Колдун моей мечты - Валерия Чернованова

Следуя за видимым одному ему маячком, Габриэль стремительно набирал скорость, не обращая внимания ни на светофоры, которые точно сговорились – упорно мигали красным. Ни на пешеходов, лишь чудом не угодивших под колеса несущейся на всех парах машины. И даже риск попасться на глаза полиции ведьмака не пугал. А первое же увязавшееся за ним голубое авто с мигалкой впечаталось в незримую преграду и было вынуждено прекратить погоню.

Маячок привел его в проулок на окраине города. Старые здания прилегали друг к другу почти вплотную, отчего пришлось парковаться чуть ли не на тротуаре. Света, льющегося из окон, оказалось достаточно, чтобы осветить улочку: оштукатуренные рыжие стены с белесыми табличками у входов; мощенную камнем дорогу, отполированную дождем; балконы, сплошь заставленные цветочными горшками и кашпо, в которых зеленели декоративные фруктовые деревца и миниатюрные пальмы.

Крупные капли остервенело барабанили по крышам автомобилей, и стоило ведьмаку показаться из своего, как он тут же промок до нитки. Впрочем, и на девчонке, выскочившей из серебристого авто с тонированными стеклами, спустя несколько мгновений не осталось сухого места.

– Не надоело меня преследовать? Хоть бы раз в жизни дал сбежать по-человечески!

Чувствуя, как нестерпимо хочется на нее наорать и, схватив за руку, не обращая внимания на сопротивление, силой запихнуть в «ауди», ведьмак все-таки сдержался и лишь глухо процедил:

– Садись в машину, дома поговорим.

Очередной раскат грома нарушил умиротворенную атмосферу спящего переулка. Где-то поблизости испуганно мяукнула кошка и поспешила найти себе более надежное укрытие от внезапно взбесившейся стихии.

Габриэль сделал шаг навстречу девушке. Взгляд, брошенный на него, прожег ненавистью.

– Не хочешь расставаться с еще не надоевшей игрушкой? – выкрикнула она, гордо задрав голову, точно бросала ему вызов. – Советую найти себе новую! Или вон развлекайся с любимой невестой. Та ведь пообещала, что больше от тебя не отлепится.

Совсем близко что-то тихонько просвистело, и на мостовую в нескольких сантиметрах от ведьмака шмякнулся приличных размеров горшок, от которого после мимолетного падения остались лишь черепки, увязшие в черной земляной жиже. Габриэлю оставалось только догадываться, о чем думала ланима, метя в него глиняной посудиной с разлапистым кактусом. Хотелось верить, что просто мечтала о нокауте, а не надеялась на летальный исход.

– Не попала, – с досадой констатировала девушка.

– А если я воспользуюсь магией? – окончательно рассвирепел ведьмак.

Очередная попытка приблизиться к ланиме была пресечена так же категорично. Капли, только-только осевшие на серый камень, взметнулись вверх, образовав между ними полупрозрачную завесу. В которой то тут, то там проглядывали острые черепки. Те угрожающе целились в Габриэля, как бы намекая, что следующий шаг может оказаться для него последним. На какое-то мгновение ведьмак даже оторопел от такой, стоило признать, весьма талантливой импровизации.

– Лана, перестань вести себя как ребенок! Я просто хочу поговорить, – попробовал достучаться до голоса разума истеричной ведьмы. Которая смутно представляла, что творит и к чему могут привести ее спонтанные упражнения в магии.

Но голос разума, похоже, у той уже давно и крепко спал. А может, и вовсе отсутствовал.

– Поговорить о чем? Да меня уже тошнит от твоих оправданий! – в сердцах воскликнула девушка. – А еще от твоей лжи, от твоего лицемерия! Разве непонятно? Мне противно видеть тебя! Противно даже слышать твой голос! – Подвластный ее эмоциям, один из осколков стрелой понесся к своей мишени. Лишь в последний момент Габриэлю удалось увернуться, а Лана, не задумываясь о том, что может натворить вышедшая из-под контроля Сила и даже не пытаясь ее обуздать, в ярости прокричала: – Как же сильно я тебя ненавижу! И проклинаю тот день, когда впервые тебя увидела!

