Машина пространства - Кристофер Прист

Наш новый друг был человеком благовоспитанным, что подтвердилось, как только мы сели в лодку. Он и слышать не хотел о том, чтобы я взялся за весла прежде, чем он сам исполнит обязанности гребца, и по его настоянию мы с Амелией разместились на корме.

– Нельзя терять бдительность, – сказал он, – чего доброго, эти дьяволы вернутся. Будем грести поочередно и смотреть во все глаза.

Я уже давно опасался, что бездействие марсиан носит лишь временный характер, и утешительно было узнать, что мою тревогу разделяет кто-то другой. Может статься, затишью в военной кампании марсиан суждено оказаться непродолжительным, а коли так, мы должны извлечь из этой передышки максимальную пользу.

Как мы и договорились, я внимательнейшим образом следил, не появятся ли на горизонте треножники (хоть ныне, казалось, кругом царил покой), однако Амелия то и дело отвлекалась. Вместо того чтобы заниматься осмотром местности, она принялась разглядывать нашего нового друга в упор, прямо-таки неподобающим образом, и наконец спросила:

– Позвольте осведомиться, не приходилось ли вам бывать в доме сэра Уильяма Рейнольдса в Ричмонде?

Наш спутник смерил ее удивленным взглядом, но тотчас ответил:

– Приходилось, хотя и давным-давно.

– Значит, вы знакомы с сэром Уильямом?

– Закадычными друзьями мы никогда не были, да, боюсь, у него вообще не было близких друзей, но мы состояли в одном и том же клубе «Сент-Джеймс» и время от времени делились наблюдениями и впечатлениями.

Амелия сосредоточенно наморщила лоб.

– Мне кажется, мы с вами однажды встречались.

Наш друг замер, чуть приподняв весла над водой.

– Клянусь Юпитером! – вскричал он. – Уж не вы ли были личным секретарем сэра Уильяма?

– Да, я. По-моему, сэр, вас зовут мистер Уэллс.

– Совершенно верно, – степенно отозвался он. – А вы, если память мне не изменяет, мисс Фицгиббон…

Амелия подтвердила, что он не ошибается, и воскликнула:

– Какая примечательная встреча!

Мистер Уэллс учтиво осведомился, как моя фамилия, и я назвал себя. Перегнувшись через весла, он протянул мне руку, которую я и пожал.

– Рад с вами познакомиться, Тернбулл, – сказал он.

В тот же миг солнечные лучи высветили его лицо, озарили чудесные голубые глаза, усталые, озабоченные, но не утратившие живости, и я мгновенно проникся к нему симпатией.

Амелия, потрясенная встречей, все не могла успокоиться.

– Мы ведь именно туда и направляемся, в дом Рейнольдса, – сообщила она. – Нам кажется, сэр Уильям – один из немногих, кто сумеет осмыслить эту угрозу и одолеть ее.

Нахмурясь, мистер Уэллс возобновил греблю, а немного погодя спросил:

– Надо полагать, вы давно не виделись с сэром Уильямом?

Амелия быстро взглянула на меня, и я понял, что она затрудняется с ответом.

– С мая тысяча восемьсот девяносто третьего года, сэр, – вмешался я.

– С тех же пор его не видела ни одна живая душа. Но если вы состояли у него на службе, вам это наверняка должно быть известно.

– Тогда, в мае, я бросила службу, – пояснила Амелия. – Надо ли понимать вас так, что за это время сэр Уильям скончался?

Я сразу почувствовал всю нелепость этой догадки, и мистер Уэллс не замедлил подтвердить мою правоту.

– Полагаю, что сэр Уильям жив, – сказал он. – Жив, но отправился в будущее на своей чудовищной машине времени. Один раз все закончилось для него благополучно, но из второго своего путешествия он не вернулся.

– Точны ли ваши сведения? – с волнением спросила Амелия.

– На мою долю выпала честь записать его воспоминания, – ответил мистер Уэллс, – он продиктовал их мне лично.