Чужих гор пленники - Артем Каменистый

В первый день люди наивно надеялись, что, уплывая, дикари оставят голову в покое. Как бы не так: прихватили с собой и затем опять с ней вернулись.

Страшная игрушка не перестала нравиться.

Как ни скрывай, но весь поселок знал, что над частью тела товарища с утра до вечера издеваются. Пытаясь посильнее разозлить людей, людоеды плевали в голову, испражнялись на нее, поначалу даже били, но потом это прекратили, чтобы сохранить приличный вид.

А может, по другой причине, кто их поймет…

Руководству все это очень не нравилось. Не так много новостей в нынешней жизни по сравнению с недавним цивилизованным информационным потоком. Так что народ с утра до вечера обсуждал беспомощность поселка: ни отомстить за надругательство, ни каким-то образом его прекратить не получалось.

Предлагали проекты один глупее другого, но Рогов, всех охотно слушая, поступил по-своему. Начал с подбора кадров: выпросил у Кузьмича освобождение от работы для четырех ребят, на которых указала Жанна. Самые перспективные лучники, успех на этом поприще им почти гарантирован. Даже сейчас уже кое на что сгодятся, хотя много требовать рановато.

На дело взяли их всех вместе с Жанной и Кэт. Последняя не талантлива в этом вопросе, но, как сказала «тренерша»: «Упрямства у нее на троих – этим и берет».

Это лишь часть отряда, помимо них Рогов взял четырнадцать крепких ребят, на которых более-менее можно будет положиться в рукопашной схватке.

Ну и Влад, само собой, – он важнейшая часть плана.

Лодок было две, как и вчера: на одной шесть ваксов, на второй четыре. Странное распределение, учитывая, что размер посудин одинаков. Было мнение, что дикари прибыли из разных селений, вот и держатся отдельными кучками. Так ли это или нет, выяснить невозможно: других признаков различия не наблюдалось.

Отряд укрылся в кустарнике, что густо вымахал на высоком берегу. Но не весь – было одно исключение. Влад, притаившись под скалой, разложил на камне кольца троса, вытянул цепь, взял крюк в руки. И терпеливо ждал, как и все остальные. Со своей позиции он не мог рассмотреть, что происходит выше по реке, а высовывать нос Рогов ему запретил категорически. Так что рыбаку оставалось сидеть тихо и дожидаться сигнала.

Ничего, уж кто-кто, а рыбаки ждать умеют.

Ваксы сегодня не стали изменять себе: едва светило склонилось к вершинам далеких холмов, как из-за поворота вышло две лодки, одна за другой. Та, в которой четверо, полегче загружена, управлялась проще, видимо, поэтому традиционно обгоняла вторую, где размещалось шесть дикарей. Недалеко от берега держатся, стараясь заранее прижаться ближе к скале, потому как под другим берегом хватает чуть прикрытых водой опасных камней. К тому же в одном месте на них застопорилось упавшее дерево, превратившись в плотину для сплавляемого течением хлама. В общем, условия для навигации не лучшие, так что маневр правильный.

Вот только про Влада и то, что они к нему приближаются, ваксы не знали.

Течение в реке и без того не медленное, а здесь, на сужении, вода рычит как проголодавшийся зверь. Остается только удивляться, как людоеды проходят наверх в своих неуклюжих посудинах. Вниз-то куда проще, летят, будто на моторах.

До скалы лодкам оставалось уже менее полусотни метров, когда Рогов пронзительно свистнул. Влад, услышав сигнал, поднялся, шагнул вперед, затем вбок, забрался на скалу, встал так, что текущая вода начала лизать пальцы босых ног. Обувь не надел принципиально, заявив, что так ему проще: меньше риск поскользнуться при броске.

Да пусть хоть на голову становится, лишь бы попал…

Ваксы и свист расслышали, и Влада увидели. Но что они могли поделать против течения? К тому моменту лодки находились почти напротив скалы, уйти к правому берегу уже не успевали, назад тем более. Хотя на передней заработали веслами, пытаясь развернуться. Первоначально планировалось «поймать» именно ее, как более простую цель, но рыбак, опасаясь, что резкий маневр противника может ему помешать, сменил намерение.

А может, и заранее так решил, ведь именно во второй вчера перевозили голову.

Крутанул, отпустил, цепь с печальным звяканьем слетела с камня, увлекая за собой привязанный к последним звеньям трос. Крюк упал ближе к корме, и, прежде чем дикари успели опомниться, десятки рук вытянули «снасть» в струну.

Будто коня осадили – лодка повела себя так же. Посудину качнуло так резко, что дикари заорали, стараясь не выпасть за борт. А потом рты у них уже не закрывались.

А как смолчишь, если твое средство передвижения подтаскивают под скалистый берег, где в паре метров над водой стоят мрачные люди с луками в руках? Стоят молча, не злорадствуя, не угрожая. Просто терпеливо ждут, когда посудина окажется под высоким берегом. А уж догадаться, что произойдет дальше, самый глупый дикарь сумеет.

Течение помогало «рыбакам», так что старание ваксов уйти на веслах лишь слегка оттягивало неотвратимый момент. К тому же парочка не работала, а в отчаянии пыталась перерубить цепь. От их доисторических мечей отлетали осколки камней и древесные щепки – другого результата не наблюдалось, сталь игнорировала все удары. Трос – другое дело, но он начинался на недосягаемой дистанции, с лодки до него не дотянуться.

Лучники открыли огонь преждевременно, не выдержав. Стрелы зарывались в воду, вонзались в борта, даже Жанна не сумела попасть. Это ведь не по мишени, а по живому противнику, да и обстановка далека от идеальной: цель раскачивается с борта на борт, орут ваксы, орут люди, у кого-то уже брызнула кровь, сплошной адреналин.

Дикари начали бросать весла, хватаясь за оружие. Лодке теперь ничего не мешало, и она, описав последний отрезок недлинной дуги, стукнулась бортом о скалу. Сверху полетели не только стрелы, а камни и копья. Послышались крики раненых. Достать снизу, да еще и с раскачивающейся посудины, противников, находящихся на пару метров выше тебя над обрывом, – непростая задача. И ваксы с ней не справились.

Рогов не вмешивался в бой, стоял в сторонке, посматривал одним глазом на избиваемых, а другим на вторую лодку. Та успела отойти к правому берегу и теперь держалась рядом с чуть выступающим из воды камнем. Ваксы там не орали и вообще ничего не предпринимали, лишь веслами шевелили и ошеломленно смотрели, как избивают их беспомощных сообщников.

И радовались небось, что не их поймали.

Даже дракой происходящее назвать язык не повернется: будто щенков пинают. Ваксы пытались как-то прикрываться, но без щитов ничего хорошего из этого не вышло. Один в отчаянии сиганул за борт, но нырял он скверно, и его прямо под водой достало удачно брошенное копье.

Когда лодку подтащили к скале, трое ваксов лежали без признаков жизни, двое пытались шевелиться и постанывали, но на большее их уже не хватало. В общем, группе, приготовленной на случай рукопашной, работы оставили немного. Киря подтолкнул вперед пару ребят, в решимости которых имелись немалые сомнения, требовательно приказал: