Стальное поколение - Александр Афанасьев

— Он испугался. Увидел что-то в темноте и испугался. И убежал.

Рауль достал рацию выдвинул длинную антенну, начал о чем-то разговаривать по-французски. Разговор быстро закончился.

— Клауса надо подождать. Десять минут.

— Он ничего не видел?

— Нет. Я сказал ему, чтобы он был поосторожнее.

* * *

Клаус появился, как и было обещано, ровно через десять минут. Он был в каком то странном балахоне с накидкой, закрывающей даже лицо чем-то вроде рыбачьей сети. Лицо вымазано чем-то черным типа гуталина.

— Ваш парень смылся — сообщил он по-английски.

— Там никого не было? Он чего-то испугался.

— Нет, мсье. Я контролировал этот сектор. Если бы кто-то был — я бы его увидел. Или Дидье. У него такой же прицел, как у меня. Никого не было, мсье, ваш парень просто сбежал…

Авратакис помолчал. Парень оказался хитрее, чем он думал — прервал контакт и сбежал. Молодец…

— Как он ушел?

— За старой автобусной остановкой, за рынком его ждала машина.

— Какая?

— Такси, мсье. Мерседес-такси.

— Это еще ничего не значит, мсье — пояснил Рауль — здесь у каждой группировки свои таксисты. Просто такси его ждать здесь не будет, таксист не сунется в этот район ни за какие деньги. Да и пассажира на обратный путь тут не подберешь.

— В машине кто-то был?

— Как минимум двое, мсье.

— Номера?

Снайпер пожал плечами.

— Хорошо — решил Авратакис — сматываемся отсюда…

* * *

В посольстве его ждали. Морские пехотинцы были наготове, на самой границе опасного района, у них был пулемет и гранатометы. Они и сопроводили машину с сотрудником ЦРУ до побережья, дальше Авратакис вышел, а легионеры поехали дальше, скорее всего — в аэропорт, где базировались международные силы.

Паттридж был на своем месте. На глазах Авратакиса — он разлил из термоса кофе, плеснув в каждый стакан немного русской водки из бутылки с зеленой этикеткой, вероятно — подарок русского резидента.

Черт бы их побрал — но у русских есть и кое-что хорошее.

— Как прошло?

— Тихо. Эмиль меня надул.

— В смысле?

Авратакис достал из кармана и бросил на стол обернутый в полиэтилен сверток.

— Вот эта хрень. Я прикинулся дураком. Хочешь открыть?

— Нет.

Авратакис нехорошо выругался.

— Французы уже ведут какую-то игру. С армянами.

— Для начала я не понимаю твоей игры, мой друг… — сказал Паттридж — ты используешь меня и мою станцию втемную для какой-то игры. Мне это совсем не нравиться.

Авратакис решил притормозить.

— Ты прав. Мне надо связаться с Лэнгли. После этого — поговорим…

Они уставились на лежащий на столе сверток.

— Есть скальпель? — спросил Авратакис.

Паттридж с извиняющимся видом достал из стола небольшой складник.

— Пойдет…

Специальный помощник директора ЦРУ осторожно, бережно, готовый прекратить при малейшей задержке взрезал оберточную бумагу. Здесь скрывались европейские террористы, которые имели отличную практику в письмах — бомбах. Одна ошибка и…

Авратакис отогнул край конверта. Посмотрел. Потом — открыл его весь и выругался по-гречески…

Вместо списка агентов — там была туалетная бумага. И, похоже, что использованная.