллектуальной, безжалостной и бесстрашной машины для убийства. У них получилось. А полевые испытания я перенес на сам комплекс. Отличный, надо сказать, получился полигон…

— За что боролись, на то и напоролись, выходит?

— Можно и так сказать, — отозвался юноша. — Я просто хотел жить. А они бы мне не дали. Раньше или позже, я погиб бы на очередном эксперименте. Поэтому, рассудив логически, чтобы этого не произошло, я прекратил все эксперименты в комплексе. И не прогадал — меня вернули в детский дом.