Битва во мгле - Олег Шовкуненко

– Браво, Жерес! – гортанный рык послужил аккомпанементом словам майора. – Прав ты или нет, не знаю, но решение это – поступок смелый. Не припомню я такого за последние лет сто. – Клыкастая физиономия главного механика Фалека сияла от удовольствия.

– Я не разделяю энтузиазм нашего эктонского друга. – Торн был несокрушим, как скала. – Даже если и опустить вопрос о дисциплине, то нам все равно еще рано говорить о старте. Где оборудование наших лабораторий? Где подопытные животные? Где, наконец, биоматериалы и регенераторы?

Бо€льшая часть из перечисленных препятствий относилась к биомедицинскому направлению, поэтому, прежде чем ответить, Кристиан бросил быстрый взгляд на Дэю. Заручившись ее молчанием, Жерес невесело ответил:

– Ничего страшного. Вместо лабораторных животных будем мы. А те, кто останется в живых, подождут с регенерацией до возвращения.

– Остановитесь! Что вы делаете? – Неистово жестикулируя, Торн выскочил на середину рубки. – Кто поведет корабль? Лучшие пилоты Галактики остались за бортом звездолета!

– Я бы не делал столь поспешных выводов. – Жерес указал на капитанское кресло. – Разрешите представить командира нашего корабля, всем вам хорошо известного командора Хризика.

Нэйджал гордо восседал в командирском кресле, внимательно наблюдая за всем происходящим в зале. На фоне сотен радужных индикаторов, экранов и шкал, горящих яркими неестественными огнями, громадный ящер выглядел более чем внушительно. Его голова ощетинилась острым шейным гребнем и совершала короткие быстрые движения, реагируя на все перипетии жаркого спора. Огромные выпуклые глаза отражали пурпурные отблески далекой красной звезды, а из мощной, вздымающейся груди вырывалось горячее свистящее дыхание.

– Хризик? – Ощущение величественности испортил профессор. – Он же патологический трус!

«Интересно, что сейчас будет?» – В голове Кристиана промелькнули картины колоритного мордобоя.

– И никакой я не трус, – как-то совсем по-детски заявил здоровенный ящер. – Просто акты агрессии пробуждают в нэйджалах древнейшие инстинкты самосохранения. Именно они позволили нашей расе выжить в суровой гонке эволюции.

– Командор, вы говорите по-французски? – Способности Хризика поразили социолога намного больше, чем новые планы Жереса. – Где вы достали загрузочную программу? Ведь Совет запретил вам инсталлировать языки Земли.

– Что-то новенькое! – Кристиан заподозрил очередную темную историю. – Так чем же на самом деле было вызвано столь долгое молчание нэйджалов?

Вопрос так и остался без ответа. Космос за бортом звездолета взорвался ураганом бушующего огня. Внутреннее освещение центрального поста померкло. Его затмила лавина яркого света, ударившего сквозь огромные панорамные окна. Все, кто находился в зале, ослепли. «Мы гибнем!» Испуганные крики слышались со всех сторон.

– Прекратить истерику! Корабль цел! – Жерес еще плохо видел, но долг командира заставил его обуздать панику.

Световая атака длилась всего несколько секунд. Система безопасности поляризовала стекла и уменьшила силу излучения в сотни раз. Это позволило взглянуть за борт корабля.

– Кто-нибудь заметил, что произошло? – В момент взрыва майор стоял спиной к окну и, естественно, не мог видеть причину катаклизма.

– «Интега-4», – Строгов был ошеломлен и растерян. – Ее больше нет.

Как бы подтверждая слова лейтенанта, из огненного урагана вынырнули изувеченные останки стыковочной палубы, на которых все еще каким-то чудом держался изуродованный остов самодвижущейся крепости.

– О, ужас, мы потеряли «Райдхан-2»! – Торн схватился руками за голову.

– Мы потеряли Такера и еще семерых наших людей. – Казалось, майор пытался взглядом пронзить сплошную огненную пелену. – Они должны были перестыковать «Райдхан-2» к нашему звездолету.

– Мне очень жаль… – Профессор опустил глаза.

– Мне тоже. – Кристиан посмотрел на насупившегося Хризика. – Командор, у вас пять с половиной часов до старта. Приступайте к подготовке корабля.

– Слушаюсь. – Нэйджал неумело козырнул.