Лабиринт смерти - Филип Киндред Дик

– А он все понял?

– Да, — она уверенно кивнула головой.

– Значит, у вас, то есть у нас, неплохой руководитель.

Однако про себя он тут же отметил, что, кажется, Белснор не такой уж хороший руководитель, как нужно было бы.

– Ну так что, мы когда–нибудь ляжем в постель? — осведомилась Сюзи.

– Что?!

– Мне интересно поваляться с вами в постели. Я не в состоянии судить о мужчине, пока не побываю с ним в одной кровати.

– А как вы судите о женщинах?

– Я вообще в них ни черта не разбираюсь. Вы что, подумали, что я заваливаюсь в постель с женщинами тоже? Да ведь это же разврат. На такое скорее способна Мэгги Уолш. Она лесбиянка, да будет вам известно. Или вы об этом тоже ничего не знали?

– Для меня это как–то совершенно безразлично. Да и вообще это совсем не наше дело, — он почувствовал себя как–то неуютно и неуверенно. — Сюзи, — сказал он, — вы очень нуждаетесь в помощи опытного психиатра.

Он вспомнил как–то сразу все, о чем говорил ему Странник–по–Земле там, в «Тэкел Упарсине». Наверное, подумал он, нам всем не помешала бы помощь психиатра. Но только не со стороны Уэйда Фрэйзера. Это совершенно, категорически исключено.

– Так вы не желаете ложиться со мной в постель? Вам это очень понравится, несмотря на всю эту вашу первоначальную стыдливость и сдержанность. Я очень хороша. Я знаю множество всяких способов. О некоторых из них вы, наверное, даже никогда и не слышали. Я сама изобрела их.

– У вас большой опыт, — усмехнулся он.

– Да, — кивнула Сюзи. — Я начала в двенадцать лет.

– Нет! — воскликнул он.

– Да, — решительно отрезала Сюзи и схватила его за руку. На ее лице он увидел такое отчаянье, будто она боролась за свою жизнь. Она подтянула его к себе, призвав на помощь все свои силы. Он продолжал упираться, и пока все ее старания не увенчались успехом.

От Сюзи Смарт все же не ускользнуло то, что этому мужику вот–вот удастся вырваться из ее объятий. Он очень сильный, подумала она.

– Откуда у вас столько силы? — спросила она, ловя ртом воздух; она чувствовала, что почти уже не в состоянии дышать и вот–вот задохнется.

– Таскал камни, — ухмыльнувшись, произнес он.

Я хочу его, окончательно решила она. Такого большого, злого, сильного…, он мог бы разорвать меня на куски. И от этой мысли ее страстное желание выросло еще сильнее.

– Ты станешь моим, — задыхаясь, произнесла она, — потому что я хочу тебя.

Ты нужен мне, так она уже решила в своей душе, чтобы ты накрыл меня всю, как плотная, тяжелая тень, защитив от губительного солнца, чтобы я уже ничего не могла видеть. Я больше не хочу ничего видеть, уговаривала она себя. Пригвозди меня к кровати, взмолилась она в своих мыслях. Покажи мне, каким ты можешь быть: покажи мне, какой ты на самом деле, какой ты без одежды, просунув руку себе за спину, она отстегнула свой экстравагантный, столь возбуждающий мужскую чувственность бюстгальтер, и ловко сдернула его со своей груди, не снимая свитера, затем потащила его за бретельку, всем телом напряглась и умудрилась бросить его точно на спинку стула. Увидев это, Морли непроизвольно рассмеялся.

– Что это тебя так развеселило? — сердито спросила она.

– Ваша аккуратность и ловкость. Вот здорово — забросить его на стул вместо того, чтобы просто швырнуть на пол.

– Черти бы тебя побрали, — выругалась она, прекрасно понимая, что и он, как все остальные, смеется над нею. — Уж теперь ты точно будешь моим, — уже почти прорычала она и потащила его изо всех сил. На этот раз ей удалось заставить его сдвинуться на несколько небольших шагов в направлении кровати.

