Утопия XIX века. Проекты рая - Эдвард Беллами

Понятно, что Юдифь Лит должна была произвести на меня сильное впечатление с тех пор, как я таким странным образом попал в дом ее отца. Можно было ожидать, что после того, что произошло в последнюю ночь, я буду более чем когда-нибудь полон мыслью о ней. С самого начала я был поражен ее видом непорочной искренности, ее ясным, правдивым взглядом, напоминающим мне, скорее, благородного, невинного мальчика, чем девушку, которую я когда-либо встречал. Мне было любопытно узнать, насколько эти пленительные качества были личными свойствами ее натуры и насколько они могли быть результатом изменившегося с моего времени социального положения женщин.

Воспользовавшись удобной минутой, когда мы были одни с доктором Литом, я в разговоре коснулся этого предмета.

– Вероятно, женщины в настоящее время, освобожденные от всех домашних забот, – начал я, – всецело заняты заботами о своих прелестях и красоте.

– Что касается нас, мужчин, – заметил доктор Лит, – я думаю, мы бы не были в претензии, если б они, выражаясь вашими словами, отдались всецело такого рода занятию, но могу вас уверить, что у женщин слишком много ума для того, чтобы они согласились существовать благодеяниями общества за то только, что они – его украшение. Они действительно радостно приветствовали свое избавление от домашних работ, но не только потому, что эти работы сами по себе скучны, но еще и потому, что на эти работы затрачивалось слишком много сил, энергии. Они согласились отказаться от такого рода работ только с условием, чтобы им была предоставлена возможность принимать участие в труде более производительном в более приятной форме – на общее благо. Наши женщины, так же как и наши мужчины, – члены армии промышленности, и они выходят из ее рядов только тогда, когда их вынуждают на то их материнские обязанности. В общем выводе, каждая женщина, в разное время своей жизни, служит от 5–10–15 лет на поприще промышленности, а бездетные выслуживают и полный срок.

– Неужели же с замужеством они не оставляют службы? – спросил я.

– Не оставляют же ее мужчины с женитьбой, – ответил доктор. – В настоящее время замужние женщины избавлены от всех домашних забот, а муж – не малое дитя, которое бы требовало особого ухода за собою.

– Печальною стороною нашей цивилизации можно было считать то, что мы требовали столько труда от женщин, – заметил я, – но мне кажется, что вы требуете от них еще большего.

Доктор Лит засмеялся.

– Действительно, мы требуем от них того же, что требуем и от мужчин, тем не менее наши женщины чрезвычайно счастливы, тогда как женщины XIX столетия, если только нас не обманывают историки того времени, – были глубоко несчастны. Причина того, что современная женщина действительно равноправна в труде с мужчиною и вместе с тем счастлива, кроется в том, что относительно вообще труда, женского как и мужского, мы держимся принципа – давать каждому тот труд, к которому он или она наиболее способны. Так как женщина физически слабее мужчины, то это имеется в виду при выборе ей труда и условий, в каких он производится. Более тяжелые работы предоставляются мужчинам, более легкие – женщинам. Ни при каких обстоятельствах не разрешается женщине браться за работу, которая ей не по силам и не подходит по своим условиям для ее пола. Кроме того, рабочие часы женского труда значительно короче, женщинам дается больше отдыха. Мужчины нашего времени слишком хорошо сознают, что женская красота и грация – вся соль их существования, главный рычаг всех их действий, – и если они разрешают женщинам труд, то только потому, что труд посильный, при полном физическом развитии, чрезвычайно полезен и для души, и для тела. Мы убеждены, что прекрасное здоровье, каким пользуются наши женщины, в отличие от женщин вашего времени, которые все были болезненны, надо приписать здоровому, укрепляющему тело и дух труду.

– Вы сказали, – заметил я, – что женщины-работницы принадлежат к армии промышленности, но разве возможна одинаковая система дисциплины при таких различных условиях труда?