Зона Посещения. Протокол "Чума" - Дмитрий Лазарев

– Как знаешь. – «Лояльный» пожал плечами, повернулся к брюнетке и тронул ее за плечо. – Пора идти.

Та сбросила его руку, продолжая рыдать.

– Идем! – настаивал Дмитрий. – Я помогу тебе добраться до города.

– Никуда я с тобой не пойду! – буркнула она сквозь слезы.

– Если ты тут умрешь, получится, что твой друг погиб напрасно.

– Не смей говорить о нем, слышишь?! – вскинулась брюнетка.

– Я знаю, что с тобой происходит. И поэтому я тебе нужен.

– А что происходит? – В глазах ее вспыхнул страх, дополнив коктейль из боли и злости.

«Лояльный» улыбнулся своей страшной изломанной улыбкой.

– Хочешь узнать? Тогда идем со мной. Без меня тебе не выжить. Ну?

Он протянул руку. Какое-то время девушка смотрела на нее, как на ядовитую змею, а потом, вдруг решившись, взялась, позволив «лояльному» помочь себе подняться. И они пошли на юг.

* * *

Рита шла на север, ругаясь сквозь слезы. Она не боялась заблудиться – знала, что сможет так же, по бурелому, вернуться назад, к дороге. Потом, когда этих двоих уже и след простынет. Ей нужно было сбросить эмоции. Желательно, радикально – убить кого-нибудь. Сойдет и какой-нибудь зверь лесной. Хорошо бы, покрупнее. Рита сама не могла разобраться, что сейчас чувствует. Эх, Артем, Артем… Он сдержал обещание – сделал так, чтобы она выбралась из этой передряги. А насчет того, что и сам тоже выберется, разговора не было, так что никаких претензий к нему быть не может.

Почему же так больно-то? Ведь уже казалось ей, что такие сильные эмоции остались для нее в прошлом. Неужели тот крохотный росток новой жизни, что зреет внутри нее, сохранил связь с той, человеческой жизнью? «Ребенок сувайвора – это не мелочь». Слова чертова «лояльного», чтоб ему пусто было! Прав он, конечно, только ей наплевать на уникальный генетический код в крови будущего малыша. Он – ее и Артема, а больше ничей. Теперь же – только ее. И никакие там «лояльные» из АПБР не прикоснутся к нему своими грязными лапами… Доза ей понадобится… Понадобится, да, но она найдет выход из положения. Например, направится на запад. Там, рядом с Владимирской Зоной, пасется немало сталкеров, бывших товарищей Артема. Наверняка они смогут помочь ей с вакциной. Нужно только хорошо попросить…

Но что-то еще ее смущало. Кажется, взгляд это отметил, а сознание не уцепилось, соскользнуло. И это «что-то» не давало ей покоя, будто у нее и без того головняков не хватало!

Рита даже остановилась. Ей почему-то показалось очень важным непременно найти причину своего беспокойства. Глубоко внутри сидело чувство, что от того, вспомнит она или нет, зависит очень многое, если не все. Что же это, черт возьми?!

Неприятное ощущение возникло совсем недавно, видимо, уже после того, как они прошли через аномалию. Она увидела что-то… Ну же, думай, Рита, думай! Вот они выпали… Катаклизм… Они лежат лицом в землю… Нет, не то… Дальше? А что дальше? Они с «лояльным» ругаются, а эта девушка сидит и ревет, закрыв лицо руками… Руками… Руками? Господи!

Рита замерла, будто вросла в землю, по спине пробежала леденящая дрожь, а сердце рухнуло куда-то в район коленок. Пальцы девушки… Ее ногти… Они были отчетливо желтыми.

* * *

Хромому хотелось есть. Очень. Волк-одиночка, да еще с недавно перебитой капканом правой задней лапой, он имел мало шансов добыть себе пропитание. К концу третьего дня после того, как он наелся остатками медвежьей трапезы, чувство голода превратилось в настоящую пытку. Но об охоте можно было забыть – сил хватало только чтобы лапы передвигать. Оставалось рассчитывать лишь на падаль. Именно поэтому, когда все начало страшно трясти, Хромой не побежал. Во-первых, не мог. Во-вторых, опасность, которую он ощущал всей своей шкурой, больше не пробуждала в нем инстинкт самосохранения. Волк устал до крайности.

Все время, пока содрогалась земля, падали и ломались деревья, Хромой пролежал под кустом, прижав уши, питаемый одной лишь надеждой, что его смерть минует, а кого-то – нет. И тогда он найдет его тело и наконец поест.

Когда же все закончилось, он поднялся на ноги и осторожно, периодически приостанавливаясь, вздрагивая и озираясь, потрусил вперед, туда, где особенно густо лежали поваленные деревья. Первый час поисков ничего не дал. Только лапы, и без того сбитые пустопорожней беготней по лесу, заныли пуще прежнего. Но вот к середине второго часа чуткий нос волка-одиночки ощутил слабый запах. Нет, не зверя – человека! В другое время Хромой постарался бы поскорее уйти – ну их, этих двуногих, одни беды от них! Достаточно вспомнить его заднюю лапу. А ружья? Бр-р! Но сейчас Хромой дошел до предельной степени отчаяния. Что ему терять? Какая разница, от чего помирать – от голода или гремящей железки двуногого? Второе даже лучше – быстрее и не так мучительно.

Обоняние безошибочно вело Хромого к цели. Человек где-то здесь, совсем близко. И он, кажется, не двигается. Значит, либо сидит в засаде, либо ранен или даже мертв. При мысли об этом варианте Хромой невольно облизнулся: человек – это довольно много мяса для одного. Можно наесться до отвала. Только бы не опоздать – в лесу падальщиков хватает. Волк ускорился, насколько мог. Здесь, здесь, это все ближе. Еда!

Вот оно! Увидев то, что он искал, Хромой даже замер ненадолго, воровато оглядываясь – нет ли опасности. Окровавленное тело мужчины лежало между двух упавших елей. Неподвижное. Мертвое? Ох, хорошо бы!

Осторожно ступая, Хромой стал приближаться. Верхняя губа его вздернулась, обнажая клыки. Скоро-скоро они вонзятся в теплую сочную плоть – тело, похоже, еще свежее. Шаг, еще шаг и еще… С клыков Хромого закапала слюна.

И тут человек открыл глаза. Волк и сам не понял, что произошло. Опомнился он только, убегая прочь во всю прыть, на которую было еще способно его изможденное тело. Бежал, гонимый диким ужасом.

2018 г.