Темные отражения - Александра Бракен

Мне никогда не удавалось скрыть от него свои чувства, но в этот раз именно этого я и желала.

Лишь через несколько дней я наконец осознала, что с уходом Зу жизнь не кончилась. После того как Толстяк указал на видимое сходство Ист-Ривер с другими лагерями, путь назад был закрыт. Разглядывая детей в черных джинсах и майках, я вновь видела униформу. Очередь за едой напоминала мне о столовой. Выключение света в девять вечера – о лицах надзирателей, заглядывающих к нам в окошко. Я снова лежала в боксе № 27, созерцая оборотную сторону матраса Сэм.

Я не могла отделаться от мысли, что камеры, установленные в офисе и вокруг зданий, на самом деле могут оказаться включенными.

Я даже пыталась переговорить с Клэнси по этому поводу, но раз за разом слышала один и тот же ответ: «Сегодня у меня нет на тебя времени». Своего рода наказание, вот только непонятно, чем я его заслужила. Как бы то ни было, вскоре стало ясно, что я нуждаюсь в Клэнси куда больше, чем он во мне. Учитывая раненую гордость, мне от этого становилось только хуже.

Наступила среда. До собрания по поводу новой стратегии освобождения лагерей оставалось около часа, когда Клэнси все же удалось выделить на меня время.

– Скоро вернусь, – сказала я, легонько сжав руку Лиама. Мы завтракали. – Может, опоздаю на пару минут.

Однако, увидев состояние офиса Клэнси, я всерьез засомневалась, смогу ли вообще прийти.

– Да ладно тебе, заходи. Просто смотри внимательно, куда ставишь ноги. Извиняюсь за беспорядок.

Беспорядок? Беспорядок?! Офис выглядел так, словно в нем сдетонировала бомба, после чего на пепелище заявились в поисках поживы дикие волки. Повсюду валялись груды бумаг, распечаток, разорванных карт, коробок… И над всем этим возвышался Клэнси собственной персоной. Взлохмаченные волосы падали ему на лицо. Он даже не сменил рубашку, в которой я видела его еще вчера.

В течение нескольких недель, что мы были знакомы, Клэнси всегда выглядел безупречно. Это даже немного пугало. Думаю, корни столь внимательного отношения к внешнему виду лежали в его воспитании. Может, отец тут был и ни при чем, но какая-нибудь старенькая нянечка наверняка считала своим долгом вбить ему в голову, что рубашку всегда надо заправлять в штаны, ботинки вовремя чистить, а волосы – причесывать. Теперь Клэнси выглядел так, словно слетел с катушек.

– Ты в порядке? – спросила я, прикрывая за собой дверь. – Что происходит?

– Пытаемся разработать план налета за медикаментами. – Клэнси опустился на стул, но уже через секунду вскочил: ноутбук разразился звонкой трелью. – Подожди секундочку.

Я разворошила носком одну из валявшихся на полу стопок бумаги и попыталась вникнуть в то, что там написано.

– Там отчеты о ночных наблюдениях за одной из ближайших остановок для грузовиков, – сказал Клэнси, словно прочитав мои мысли. Его пальцы стремительно летали по клавиатуре. – И секретные файлы Лиги о деятельности СПП в том районе. Судя по всему, «Леда корпорейшн» начали работать на правительство. Хотят защитить грузоперевозки.

– А при чем здесь СПП? – спросила я.

Клэнси пожал плечами.

– Это самое многочисленное военное подразделение на данный момент и, спасибо дорогому папочке, лучше всего организованное.

– Уверена, это важно. – Я отошла от кучи, но теперь мой взгляд был прикован к символу на крыше лэптопа. Он напомнил мне о Толстяке. – Могу я попросить тебя об одолжении?

– Только если сначала позволишь мне принести извинения.

Я опустилась на стул и уставилась на свои руки.

– Может, просто забудем об этом?

– Нет, не в этот раз, – сказал он. – Эй, почему ты на меня не смотришь?

Лицо Клэнси стало настолько несчастным, что мое сердце сжалось от боли. Он всегда был невероятно привлекательным, но сегодня потерянный взгляд прямо-таки разил наповал.

Ему не все равно, – едва слышно произнес внутренний голос. – Он переживает за тебя.

– Прошу прощения, что вышел из себя, – сказал он. – Я был не прав, оскорбляя твою подругу Сузуми, и вовсе не хотел сказать, что ты не стараешься.

– Тогда зачем сказал?

Клэнси провел рукой по лицу.

– Потому что я идиот.

– Это не ответ, – сказала я, покачав головой. Ты обидел меня по-настоящему.

– Руби, разве это не очевидно? – воскликнул он. – Ты мне нравишься. Мы знакомы… Сколько? Месяц? А ты за это время успела стать для меня настоящим другом. Возможно, единственным, начиная с десяти лет, когда я вдруг осознал, что собой представляю. Я идиот, потому что хотел, чтобы все твое внимание принадлежало только мне и никому больше.

Я буквально оторопела.

– Я не давал Сузуми и остальным уйти, потому что боялся сбить твой настрой. А отпустил, потому что решил – ты станешь от этого счастливее. Я должен был понимать, что ее уход тебя огорчит, особенно учитывая, как ты старалась ее защищать.

Это больше, чем просто беспокойство.

Мне нужно было отстраниться. Обдумать ситуацию. Все мои мысли смешались, да и чувства тоже.

– Полагаю, я смогу тебя простить…

– Но только если я сделаю тебе одолжение? – с улыбкой спросил он. – Конечно. Что?

– Ну… Знаю, ты против таких вещей, но я надеялась, что в этот раз можно сделать исключение, – сказала я, поднимая глаза. – Мой друг… ему нужен твой компьютер, чтобы связаться с родителями.

Улыбка сползла с лица Клэнси.

– Твоему другу – Лиаму?

– Нет, Тол… Чарльзу Меривезеру.

– Тому, который прогуливает дежурства по саду?

Ага, значит, девчонка все-таки его сдала.

Клэнси молча закрыл лэптоп и встал из-за стола.

– Мне правда жаль, Руби, но я думал, что ясно выразился, когда сказал, что никто больше не уйдет из лагеря.

– Да нет! – со смехом сказала я. – Он хочет связаться с родителями только для того, чтобы убедиться, что с ними все в порядке.

– Нет, – сказал Клэнси, усаживаясь на край стола прямо передо мной. – Он хочет подать прошение об уходе и забрать тебя с собой. Не пытайся его прикрывать, Руби. Твой друг настолько доведен до отчаяния, что вполне может выдать родителям координаты лагеря. Я в этом ни секунды не сомневаюсь.

– Ничего подобного! – воскликнула я, оскорбленная сомнениями в благонадежности Толстяка. – Это неправда!

– Ты была рядом, когда несколько дней назад к нам пожаловали незваные гости. И видела, как легко можно взломать нашу защиту. Что, если бы они не задели датчик? У нас были бы серьезные проблемы. – Лицо Клэнси потемнело. – Если Чарльз хочет связаться с родителями, пускай посылает прошение, как все остальные. В своих решениях я исхожу из того, что будет безопасно для лагеря в целом, – как бы сильно мне ни хотелось помочь тебе и твоему другу.