На пороге Мира - Михаил Француз

— Располагайся тогда, — крикнул Лео, уже заходя в ванную комнату. — Чистое белье в комоде, запасная пижама в шкафу…

— Ага, разберусь, — отозвался Иван.

— Ваше Императорское Высочество… — начала было Анна.

— Иван. Просто Иван и на «ты». Выканий и церемоний мне и в обычной жизни хватает, — поправил ее он.

— И-иван, — с трудом смогла перестроиться Анна. — А что вообще происходит? За что его в СИБ? И пытки же вроде запрещены?! Разве нет?

— Запрещены, — хмуро подтвердил Иван, тоже оценивший внешний вид…друга? — Но тут случай сложный…

— Объясните… Объяснишь? — поправилась девушка. — Или это тайна? Я пойму.

— Нет тут никакой тайны, — вздохнул Иван, усаживаясь за стол на кухне. Анна автоматически начала тут же накрывать на этот стол, доставая печенье, чай. Потом всплеснула руками и кинулась готовить что-нибудь по-существеннее. На скорую руку. — Подруга у нас с Лёней умерла два дня назад. Боевая.

— Боевая? — удивилась Анна, не забывая намывать куриные яйца, для жарки.

— Воевали вместе. В Камбодже. Слышала небось?

— Точно! — воскликнула девушка, вспомнив, что действительно что-то такое по новостям крутили.

— Мне просто подруга — товарищ боевой. Леньке — девушка его. Жили они вместе. Не знаю, насколько серьезно все у них было. Но что-то вроде обмолвился как-то, что с одного детдома они, и вроде как сох он по ней с детства самого.

— Вот как? — поразилась Анна, у которой комплекс неполноценности в голове, забитый туда Лео, постепенно начал уступать восхещению романтичностью истории. Что вроде как, не игнорировал ее парень месяц, а мужественно держался, храня верность возлюбленной. — И что произошло?

— Пошли на это ваше местное «озеро» купаться. Уплыли двое. На берег вышел один. Ее потом водолазы со дна подняли.

— А пытки тут причем? — помешивая на здоровенной сковородке соответствующую ей яичницу с кусками колбасы, спросила она.

— Не пытки, а допрос. Девушка-то не простая, а капитан СИБ, полевой агент, Герой Империи…

— Все равно не понимаю, — призналась Анна, в голове которой романтический образ преобретал все больше розовых тонов.

— Так следователи думают, что это он ее утопил, — вздохнул Иван, который и сам думал то же самое. Да вот предъявить действительно нечего: ни свидетелей, ни улик, ни признания.

— Да вы что!! Лео?! Да как им в голову такое пришло?! — возмутилась Анна.

— Да есть причины… — отвел взгляд в сторону Иван.

— Тайна?

— Нет, — уткнул взгляд в стол перед собой Иван.

— Нет никакой тайны, Ань, — сказал, входящий на кухню, успевший вытереться и переодеться в свежее Лео. — После того, что я на Камбодже творил, они всем скопом меня в маньяки-мясники записали.

— Посмотрел бы я, что ты сам на моем месте подумал бы! В том же Меконге! Ты же двести тридцать человек за одно утро убил! Да не просто убил, а расчленил! Буквально! Их же потом, на следующий день, как пазл, по частям собирали, чтобы похоронить! И то: рука от этого, нога от того, голова вообще хрен его знает чья! На что у меня желудок крепкий, и то чуть не проблевался, когда в ту казарму сунулся с дуру! — вспылил Иван. Его тоже эти дни напряжение не отпускало. Да еще и кошмары эти…

— Да, я убийца! Профессинальный убийца! Так вы же сами меня тренировали и натаскивали! Ваше гребаное государство!

— Мы натаскивали?!

— А кто же?! Не ваша гребаная Империя мне старлея контрразведки дала?! Или, скажешь, не знал?!

— Какого старлея?! Ты в своем уме?!

— Я-то в своем! А ты похоже до сих пор в облаках летаешь… — также быстро остыл, как и завелся, Лео. — Да, я убийца. Эффективный и тренированый. Но я люблю ее!

— Любил, — поправил Иван, тоже быстро потухший. Лео кивнул, принимая поправку.

— Завтра похороны, — встал со своего стула Лео. — Надо еще костюм заказать успеть.

— О чем вы? — когда за парнем закрылась дверь его комнаты, спросила Анна.

— Да так, о некоторых неприятных моментах свершившейся Камбоджийской революции, — снова опустил глаза в стол Иван, которому было стыдно за свою вспышку. Ведь понимал же умом, что не будь там с ними такого вот эффективного Лёни, и там бы они все и остались. А он, Иван, сам вообще бы незнамо где служил предметом политического торга. Но наболело! Накопилось за все эти дни… — Он же нас всех там спас. И не по разу. Вообще, только благодаря ему, мы домой вернулись, все шестьдесят с чем-то пассажиров лайнера.

— Лео? Да какой из него убийца, — улыбнулась Анна, ставя на стол сковороду с аппетитно пахнущим содержимым. Иван не удержался, и даже не смотря на захлестывающие воспоминания неприятного толка, все же попробовал кусочек. Потом еще кусочек. И еще… — Лео — талантливый скрипач. Мечтает актером стать…

— Не бери в голову, — закрыл тему Иван. — Я и сам бы не поверил, если бы он это не у меня на глазах делал.

Какое-то время помолчали. Минут через десять вернулся и Лео. Он тоже присоединился к уничтожению произведения кулинарного искусства «на скорую руку».

День был тяжелый, так что ни о чем серьезном больше не говорили. А минут через сорок, и вовсе отправились спать.

* * *

Анна проснулась на плече у Ивана. Голая. На голом плече голого Ивана в своей кровати, в своей комнате. С приятными воспоминаниями, легкой истомой в теле и несколько болезненными ощущениями в низу живота.

Иван снова проснулся от кошмаров посреди ночи. Пошел в ванную умыться и сполоснуть голову. А следуя обратно для продолжения прерванного сна, перепутал двери.

Дальше все получилось как-то само собой, просто и естественно, а раз естественно, то не без оргазма…

Анна накинула халат и вышла из комнаты. Лео уже не спал. Более того, он уже был одет и готов к выходу.

Черный, траурный костюм смотрелся на нем непривычно, но сидел как влитой. Леонид повернулся на звук ее шагов. И глаза Анны сами собой округлились: на левой стороне груди молодого человека красовались ДВЕ Звезды Героя Империи.

— С добрым утром, Ань, — поприветствовал он ее с улыбкой. Вот только была эта улыбка бледная и вымученная, а глаза, раньше всегда, гревшие и лучившиеся солнечным светом, были тусклыми и потухшими.

— Привет, Лео, — отозвалась она. — Ты…?

— Ну, я же говорил тебе про пенсию, — пожал плечами он. — Вот, за Ваньку вторую дали. Теперь две пенсии получать буду…

— А первая за что?

— За то, что он Новопитер спас от сброса на него орбитальной станции четыре года назад, — сказал Иван, как раз выходящий в этот момент из комнаты.

— Орбитальной станции? — ужаснулась девушка. — Это же…

— Планетарная катастрофа? Да. Если бы он дал ей упасть, — подтвердил Иван. — За то и удостоился Золотой Звезды. Так что, твой друг — настоящий Герой.