Колония. Дубликат - Константин Калбазов

– А то что? – послышался голос полный вызова.

Ребята все как один повернулись в сторону говорившего. Им оказался парнишка лет пятнадцати в парадно-выходной форме кадетского корпуса. Парни и девочки из этого корпуса всегда отличались самомнением и посматривали на остальную детвору свысока. А то как же! Уж кто-кто, а они изучали Колонию не по книжкам и фильмам.

Чуть только каникулы, которых все ждали с нетерпением, как тут же тебе самые настоящие полевые выходы. Мальчишки и девчонки в этой слегка вычурной форме по праву могли полагать, что знают о Колонии побольше, чем иной взрослый. Что и говорить, школу выживания они проходили вдумчиво. А все благодаря начальнику корпуса капитану Власову с его подходом…

Он, между прочим, был вторым человеком, ступившим на Колонию, сразу же за Ладыгиным. Но это чисто технически, потому что его машина ехала второй, а так, считай, первый. И главное, в нем все еще горел огонек, столь присущий детям, и подростки держали его за своего старшего товарища. Вот он-то и делал все возможное, чтобы ребятня влюбилась в этот мир, которому суждено было стать их домом.

И надо заметить, преуспел в этом деле. Кадеты разве что не молились на него, а выпускники никогда не забывали о нем. И если кто-то вдруг хотел пройтись языком по поводу этого жизнерадостного великовозрастного «подростка», то вынужден был сначала осмотреться, нет ли поблизости кого-то из прошедших через этот корпус. А то ребята там резкие, да еще и с соответствующей подготовкой.

– О, вояка пожаловал! – с ехидцей произнес Паленый, выпятив нижнюю губу.

– Не вояка, а кадет, – спокойно и с достоинством возразил паренек. – Ничего, поживешь здесь малость, научишься различать.

– Да что ты говоришь, – покачав головой, продолжал ерничать Паленый.

– Знаешь, наш начальник корпуса капитан Власов любит говорить, что, мол, если наши мальчишки разучатся драться, то кто же нас защитит в будущем.

– И при чем тут твой капитан Власов?

– А при том, что либо ты сам сотрешь со своей физиономии это выражение, либо это сделаю я. И поверь, у меня это получится. Веришь? Вот и ладушки. Теперь что касается девочек, у нас на Колонии не принято их обижать. Если ты мужик, то будь мужиком во всем, а не только по половым признакам.

– Слушай, военный, тут и совсем мальцы есть, поаккуратнее с выражениями, – вновь подала голос Юлька, у которой, похоже, дух противоречия был в крови.

– Я же сказал, я не военный, а кадет.

– И в чем отличие? – склонив головку набок, поинтересовалась девчушка.

– В том, что мы, конечно, имеем приоритет при поступлении на военную службу, но совсем не обязательно пойдем именно на нее. Я, например, собираюсь учиться на доктора. У нас в Андреевском уже есть училище, а к моему выпуску из корпуса и институт откроют.

– И вы строем не ходите?

– Почему же. Дисциплина почти военная, с уклоном на наш возраст. Но зато у нас куда интереснее, чем в детдоме или в какой семье.

– Что тут происходит?

Из окна учительской Даша увидела, как к ребятам в беседке подошел парнишка в форме кадета. И судя по всему, у них с одним из вновь прибывших случился конфликт. Вот она и поспешила. Мало ли. Хотя местные воспитатели не очень обращали внимание на стычки между детьми, ей подобное претило. К тому же ответственность за новичков пока что лежала на ней, да и, честно говоря, детей она любила, жалела, а конфликты между ними принимала близко к сердцу.

Будь ее воля, она непременно набила бы морду лица тому умнику, что додумался до таких экскурсий, после которых детей приходилось буквально отпаивать успокоительным. Истерики случались у подавляющего большинства, причем совсем не обязательно только у девочек или самых младших. Однако местное руководство называло это шокотерапией. И надо признать, что она приносила свои плоды: если в самом начале случались побеги детворы, неизменно заканчивавшиеся летально, то после таких экскурсий не было ни одного случая.

– Здравствуйте. Вы воспитатель? – жизнерадостно поздоровался кадет.

– Здравствуйте, молодой человек. Да, я воспитатель, Дарья Витальевна. А вы кем будете? Не думала, что кадеты квартируют в Платиновом.

– Не квартируют. Меня командировали сюда для вербовки новичков.

– Яс-сно. Агитбригада в одном лице.

– Так точно.

– Что же вы, господин вербовщик, не посетили директора, а сразу приступили к несанкционированной вербовке?

– Да я, собственно, и не собирался так сразу-то. Просто гляжу, ребята только с Земли, вот и захотелось поговорить, – обведя взглядом присутствующих, с самым невинным видом проинформировал кадет.

– Нехорошо обманывать взрослых, – погрозила ему пальчиком Юля, когда Дарья Витальевна направилась обратно в здание распределителя.

– А зачем их посвящать во все наши дела? – пожал плечами подросток. – А ты, Паленый, на меня не дуйся. Просто тут вся шелуха слетает в момент. Поймешь это быстро – не растеряешь свой авторитет. Станешь держаться за старые привычки – распрощаешься с ним, и очень скоро. А тебя как зовут, красавица?

– Ишь ты! Военный, красивый, здоровенный.

– Вот же заладила. Говорю же, не военный. Ну так как?

– Ну Юля.

– А я Вова. Вы вот что, ребята. Я сейчас к директору и обратно, а потом давайте все вместе в чайную завалимся, посидим. Тут у тети Светы такая выпечка, закачаешься. Я, честно говоря, только из-за ее чайной сюда и напросился. По всей Колонии нет больше такого кондитера.

– А тревогу не поднимут? – усомнилась Юля.

– Так мы предупредим, – пожал плечами Вова. – А если что, так у меня радиостанция имеется, – хлопнул он по черной коробочке на поясном ремне.

– Ну иди, отпрашивай, – распорядилась девчушка, которой, похоже, этот кадет понравился.

– Матвей Сергеевич, я все спросить хотела. А почему мы только требуем, чтобы дети курили в строго отведенных местах, и не спрашиваем за само курение? Ведь они губят свой молодой организм.

– А вы разве не в курсе, Дарья Витальевна?

– Не в курсе чего?

– Ну того, что местные условия способствуют отвыканию от курения. Среди колонистов дай бог если десять процентов курящих найдется, да и то в основном это вновь прибывшие, а из старожилов едва один остается. Кстати, куда проще и пить бросить, и с наркотиками завязать. А вы разве не замечали этого раньше?

– Видеть-то видела, но замечать не замечала.

– Понятно. А тем не менее на Колонии есть такой феномен. Ох и Власов, ох и жук, – покачал головой директор, подойдя к окну в учительской. Возможно, ему хотелось перевести разговор в другое русло.

– Вы о чем, Матвей Сергеевич? – удивленно отреагировала Даша.

– Нет, вы видели, какого орла прислал Власов?