Забавы жестоких богов - Александр Петров

— А что ждет нас? — Ника вдруг зябко повела плечами. — В смысле Третью республику и Обитаемое Пространство.

Ника взяла стул и присела рядом. Эндфилда поразило, как изменилась девушка. Она стала серьезной и сосредоточенной, будто находилась на важных дипломатических переговорах. Прошла расслабленность хорошо удовлетворенной самки и романтическая грусть девушки, которая впервые почувствовала, что ее любимый все больше и больше втягивается в игры большого мира, оставляя мирок ее спальни, ее чувств и желаний.

Несмотря на то что княжна так и осталась неодетой и растрепанной после бурного секса, она вдруг отдалилась от него, стала недоступной, холодной, спокойной.

— Я произвел расчеты, — начал Капитан. — Как ты знаешь, в Обитаемом Пространстве всем командуют Управители Жизни.

— Да, это так, — согласилась Ника. — Факт бесспорный.

— Но между простым распоряжением и совокупностью документированных актов, определяющих существование общества в целом, лежит пропасть. Для претворения воли хозяев человеческого рода в жизнь существует чиновничье-бюрократическая система, подкрепленная автоматическими системами принятия решений и логического анализа действий и законодательных актов. Но сейчас она все чаще вступает в противоречие с приказами Управителей Жизни.

— Наверное, так. Их логика сильно отличается от общепринятой. Но зачем все управление автоматизируют? — удивилась девушка. — Неужели мало дармоедов-чиновников?

— Такова плата за тотальный контроль над сотнями планет, разнесенных в пространстве на десятки тысяч парсек. Представь себе постоянное отслеживание жизней 2920 миллиардов человек, проверку законности сделок мелких и крупных фирм, исков, судебных решений, предоставления дотаций госпредприятиям, социальной помощи низшим классам, наличного денежного оборота, цензуру, прослушивание переговоров, анализ сетевой информации. Все это усугубляется тем, что для разных классов существуют различные юридические нормы, а в законодательстве черт ногу сломит, и существуют негласные требования к применению тех или иных правовых рамок даже в пределах одной имущественной группы.

— Это ведь просто лавина информации.

— Вот именно. Причем по большинству проблем решение должно быть принято немедленно. Ключевые, а также многовариантные и взаимоисключающие вопросы выносятся на коллегии чиновников. Но всем известно, что они принимают постановления исключительно с помощью тех же логических анализаторов или команд Управителей Жизни. Остальное делает автоматика, поскольку люди не в состоянии охватить все. Несмотря на пять уровней циклической обработки информации и наличие прямого канала для изменений баз данных, частенько распоряжения Управителей Жизни вызывают целые бури перегрузок в системе, длящиеся порой неделями. Иногда и аварийные отключения.

— Я понимаю, — сказала Ника, проводя ладонью по правому виску. — Некто говорит, что будет так, совершенно не думая, как привести это в соответствие с остальным.

— Раз понятно, не буду распространяться дальше на эту тему. Против Управителей Жизни не только скрытое недовольство живых чиновников, но и вся автоматизированная бюрократическая система. Управители ввели в нее массу запаролированных ходов для доступа в узловые пункты, чтобы иметь над ней полный контроль. Короче, чем чаще система будет «брыкаться», тем больше будут использоваться эти способы восстановления контроля. В один прекрасный день все развалится. Сети управления и банки данных забьются неправильно сохраненной и перекопированной информацией. Все нужно будет восстанавливать с чистого листа. Частные фирмы, государственные предприятия, физические лица потеряют права на недвижимость и банковские вклады. Это будет смерть государства, дикость, хаос, анархия. Если только раньше какой-нибудь умник-программист не возьмет все под контроль и не станет Живым Богом от компьютерной сети. Ника тяжело вздохнула.

— Как скоро это случится?

— Лет через двадцать-тридцать, при условии, что война в Дальнем Космосе пойдет на убыль, — помолчав, ответил Капитан.

— Как ты воспользуешься своим открытием? — спросила она, внимательно глядя на Джека.

— Вот одно из частных решений. — На экране замелькали таблицы, диаграммы, списки. — Оно означает, что через пятнадцать лет, при вложении начального капитала в 700 миллионов в ключевые точки системы, ни одно здание не будет построено без разрешения Джека Эндфилда, ни один корабль не взлетит, ни один предмет не выйдет из камер конфигураторов, ни одно зерно не вырастет.

— А для чего? — внезапно испугалась девушка. — Я понимаю теперь, зачем тебе столько денег.

— Конечно, — усмехнулся Эндфилд. — Для дела и чтоб еще «на прожить» хватило.

— А если вложить больше? Наверное, будет быстрее. Джек внимательно посмотрел на нее:

— Ты хорошо разбираешься в экономике… — Капитан усмехнулся. — Для психолога. Но, увы, — Джек перемотал изрядный кусок текста, — тогда меня грохнут. А в моем варианте, когда догадаются, к чему все идет, будет поздно. Будет выгоднее беречь меня как зеницу ока, чем скатиться в дикость доиндустриальной эпохи. Кстати, вот оно, решение полного коллапса системы: разрушение промышленности, межпланетных связей, нищета, болезни, голод. Заметь, без всякой войны и злобных пришельцев. Так сказать, своими силами.

— Неужели никто не додумался до этого раньше?

— Все экономисты — люди, а людям свойственно ошибаться. Если серьезно, то никто и никогда всерьез не хотел понять суть проблемы. Все занимались больше экстраполяцией своих мелких наблюдений на всю систему в целом или выполнением социального заказа на оправдание безрассудных решений руководства, а если кто и пытался решить вопрос целиком, то его тормозили… Можно, конечно, сваливать на Службу, она все стерпит, на Управителей, но, на мой взгляд, мы имеем дело с проявлением некой сверхчеловеческой общности, которая останавливает работы, направленные на понимание ключевых точек, определяющих, каким быть обществу в целом.

— Не вяжется одно с другим, — Ника внимательно глядела на него, пожалуй, даже слишком внимательно.

— Не мною было сказано: «Глупость — это не отсутствие ума, это ум такой». Иными словами, людям хочется терзать себя, ну хотя бы для того, чтобы ощутить полноту жизни, придать значимость простым и доступным вещам, умениям и навыкам. Но как можно заниматься мазохизмом, если, прости, пожалуйста, из горла лезет, а 95 процентов населения не доросло до того, чтобы мучить себя чем-то еще, кроме плохих жилищных условий, изнурительной работы, голода и болезней. Равно как и не обучено ничему, кроме механически однообразного труда, доступного даже дрессированным обезьянам. Вот и наши экономисты, отрабатывая желание большинства, разрабатывали неправильные и вредные теории по установлению всеобщего изобилия. — Джек помолчал немного, потом продолжил: — Сейчас многие делают ставку на войну лишь для того, чтобы обрести вновь смысл жизни: махать платочками уходящим «защитникам», радоваться коротким встречам, скудному пайку, не просто нажимать кнопки открывания и закрывания камер конфигураторов, а вносить свой вклад в дело победы над коварным и жестоким врагом. Вояки хотят сражаться, а не гнить в казармах, генералы получать ордена. Мучимые желанием собственной значимости дамы, девушки, пацанки, бабы, тетки мечтают о героях: сыновьях, мужьях, братьях, тронутых ранней сединой от жестоких космических битв, которых так сладко любить, заботиться, рожать от них детей. И желают им судьбы с напряжением сил, борьбой и заслуженной славой в конце пути…