Идущий на Север. Долина Башен - Вадим Денисов

– Поднял! – радостно предупредил Гел, взмахивая мечом в широком рубящем ударе на уровне пояса. Вж-жик!

Мимо моего уха просвистело копьё, чёрт, так и до беды недолго! Упав, я перекатился под большое колесо дилижанса, сразу выбрал цели и вытянул второй пистолет в сторону наступающей группы.

Ба-бах!

На этот раз основательно пострадали подбегающие слева. Перестав орудовать саблей, возничий, так же, как и Лана, принялся быстро перезаряжать арбалет и прицельно бить по дикарям. Уж не знаю, как им, а мне положение аборигенов представлялось безнадежным.

Однако жажда мести и убеждение в собственной правоте делали своё дело, несколько дикарей всё ещё продолжали попытки атаковать. Отвратительно вооруженные, плохо одетые, эти люди, которых не пугала сама смерть, отчаянно сражались за своё право быть единственными, хоть и временно изгнанными, владетелями Долины Башен.

Пречистый Ванк, ну и местечко подобрал Серёга Злобин! Не мог поспокойней найти?!

У меня не было времени для того, чтобы спрятать пистолеты в хольстерах: выхватив меч, я встал возле угла кареты так, чтобы можно было укрываться от копий и камней. Опять прогремел незнакомый боевой клич, и дикари, столпившись почти напротив меня, с непостижимой энергией кинулись в последнюю атаку.

Самый первый из подбегавших ко мне получил в шею болт, второй, подлетев ближе, словно бы сам напоролся на булатный клинок – кашляя кровью, он свалился возле моих ног.

Шаг назад.

Справа тяжело просвистел меч Геллерта, и оставшиеся отступили к хижинам.

Ну и стоило вам лучших мужиков терять, выселенные? Могли ведь договориться…

– Марк, Геллерт, они Фанги убили! – завизжала девушка.

Я замер.

Охотник за головами, больше не обращая внимания на отступающего противника, медленно обогнул дилижанс и подошёл к своему боевому коню. Тот, лежа на боку, уже не дышал – два железных копья, коварно пролетев мимо щита, попали в тело, пробив попону. Одна стрела с пёстрым оперением – в шею.

Ну я и гад. Не купил третий амулет для Фанги, забыл, сволочь, вот левая сторона и осталась незащищённой! Упав на колени, Геллерт обнял друга, уткнувшись в гриву… Чёрт, да он же ранен, кровь на рукаве!

Охренеть можно, какая удивительная тишина повисла над селением.

– Кто эти крысы, совершившие чёрное дело?! – рявкнул воин в сторону деревни.

Там все молчали. Охотник за головами встал и сказал мне абсолютно спокойно:

– Я не доверял твоим зажигалкам, Марк… Пока ты насыплешь свой дьявольский порошок, вложишь пулю или дробь, пока изготовишься, я успею метнуть десяток копий… Но сейчас прошу: дай мне их! Заряди, и дай. Пойду один, и эти дикари проклянут тот день, когда решили спрятаться здесь от своего дракона.

Как страшно он говорит! Холодно, расчётливо. Вообще без души. Страшно представить, что он может натворить в таком состоянии.

– Нет, Гел, ты не пойдёшь. Иначе тебе придётся пройти через меня, – решительно заявил я. – Там остались женщины и дети, да кучка раненых. Это была честная битва, друг мой! На нас не напали из подлой засады, мы не отступили и победили! Фанги был воином, напарником. Он тоже бился, я сам видел, как Фанги копытами свернул челюсть дикарю – его оттаскивали за ноги… Это хорошая, достойная смерть.

– Пойдём в салон, брат, мне надо осмотреть твою руку, перевязать, – тихо сказала подошедшая Лана, опуская заряженный арбалет к земле. – Пойдём, Гел, они всё сделают сами.

Селение словно вымерло, жёны втащили уцелевших внутрь и закрыли убогие жилища, наивно стараясь укрыть детей от мести… Пречистый Ванк, почему ты их не вразумил, могли ведь разойтись миром! Тихо хлопнула дверь салона.

Мы с Гикой переглянулись. Надо снять всё оружие, снаряжение и отрубить голову, чтобы захоронить её позже.

Именно так на Ванкоре погребают боевых коней.