Иногда они умирают - Наталья Турчанинова

Ее голос звучал все более встревоженно и нервно.

– Тисса.

– Что?!

– Тебя никто ни в чем не станет обвинять. Все прекрасно понимают, что тебе невыгодна его смерть.

– Да. Это так. – Она провела ладонью по лбу, откидывая волосы. – Обвинять станут тебя. Ты был нашим гидом.

– Думаешь, стоило позволить ему застрелить меня?

– Не говори ерунду, – отозвалась она с досадой. – Конечно нет. Без тебя мы с ним никогда никуда бы не дошли. В итоге, я уверена, погибли бы все. И зачем нас понесло в Ронгбук?! Джейк сам виноват! Это ему хотелось невероятных впечатлений! Ты сделал все, что мог, для нашей безопасности, но… – Она покачала головой, как будто внезапно устав от ярких негативных эмоций и больше не находя нужных слов.

– Я не должен был соглашаться вести вас. – Я поднял свой рюкзак, накидывая на плечи его широкие лямки. – С самого начала.

– Знаешь, ты преподавал в университете годами, но никто из студентов не бегал за тобой с пистолетом, угрожая убить. – Тисса надела очки, пряча взгляд за черными стеклами. – Так что, если ты хочешь сказать о пагубном влиянии своей души на людей, я отвечу – ты не виноват в том, что они оба оказались трусливыми, жадными уродами. Дик трясся за свою шкуру, а Джейк вообразил, что лишится капиталов, и тоже испугался. Поэтому они мертвы. – Она усмехнулась, накинула петли трекинговых палок на запястья. – Как я вижу, в горах очень четко становится видно, кто есть кто на самом деле. В нашем мире можно вечно скрываться за маской успешного дельца или мужественного спортсмена. А здесь… – Тисса подняла голову, чтобы взглянуть на склон горы, и понизила голос: – Здесь не спрячешься.

– Да, – ответил я так же тихо, – здесь не спрячешься…

Мы одновременно посмотрели в сторону пропасти, на дне которой лежал Джейк, затем отвернулись и пошли вперед – так, словно ничего не случилось. Как будто не было новой смерти, а за спиной не осталось еще одного мертвого тела.

Тропа вынырнула на освещенную солнцем площадку на склоне холма, от которой тянулись тонкие ниточки путей. Низкие кусты на склонах, покрытые красными листьями, плотно прикрывали собой бурую землю.

Но я почти не замечал ничего вокруг, напряженно размышляя о том, как защитить нас обоих. Впервые за долгое время я остался без оружия. Нож, который я уже давно стал воспринимать практически частью себя, лежал на дне пропасти. И спуститься за ним невозможно. Но он хотя бы успел вдоволь напиться живой крови. Если это можно было считать утешением для оружия.

– Рай, – прервала мои мысли Тисса, идущая впереди. – То, что ты сказал Джейку, – правда? Такие, как он, как я, те, у кого нет души, умирают и превращаются в ничто? В горстку пепла после кремации?

– Я сказал это Джейку для того, чтобы заставить его опустить пистолет.

– Но это правда?

Мне бы хотелось вновь успокоить ее. Обещать прекрасную, счастливую жизнь после смерти, волшебный мир, который ждет ее. Но я ответил только:

– Никто не может ответить с полной уверенностью.

– Даже ты?

Я невольно улыбнулся, услышав недоверие в ее голосе. Тисса считала, что такой, как я, должен великолепно разбираться во всех вопросах, касающихся потусторонних материй.

– Даже я.

Она промолчала, принимая к сведению мои слова, а я вернулся к прерванным мыслям. Гораздо более приземленным, чем у Тиссы.

Похоже, гурх был удивительно прозорлив, подарив мне ганлин. Это единственное, что может заменить кухри. Ничего не остается делать, кроме как воспользоваться им, иначе мы можем не пережить эту ночь. Или следующую. Я не хотел прикасаться к флейте из человеческой кости и вынужден сделать это – чем раньше, тем лучше. Совсем недавно я спрашивал себя, какое новое испытание готовят мне горы, и вот ответ пришел.

«Но это хотя бы не еще одни небесные похороны», – подумалось мне, и эта мысль позволила слегка смириться с грядущей необходимостью.