Битва во мгле - Олег Шовкуненко

Еще никогда вид обыкновенных электрических огней не вселял в душу Мишеля такого трепета и тепла, как сейчас. Наблюдать за ними было настоящим блаженством. Маленькие, большие, средние, они плавно колыхались прямо по курсу вездехода. За каждым из них чувствовались горячие сердца товарищей, их опора и поддержка. И Тьюри было абсолютно все равно, люди это, нэйджалы или эктоны. Сейчас в мире существовало только две расы: «мы» и «они», иное деление казалось немыслимым и противоестественным.

– Подходим! – Мишель сообщил это известие громко и уверенно, как делал всякий раз после завершения очередного дела. – Приготовьте раненого к транспортировке, его уже ждут.

Когда солдаты перекладывали харринианина на самодельные носилки, сделанные из чехлов нескольких кресел, Тьюри подумал о дальновидности Жереса. Никто другой наверняка не позаботился бы о медикаментах, пригодных для аборигенов Агавы, но майор еще неделю назад отдал приказ об их погрузке на один из шагоходов. И вот теперь, гляди, пригодились! Вспоминая Жереса, Мишель горько пожалел, что его больше нет с ними. За майором они, его солдаты, чувствовали себя как за каменной стеной. Каждый приказ был ясен и понятен, каждый шаг выверен и продуман. А теперь… что будет теперь? Кто примет командование? Тыловик Лафорт? Экс-шпион Риньон или кто-нибудь из наших?

Погруженный в эти мысли, сержант вздрогнул от голоса капитана.

– Прибыли! Сержант, забирайте раненого и отправляйтесь наружу. Там уже разбили биомодуль. Кстати, не только для харририанина. Вам всем придется пройти биологическую очистку.

– Слушаюсь! – Слова Риньона подняли настроение Мишеля, так как отвечали его самым горячим желаниям. Тьюри с отвращением оглядел свой комбинезон. Самоочищающаяся ткань не могла справиться с обильным загрязнением, а нижнее белье вообще не имело подобной функции. Подсыхая в душной атмосфере транспортника, оно взялось жесткой вонючей коркой, которая вызывала зуд по всему телу.

Конечно, ионный душ не мог освежить кожу так, как это делают струи теплой чистой воды, однако Тьюри был несказанно рад и этому. Распрощавшись со своей липкой смердящей одеждой, он стоял под теплым, душистым ветром, который, подобно осеннему шквалу, уносящему с деревьев прошлогоднюю листву, срывал с его тела чужеродные молекулы. Несколько раз душевая кабинка наполнялась клубами какого-то безвкусного газа, который заставлял тело краснеть и исходить капельками горячего пота. Но это длилось всего считаные мгновения. Новый порыв не оставлял от влаги и следа.

«Жалко, что сеанс ограничен, – мелькнуло в голове у сержанта. – Тепло, светло и мухи не кусают. Совсем забываешь о прелестях этой милой планетенки».

Писк таймера сообщил, что время Мишеля вышло. Одновременно с этим исчез ласковый бриз, ароматы цветов и прочие приятные ощущения, свойственные очищающей процедуре. Грустно вздохнув, Тьюри расстегнул пластиковую штору. Он вышел в небольшой холл, где десять его полуголых подчиненных вяло переминались с ноги на ногу в ожидании своей одежды. Полевой дезинфектор работал на полную мощность, ежеминутно выплевывая в квадратный контейнер какую-нибудь деталь обмундирования. К сожалению, одежда появлялась совершенно вразнобой, без всякой системы и принадлежности. Данным обстоятельством тут же воспользовался рядовой Анри Бэдуа. Известный всей роте острослов пристроился рядом с контейнером, комментируя появление каждой вещи:

– Штаны камуфлированные, размер 48—50, ушитые в заднице варварским кустарным методом. Трусы неуставного образца цвета бордо с эмблемой Кэлвина Клайна на самом пикантном месте. Подделка, конечно. Авторитетно заявляю, что Кэлвин Клайн так низко не опускается, я имею в виду ниже резинки, конечно. Куртка полевая. Судя по количеству нашивок и разных там железяк, принадлежит инопланетному рокеру. Ума не приложу, каким образом она сюда попала?

– Остряк! – Мишель выдернул из рук Бэдуа свою униформу. – Позаботился бы лучше о поиске собственных штанов, а то видок у тебя, будто у педика.

Бородатая тема тут же нашла поддержку у коллектива, тем более, что вид голого мужика в громоздких космических ботинках был весьма комичен.

– На мой вкус худоват, – скептически оценил Бэдуа капрал Луари.

– И чересчур волосат, – подписался Миляр.

– И ноги у него кривые, – Редон не мог оставить без ответа клевету на Кэлвина Клайна.

– Ф-фух, слава богу! Никому я не понравился, – облегченно вздохнул Анри.

– Здесь нет, – Мишель закончил одеваться, – но мы не знаем вкусов нынешних хозяев Агавы. Может, для них ты как раз то, что надо. Так что чистка винтовки – для тебя лучший способ позаботиться о своей девственности. – Тьюри обвел взглядом прочую публику. – И для остальных, между прочим, тоже. Заканчивайте этот базар и через двадцать минут приступайте к чистке оружия. Капрал, ты старший. Проследи, чтобы все пополнили боекомплекты.

– Слушаюсь! – Луари щелкнул пятками босых ног. – А ну, придурки, живо разгребайте это тряпье. Потом разберетесь, где чье.

«Дело пойдет, – подумал Тьюри, покидая зону очистки. – Феликс Луари знает, как добиться понимания подчиненных».

Походный медико-биологический модуль был совсем небольшим сооружением. В ушах сержанта еще гремел трубный голос Луари, а ноги уже донесли его до дверей шлюзовой камеры. Нацепив на голову шлем, а на лицо кислородную маску, Мишель вышел наружу. Его встретила та же душная непроглядная тьма, с которой Тьюри уже успел познакомиться. Однако теперь она воспринималась совершенно по-иному. Находясь за спинами бронированных машин, расставленных по кругу, сержант чувствовал себя почти в безопасности. Уверенности добавляла агрессивная фигура двуногого гиганта, расположившегося в самом центре импровизированной крепости. Включив режим ночного видения, сержант увидел, что «Сахай-47» активизировал свое оружие и медленно поводит смертоносными жерлами из стороны в сторону.