Кровь за кровь - Райан Гродин

Эта карта так сильно отличалась от той, которую Яэль рассматривала всего месяц назад. Старый порядок возвращался. Забытые страны возрождались.

– Как прекрасно, – проговорила Яэль, протягивая руку к границам Египта.

– Стоять! – шикнула сидящая рядом Хенрика, размахивая иглой с вправленной в неё хирургической нитью. – Я тут вообще-то не вышивкой занимаюсь.

Яэль снова устроилась на стуле. Пуля, как бы ни было больно, содрала лишь небольшой участок кожи. Но лидер Сопротивления провела немереное количество времени, суетясь над ранением и промывая каждое грязное пятнышко антисептиком, по меньшей мере, по три раза. Раны чище в мире не бывало.

– Я тоже рада видеть тебя, Хенрика.

Улыбчивые морщинки в уголках рта польки были не такими глубокими, как должны бытьв её возрасте. Игла замерла на мгновение, когда женщина посмотрела на исчерченную карту.

– Да, вид прекрасный, но боюсь, всё это будет неважно, если мы потеряем Германию. Правительства новых стран хрупки, как отцветшие одуванчики. Их быстро развеют, если Гитлер и его приспешники сумеют устоять и решат вернуть утраченные территории.

– Силы Райнигера, кажется, сохраняют позиции. – Яэль кивнула на вторую карту – ту, где детально были изображены улицы Германии. Кнопки испещряли кварталы вблизи реки Шпрее, окружали потерянные и отвоёванные территории.

– Это война за сантиметры. – Улыбка Хенрики испарилась, когда она продолжила зашивать рану Яэль. – Её не хватит, чтобы кардинально всё изменить. СС окружили нас со всех сторон, запасы истощаются. Возможно, их даже не хватит до Северного моря…

– Кавалерия на подходе, – сообщила Мириам из-за карточного стола. Её внешность, по мнению Яэль, вновь стала обычной – тёмные волосы с серебряными нитями, глаза с золотыми искрами. Подруга сидела, с головой зарывшись в бумаги.

Документы «Проекта Доппельгангер» пережили переход через линию фронта лучше, чем они все – сухими и несмятыми. Но на столе были и другие бумаги. Из-за утечки приходилось рассматривать все варианты. Копии чертежей Канцелярии и фюрербункера расположились рядом с планом помещений Министерства народного просвещения и пропаганды. Последний Лука набросал от руки. Яэль заметила, что парень был весьма талантлив в рисовании: уверенность даже в мельчайших штрихах. Его знания Орденского дворца были неполными, охватывая только те залы, в которых он сам побывал, но их было достаточно, чтобы провести шпиона через прилегающее крыло, где находились студии «Рейхссендера». Достаточно, чтобы проникнуть внутрь и подложить плёнку, разоблачающую «Эксперимент 85» и Гитлеровский Маскировочный отряд, в аппаратную.

Яэль не ожидала, что этот план будет принят, особенно со стороны Мириам. Но они с Хенрикой выслушали рассуждения Яэль – пятнадцать голов гидры, хаос, участие мальчика с плакатов, – не прерывая хотя бы потому, что первоначальный план с убийством Гитлера оказался (более или менее) невыполним.

Выслушав, Хенрика кивнула: «Нужно посоветоваться с Эрвином и остальными. Но я согласна. Раскрытие такой информации может пошатнуть важность фюрерайд и подкосить силы национал-социалистов».

Мириам возразила только против выступления Луки. Под сомнение она ставила не его влияние на массы, а его право участвовать в этом. Несколько увиденных фотографий и капля пролитых слёз не делает Луку их сторонником. Кто он такой, чтобы говорить за всех них?

Яэль поправила: не за, а с ними. Им пришлось столкнуться лбами не один раз, чтобы заставить Мириам переметнуться из лагеря «категоричное нет» в «ладно, возможно». Теперь тема эта поднималась нежно, аккуратно.

К слову о нежности… Яэль сжала зубы, терпя последние стежки Хенрики. Ощущение иглы, прокалывающей кожу – даже ради лечения, – сводило её с ума.

– Кавалерия что-нибудь нашла? – спросила она Мириам.

– Всё то же самое. – Не считая душа и быстрого перекуса, Мириам была неотделима от документов, просматривая каждую страницу по два, три, четыре раза. Столько, сколько требовалось, чтобы объяснить панику, которую она слышала в голосе рейхсфюрера Гиммлера. – Никаких волшебных решений.

По мнению Яэль, того, что у них уже имелось – доказательств эксперимента, списка Маскировочного отряда, участия Луки, – было достаточно. И всё же рассортировать документы слоило. Кто бы ни отправился в Министерство, пройдёт лишь несколько минут эфира, прежде чем его обнаружат. Их запись должна быть максимально краткой, чтобы уместиться в эти минуты, и максимально убедительной, чтобы зажечь искру перемен. Только самые важные документы для этого подойдут.

Хенрика обрезала нить, протёрла бок Яэль антисептиком и закрыла шов повязкой. Она указала подбородком на карту улиц Германии:

– Может, вам лучше пока заняться изучением возможных подходов и путей отступления из Орденского дворца?

На бумаге они были всего в пальце от студии «Рейхссендера» – полчаса пешей прогулки через реку Шпрее по улице Вильгельма. Но двойные молнии отрядов СС, расположившиеся на карте между точками назначения, напоминали паучье гнездо. Яэль так отчаянно всматривалась в двойные руны «Зиг», что они размылись в одну кишащую пауками каплю. Проникновение в этот район потребует скрытности и удачи. Побег – и того больше.

Не так невыполнимо, как план с фюрербункером, но почти так же опасно.

– Лука поможет с этим, когда мы спланируем выступление. Есть новости по поводу камеры? – спросила Яэль Каспера, который только закончил радиопередачу.

Он прижал ладони к глазам, будто недостаток сна можно было просто из них выдавить.

– Пока ничего. Но всем отрядам приказано следить за этим. Если кто-нибудь сможет отыскать съемочное оборудование, с нами свяжутся.

Яэль прошла к карточному столу. Хотя время было поздним, дневной сон и адреналин подкинули слишком много энергии. Пора приступать к чтению – с камерой или без, а одобрение Райнигера ещё не было получено.

Из коридора вышел Лука, только после душа. Влажные волосы Победоносного были зачёсаны назад, а лицо выбрито так тщательно, что Яэль разглядела каждую его линию, не замеченную раньше. Очертания его скул напоминали ей собор – дугообразный, каменный, слегка готический.

Забавно, даже сбросив все маски, Лука раскрывался с новых сторон.

Сердце Яэль забилось быстрей – пролетая, как машины на автостраде, – когда Лука опустился на соседний стул. Ей даже пришлось опустить взгляд на пол, проверяя, поднялся ли в воздух её собственный. Сейчас, как никогда, необходимо быть собранной, прочно стоять на ногах. Яэль уже ошиблась, позволив парню отвлечь себя в конце прошлой миссии, и это стоило ей первого места.

Яэль постаралась задавить нарастающие чувства, но напрасно. Они были как солнечный свет. Яркие жёлтые лучи, сверкающие внутри. Если бы она была с Лукой наедине, то обязательно бы снова его коснулась. На этот раз не руки. Прикосновение было бы более личным. Изгиб плеч. Шея…