Порог - Сергей Лукьяненко

Валентин спрыгнул с катера рядом с Ксенией. До земли было метра полтора — катер казался ему выше, когда они садились в него в ангаре станции, но сейчас словно приплюснулся, стал площе и ниже. Может быть, так оно и в самом деле было.

Гюнтер спрыгнул вслед за ним.

Они стояли, озираясь, — и, Валентин это почувствовал, все трое наконец поняли в полной мере, что их миссия началась.

Вокруг был лес — не густой, очень светлый, но все же не оставлявший сомнений, что это дикая природа. Деревья походили на земные, только цвет листвы был не чисто зеленый, а с голубизной, уходящий в бирюзовость. Листва изрезанная, узкая, но ничего необычного, цепляющего взгляд.

А еще было тихо. Доносился тихий стрекот (какие-то насекомые?), но он лишь подчеркивал тишину и покой.

Валентин посмотрел под ноги — покрытая перегнившей листвой и древесным сором земля была чуть влажная… в таком лесу хорошо собирать грибы. Вокруг катера все было будто приглажено и утоптано, образуя круг диаметром метров десять. Одно молодое деревцо было надломлено, несколько кустов смяты. Катер стоял на трех разлапистых низких опорах, выдвинувшихся из корпуса. Под самой «тарелкой» земля потемнела, будто слегка обожженная.

— Все-таки вы к нам залетали, — сказал Валентин убежденно.

Ксения улыбнулась. Тронула борт катера — в обшивке разошелся люк. В небольшом отсеке лежало оружие и три комплекта одежды — рубашки свободного кроя, такие же просторные короткие брюки, едва доходящие до лодыжек. Одежда была ярких, даже слегка кислотных цветов — небесно-голубой, глубокий малиновый, сочный травяной.

— Они и впрямь так ходят? — спросил Гюнтер, подозрительно разглядывая широкую лазурную рубашку. — Как-то очень уж ярко.

— Праздничная одежда, принято надевать в дни семейных праздников — дни рождения родителей, даже если те уже умерли, и дни рождения детей, если они есть. — Ксения надела рубашку, потом брюки, застегнула эластичный ремешок. — В таком ходят не всегда и не все, но и удивления она вызвать не должна. Надеюсь.

Валентин оделся, закрепил под рубашкой кобуру с пистолетом и ножны. В правое ухо вставил горошину коммуникатора. Сказал:

— Зато такая одежда хорошо маскирует оружие.

— И это тоже было причиной выбора, — кивнула Третья-вовне. — Идем? Нам туда.

Валентин глянул в направлении, указанном Ксенией. Он, если говорить честно, не сориентировался, но Третья-вовне говорила уверенно.

— Давайте сделаем все быстро, — сказал он.

Ксения кивнула. Нахмурившись, посмотрела на катер — и тот вдруг исчез. Валентин протянул руку, коснулся горячего борта. Катер не исчез, конечно же, просто стал невидимым.

— Идем, — сказала Третья-вовне.

* * *

Флаер огибал ограждения Центра Обороны по дуге — Анге не стала запрашивать разрешения на пролет через периметр. Разрешение бы дали, конечно, в конце концов, Небесная Стража была частью общей обороны и в итоге подчинялась тому же самому Центру. Но скорее всего к месту падения метеорита послали бы охранников Центра, а ее бы отправили обратно.

Анге не хотела упускать шанс лично осмотреть подозрительную точку.

Она послала кодовое сообщение: «Следую вне периметра, направляюсь к месту падения неопознанного объекта, помощь не требуется, уровень опасности 3». Забавно было лететь мимо величественных корпусов — приземистых, в пять-шесть надземных этажей, выкрашенных в торжественный сиреневый цвет, и понимать, что посланный тобой сигнал, пролетев по цепи ретрансляторов и промежуточных станций, именно сюда и вернется. Компьютер поместит его в нужный раздел, какой-то оператор мельком глянет на сообщение и нажмет «разрешить».

На экране высветилась бирюзовая метка — пролет разрешен.

День сегодня был рабочий, но на территории Центра, за периметром, все равно было немало людей. Трое — в ярких старомодных одеждах семейного празднества — шли от самого периметра. Чего их сюда занесло? Пропускные пункты далеко, смотреть тут нечего. Провинциалы, судя по всему…

Флаер заложил вираж и застыл в воздухе. Гудели четыре турбодвигателя, удерживая машину в неподвижности. Где-то в этой точке и развалился метеорит…

Анге посмотрела налево, направо. Тронула ручку управления, посылая машину в медленный полет по спирали. Снизилась до десяти глан, до самых верхушек деревьев. Под ней заколыхались тонкие верхушки деревьев, поток воздуха из двигателей срывал с них листву. Анге изучала чахлый лесок со всем энтузиазмом новобранца.

Ничего необычного. Да и что она хотела увидеть? Кошака в боевом скафандре?

Она уже хотела дать автопилоту команду на возвращение, когда ее взгляд зацепило что-то необычное — круглая полянка с поваленным деревцем. Какая-то она была… слишком круглая, что ли…

Анге остановила машину в воздухе, придирчиво осмотрела полянку. Ничего необычного, если вдуматься. Поваленное деревцо… и несколько смятых кустов. Еще трава примята, и, кажется, в центре след от костра.

Кто-то сажал здесь флаер.

Наверное.

Ну а что еще тут могло быть? Приземлился вражеский корабль, замаскированный под метеорит? А потом тихонечко улетел? Нет у кошаков таких технологий, иначе бы плохо пришлось ребятам в космосе.

Совпало. Просто совпало.

Анге снова потянулась к панели автопилота — и замерла. Не веря своим глазам, наклонила флаер, еще чуть приопустила его к земле. Двигатели негодующе завыли, удерживать неподвижность с таким креном было нелегко.

Но зрение Анге не подвело. В паре глан от земли сидела ящерка-певунок. Стреляла длинным языком, выхватывая из воздуха мошкару. Ничего необычного, кроме того факта, что ящерка сидела на воздухе, на пустоте.

Анге повела рычаг управления, сажая флаер. Пару глан машина спокойно снижалась, а потом раздался удар, один край флаера задрался вверх, двигатели завыли, пытаясь выправить машину и все-таки посадить ее. Нехитрый автопилот и такая же простая навигационная система явно не могли понять, почему один край машины никак не желает опускаться. Потом край флаера со скрежетом скользнул по чему-то невидимому — и машина опустилась на краю полянки.

Анге несколько мгновений сидела в кресле. У нее бешено билось сердце.

Не зря. Не зря она решила сюда прилететь!

Анге откинула скрипнувший колпак флаера, вышла. Сделала два шага к висящей в воздухе ящерке, на всякий случай вытянув перед собой руки.

Пальцы коснулись чего-то твердого и горячего. Она сделала несколько шагов, водя в воздухе руками, будто внезапно попавший во тьму человек. Контур невидимого вырисовывался достаточно четко — что-то твердое, горячее, округлое, глан восемь — десять в диаметре.

Не просто н.о. — «неопознанный объект». «Н.в.о.» — «неопознанный вражеский объект». Без сомнений.

— Латта… — прошептала Анге, снимая с пояса коммуникатор.