– Давайте лучше мы сейчас разойдемся, а поговорите вы в другой раз, – попытался вмешаться в перепалку Дарио. Он уже сто раз пожалел, что написал Габриэлю, и считал, что следовало дать им несколько дней на то, чтобы остыть и успокоиться. – Вы оба не в себе.

– Не лезь!!! – прозвучал единодушный ответ.

Опасаясь, что ссора может привлечь внимание местных жителей, Дарио спешно наложил на ведьмаков звукопоглощающее заклинание и встал поблизости, чтобы в случае чего сразу вмешаться. Глиняные осколки предусмотрительно превратил в пыль, которая тут же осела на мокрую мостовую.

– Значит, ненавидишь? – Габриэль больше не пытался приблизиться к девушке. После всего, что та ему наговорила, уже не был уверен, что хочет находиться с ней рядом. – За то, что сразу не расстался с Франческой? Ну прости, что потратил столько времени на раздумья! Целых полторы недели! Ты появилась в моей жизни так внезапно… Лана, что я должен был делать? Сразу все бросить, от всего отказаться?

– Я не просила тебя ни от чего отказываться. – По щекам девушки катились слезы, смешиваясь с холодными каплями летнего ливня.

– Знаю, не просила. Но мне все равно пришлось. Ты не знакома с законами нашего мира и плохо понимаешь, какой передо мной встал выбор. У тебя нет дара, а значит, Сила может не проявиться в наших потомках. Духи не благоволят к таким союзам. Старейшины не примут такого Хранителя. Моя семья… Кто знает, возможно, они бы со временем меня и простили… – Ведьмак с сожалением смотрел на свою ланиму, понимая, что все мосты уже сожжены, а построить новый им не удастся. Ей не хватит доверия, он не сможет забыть ее злые слова. – Но, несмотря ни на что, я все равно выбрал тебя. И только просил дать мне немного времени, чтобы все сделать правильно. Просил мне поверить.

– Спасибо, Габриэль, – губы девушки тронула печальная, едва заметная улыбка. Было видно, что она по-своему истолковала его слова. – За то, что снова указал мне на мое место и напомнил, что я в вашем мире лишняя. Не нужно идти ради меня на такие жертвы. Не надо ни от чего отказываться, – прошептала, отступая. – Возвращайся к невесте. К своей привычной, распланированной до мелочей жизни и к светлому будущему. А я просто хочу покоя. И хочу все забыть.

Отвернувшись, девушка в несколько шагов преодолела короткое расстояние и спряталась от него в машине. Дарио, бросив на друга сочувствующий, полный искреннего сожаления взгляд, последовал ее примеру.

Габриэль больше не пытался ее задержать. Хоть какая-то часть его и умоляла не отпускать любимую, нашептывала, что все еще можно исправить и изменить. Но вместо этого он позволил ей уехать. Просто смотрел, как серебристый седан увозит его ланиму, чувствуя, как сердце леденеет от нестерпимой горечи и обиды.

Ярость ушла, оставив после себя лишь печаль и усталость. И желание – такое же страстное, как и у Русланы, – поскорее все забыть, навсегда вычеркнуть ее из своей жизни. Из памяти.

Устроившись в кресле возле растопленного камина, Альфео просматривал корреспонденцию, которой не касался вот уже несколько дней. Настроение у стрэга сегодня было хуже, чем обычно. Он уже устал томиться в ожидании, не мог и дальше позволить держать при себе столь жадного до крови демона, который пока так ни в чем и не преуспел. Но открыто действовать и украсть Силу племянницы Альфео не решался. Надеялся все же доиграть эту партию до конца: сделать так, чтобы девчонка сама отреклась от не принадлежащего ей дара. Тогда старейшины при всем своем желании не смогут ему навредить. Ведь по их законам он, Альфео, будет невиновен.