– Эй, что это вы, — возмутился он, но ей снова удалось подтолкнуть его на несколько шагов.

– Сейчас же прекратите! — успел еще крикнуть он, но тут она повалила его на кровать, прижала его туловище коленом, быстро заученными движениями расстегнула свою юбку и сбросила ее с кровати прямо на пол.

– Вот видишь? Мне сейчас уже совсем не нужно быть такой аккуратной! — Она всем телом навалилась на него, пытаясь пригвоздить к кровати коленями. — Разве я такая уж навязчивая? — спросила она, сбрасывая с себя остатки одежды, после чего рванула за пуговицы его рубаху.

Одна пуговица, оторванная с корнем, слетела с кровати и покатилась по полу, как маленькое колесико. При виде этого она рассмеялась, теперь она уже полностью ощущала себя в своей стихии и чувствовала себя просто отлично. Это стадия всегда особенно ее возбуждала — она очень напоминала последнюю фазу охоты, в данном случае на дичь очень крупную, от которой неотразимо несло потом и сигаретным дымом и которая источала нескрываемый страх. Как это он может так бояться меня, этот вопрос не выходил у нее из головы, но так было почти всегда — она уже привыкла принимать это, как должное. Фактически, ей это даже стало нравиться.

– От–пусти меня, — взмолился он, извиваясь под тяжестью ее тела.

– Ты такая ужасно…, верткая, — еще успел он сказать до того, как она зажала его голову между своими коленями.

– Я могу сделать тебя таким счастливым — сексуально, естественно, — сказала она ему: она всегда так говорила, и иногда это срабатывало; зачастую мужчина сдавался перед той перспективой, которую она теперь перед ним открывала. — Давай, — хрипло взмолилась она, быстро набирая побольше воздуха в легкие.

Дверь в комнату распахнулась настежь. Сюзи тотчас же, инстинктивно спрыгнула с кровати, выпрямилась и, шумно дыша, стала всматриваться в возникшую на пороге фигуру. Его жена. Мэри Морли. Сюзи сразу же подхватила свою одежду — это было то, от чего она никогда не испытывала ни малейшего удовольствия, — и еще она испытывала непреодолимую, жгучую ненависть к Мэри Морли.

– Убирайтесь отсюда, — задыхаясь, крикнула Сюзи. — Это моя комната!

– Сет! — пронзительно закричала Мэри. — Господи Боже, что это здесь происходит? Как ты мог допустить такое? — Мэри с бледным лицом непреклонно двинулась к кровати.

– Боже мой, — произнес растерянно Морли, садясь на кровати и приводя в порядок волосы на голове. — Эта девушка просто рехнулась.

– сказал он жене жалобным, ноющим тоном. — Я тут совершенно ни при чем. Я пытался удрать отсюда. Ты же сама это видела, разве не так? Разве ты не убедилась в том, что я пытался высвободиться? Неужели ты этого не увидела?

Голос Мэри оставался все таким же визгливым и пронзительным.

– Если бы ты на самом деле хотел, то давно уже вырвался бы.

– Нет, — заклинающим голосом произнес он. — В самом деле, Бог мне свидетель. Я уже почти высвободился. Если бы ты не вошла, я бы сам вырвался отсюда.

– Я убью тебя, — сказала Мэри Морли.

Она стала описывать большие круги по комнате, высматривая, чем бы ударить его, пусть хотя бы первым, что только под руку попадется. Сюзи сразу же разгадала смысл этого маневра — по рыскающим по комнате глазам, по окаменевшему ее лицу ненасытной фурии. Мэри Морли нашла наконец какую–то вазу, схватила ее и стала возле комода, грудь ее угрожающе вздымалась прямо перед самым лицом Сета Морли. Она подняла вазу резким, судорожным движением правой руки и, отведя ее далеко назад, сделала замах и…