Сумеречный мир - Ольга Гусейнова

Сколько, сколько раз я думала о том, чтобы попытаться перевести на свою сторону родителей. Просто не счесть. Но, увы, войти в одну реку дважды невозможно. В этом я убедилась через десять лет после перехода. Тогда я решилась помочь защитникам, проверить свою теорию. Рискуя жизнью, приблизилась к Стене, удивив светлых. И в момент перехода ударила направленной волной эмоций, повторяя сценарий собственного успеха. Увы, мужчина, которому я пыталась помочь, лишь на секунду дольше пробыл в своем физическом воплощении, затем его белые одежды саваном привычно упали на землю с «той» стороны. А сам растворился среди таких же душ. В ответ призраки шарахнули молниями по нарушительнице церемонии светлых. В тот раз меня спас Алекс Кох, создав щит и прикрыв заземлителем, выставив его передо мной. Ох, и орал же тогда Егор на меня за самоуправство, авантюризм и смертельный риск, долго его трясло от самой мысли, что я могла погибнуть. В результате меня отлучили от Стены на три месяца.

Снова увидела на знакомой до боли площади толпу народа, репортеров, красную дорожку и уполномоченных проводить церемонию. Сегодня купол был чист, просматривалось все до мельчайших подробностей. Мне казалось, я снова слышу слова выступающих, которые произносят высокопарные речи о том, какие звери и нелюди живут в Сумеречном мире, как жизненно важна Великая Стена.

Наконец нашла взглядом родных и улыбнулась счастливо, но сразу же испугалась. Родители о чем-то печалились. Что-то случилось. Мама незаметно для других куда-то показывала жестами. Я перевела взгляд и обмерла от изумления. В толпе таких же несчастных родителей я увидела свою незаживающую на сердце рану, стыд и сожаление о когда-то причиненной боли близкому хорошему человеку.

Сергей раздался в плечах, еще больше возмужал, превратился в солидного мужчину. Красивым он был и тогда, в молодости. А сегодня стоял, ссутулив плечи, с таким трепетом, заботой и любовью прижимая к себе плачущую хрупкую брюнетку, что было понятно всем – эта пара истинно любит. Сережа медленно, немного рассеяно гладил женщину по длинным волосам, словно привык к этой ласке за много лет. Вся его поза выражала разделенное с ней горе, страдание…

Я отыскала взглядом маму. Она горько улыбнулась, пожав плечами. Кивнув на моего первого мужчину, приложила руку к своей груди и сжала ее в кулак, затем поднесла к голове и встряхнула пальцами. Подтвердила, что меня мужчина забыл, а ту любит всем сердцем. Несмотря на разворачивающуюся перед глазами ежегодную трагедию, я ощутила огромное облегчение, словно грех с души сняли, отпустили, простили за допущенные в прошлом ошибки.

Но что тогда они делают здесь? Неужели…

У красной дорожки остановился автобус, на ковер ступали обреченные на смерть будущие защитники и «победители» всемирной Лотереи. Я следила за ними, затаив дыхание. Вскрикнула, неожиданно увидев светловолосого парня лет двадцати. И словно вернулась на двадцать пять лет назад, в прошлое, а к Стене идет молодой Сережка.

Вот как вышло: отец сумел спастись от участи стать защитником, хоть и рисковал несколько лет ради меня и безответной любви, а вот его сыну – не повезло.

Десять защитников понуро выстроились в шеренгу, за каждым из них встали «помощники», которые не преминут посодействовать, подтолкнув к смерти.

Супруга Сергея забилась в истерике, ему пришлось удерживать ее за плечи. На миг их сын обернулся к родителям и уверенно махнул рукой, наверное, прощаясь. Я не выдержала, рванула к Стене, ведь там – показалось на миг – готовится к смерти Сергей.

За спиной закричали мои дети. Глеб успел схватить за плечи и заорал, отдергивая меня назад: «С ума сошла?»

«Там», не обращая на нас внимания, начали отправлять защитников в небытие, одного за другим. Белые одежды медленно опадали на землю. Вот и сын Сергея соприкоснулся со Стеной. Я не стала, как в прошлый раз, направлять энергетический импульс, полностью раскрылась, сняла все щиты и взмолилась, отпустила скопившиеся боль, страх. Молила…

Меня накрыла его ярость и страх, быстро сменившиеся изумлением. Парень, как две капли воды похожий на своего отца, сумев сохранить себя, упал нам под ноги. Живым! Схватив потрясенного светлого за руки, мы с Глебом оттащили его подальше от купола. Я ликовала, душа настолько переполнилась счастьем, что я выпустила его на свободу, поделившись с призраками.

– Кто вы такие? – хрипло от пережитого стресса спросил парень.

– Ксения Зацепина, старая подруга твоего папы. Мы с Сергеем давно знаем друг друга, – представилась, радостно улыбаясь, не в силах выпустить его руку. – Ия, так же, как и ты, смогла пройти Стену когда-то.

Сын моего бывшего парня недоверчиво изучал меня прекрасными голубыми глазами. И вдруг хрипло выдохнул:

– Та самая? – выходит, слышал мое имя, а может, и нашу с Сергеем историю.

– Ага, – хихикнула я. – Как тебя зовут?

– Артем, – пожал плечами светлый маг.

Я обернулась к Стене, заметила, что бывший друг потрясенно смотрит на нас вместе с супругой. Они крепко держались за руки. Я помахала им и повторила жест Егора, когда он обещал моему отцу сберечь его единственное дитя. Взяв Артема за руку, вновь посмотрела на несчастную семейную пару. Теперь они выглядели более спокойными, и женщина не билась в истерике.

– Не бойся, мы каждый месяц сюда таскаемся, чтобы с бабкой и дедом увидеться, – рядом с Артемом встал мой старший Сергей. – Так что ты тоже их видеть сможешь.

– Вы здесь случайно? – спросил Артем.

– Нет, мама боится, что таких вот попаданцев, как и ее в свое время, сожрут вампиры, вот и караулит каждый год! – весело просветила нового члена нашей семьи Ирина, заинтересованно поглядывая на молодого мага.

Мои дети обступили Артема и, наперебой расспрашивая, повели с собой. Я вновь обернулась, прижала руки к груди и с улыбкой посмотрела на родителей. Мама с папой, понятливо кивнув, начали пробираться к товарищам по несчастью. Сергей неуверенно улыбнулся мне, прижав брюнетку к себе, словно знакомя нас. Мол, смотри, как вышло.

– Егор в бешенстве, едет сюда, сказал, что сегодня его ремень послужит для промывания твоих мозгов, – объявил Глеб.

– Ябеда, – не осталась я в долгу, ничуть не боясь угроз. Муж никогда не посмеет причинить мне боль. Слишком любит, чересчур.

– А ты…

– Дура, конечно, но… счастливая зато, – признала я. – Сегодня мы спасли сына моего друга. Вон они стоят с супругой. Ты даже не представляешь, какое это для меня облегчение, счастье… такой груз с души упал…

Глеб смотрел на меня. Сияющую, надо полагать: щиты назад я еще не вернула. Поэтому ему было неимоверно сложно удерживать сердитое выражение лица.

– А Егору – лишняя седина. Ты хоть представляешь, чего ему стоит отпускать тебя сюда каждый год. Учитывая твои неадекватные выходки.

– Честно, так рисковать я больше не буду. Это был последний раз, ты же знаешь, я пятнадцать лет вела себя образцово. Просто это особенный случай. Он мне как… сын.