Оруженосец - Александр Войкин

– Кей! Мальчик мой!

Я опустился на одно колено, чувствуя, как слезы падают из глаз. Сэр Дарн улыбнулся, мягко, по-отечески.

– Не стоит плакать, парень. Моя смерть не означает конец всего. Ты это прекрасно знаешь. Как-никак, тысяча лет прошла с момента твоей гибели.

– Так вы знали, – выдохнул я, стирая слезы со щек.

Он качнул головой.

– Да. Догадался. К тому же утром довелось говорить с Чией. Она умоляла не пускать тебя в бой. Однако я все равно не послушался. Прости за это.

– Вам не за что извиняться. Вы всегда делали для меня все, что могли, и даже больше. Никогда мне не расплатиться за это. Спасибо! – произнес я.

Мой наставник коротко рассмеялся, на его губах выступили капли крови.

– Я не заслужил благодарности, ведь мог приказать тебе остаться. Ты нужен Конклаву, Кей. Нужен миру. Ты слишком ценен для всех нас.

– Почему? – крикнул я. – В чем моя ценность?

– Ты можешь остановить тьму, если познаешь себя. Оружие против тьмы скрывается глубоко внутри тебя. Помни об этом.

Сэр Дарн с трудом залез рукой в карман и вытащил на свет тонкую серебряную цепочку. На ней висел медальон в виде ворона, сидящего на ветке дерева.

– Возьми. Мой родовой знак. Я был последним из славного рода эл Кион, – с сожалением сказал он. – А ты единственный, кого я мог бы назвать своим сыном. И теперь я хочу, чтобы ты взял мое имя и прославил его на просторах Аонора. Будь сильным, Кей. Ты станешь славным рыцарем, вижу это очень ясно. Всегда помни о том, что я гордился тобой до последнего вздоха…

Он улыбнулся, а затем взгляд моего наставника и приемного отца навеки застыл. Его рука упала было вниз, но я вовремя подхватил ее, бережно опустил на землю, взяв цепочку с медальоном. Ворон. Родовой знак эл Кионов. Ворон был и на щите Низвергнутого в моих воспоминаниях. Видимо, это судьба. Жестокая, беспощадная, насмешливая стерва-судьба.

Я надел цепочку на шею, поверх кольчуги, а затем, вытерев последние слезы, закрыл глаза названого отца.

– Прощай. Ты был мудрым наставником и замечательным другом. Я не сумел сполна отплатить за твои советы и помощь. Надеюсь, в следующей жизни удастся это сделать.

Я склонился и коснулся губами его лба. А затем поднялся, ощущая, как гнев переполняет меня. Братья и другие соратники с трудом сдерживали натиск врагов, предоставляя возможность попрощаться с командором. И я был им за это благодарен.

Эта смерть лишила надежного друга и близкого мне человека, но он бы не хотел видеть меня тоскующим или опустившим руки. Поэтому собрал волю в кулак и, раздвинув ряды соратников, бросился на врага.

Я сражался неистово, совсем как Дарн недавно, наводя ужас на ряды врагов. Они боялись, отступали на мгновение, но потом снова бросались на меня толпами, стремясь задавить. И через какое-то время я ощутил, что запас энергии окончательно иссяк и мои руки сами по себе опускаются, роняя меч. Даже маленький комочек тьмы внутри превратился в крохотную точку.

Глупо. Бессмысленно. Забавно. Мое тело просто отказалось продолжать сражение, я перенапрягся, выложился больше, чем должен был. И поэтому проиграл.

Клинки южан кромсали меня на части, но больно, кажется, не было. Сознание почти отделилось от тела, я словно со стороны наблюдал за полем боя и за собой, медленно опускавшимся на колени. Мечи врагов пронзали меня, а соратники не могли помешать, будучи задавленными количеством.

Приближался очередной воин юга, занося меч, намереваясь отсечь мою голову. Я ощутил, как губы растягиваются в усмешке.

А в следующее мгновение через все поле промчался вихрь, снося в разные стороны врагов. Южане разлетались, будто куклы, с отрубленными конечностями, а вихрь целенаправленно двигался вперед. Ко мне.

Он остановился, вовремя подхватил мое падающее тело. Взмахнул рукой, и ближайшие ряды вражеских солдат разметало в клочья. Хмыкнул и взглянул мне в лицо.

– Ты все-таки не выдержал, – тихим голосом произнес он.

Никто, кроме меня, не мог его слышать. Я все так же будто витал в воздухе, рядом со своим телом, наблюдая со стороны. Выглядело оно ужасно. Десятки колотых и рубленых ран, кровь все еще текла ручьями, но было уже поздно. Меня не спасти.

– Неправда. – Он поднял взгляд, уставился прямо на меня. – Ты еще будешь жить, Кей. Потому что я так решил! Не смей умирать прямо сейчас, ты нужен этому миру! Нужен мне!

Он со злостью резанул себе правую руку. Кровь весело хлынула вниз, стекая мне прямо в рот. Тот Кей захлебывался, я даже ощутил привкус крови во рту, но вот он сумел проглотить и меня ощутимо тряхнуло. А затем острая боль пронзила от затылка до пят, разрывая на куски. Показалось, будто раздробили на части огромным молотом, а затем бросили в мусорное ведро, роль которого исполнила уже знакомая бездна.

Я вновь оказался на поляне. Нексус, родимый. Зачем же я здесь?

«Внимание! Получен критический урон организму. Восстановление невозможно. Исход летальный», – вылезло сообщение, затем резко мигнуло и погасло. Взамен выскочило другое: «Получен образец чужеродного ДНК. Распознание… Возможно полное слияние… До перерождения осталось десять секунд… девять… восемь».

Небо над головой резко потемнело, вдалеке ударила молния. Пророкотал гром, а затем задрожала земля. Цветы съежились, иссохли, некогда плодородная земля потрескалась, стала напоминать солончак.

«Перерождение началось», – поведала система.

А в следующий миг мир вокруг перестал существовать, осыпавшись мелкими осколками в ту же бездну. В который раз.

Я падал, не поняв, что вообще произошло. Он поделился со мной своей кровью, и это привело к каким-то последствиям. Но каким? Что произошло? Я уже умер? Или все не настолько плохо?

Тьма вокруг неожиданно расступилась, вытолкнув меня на новую поляну. Здесь не было такого буйства красок, как на прошлой. Почти все цветы были темными, колючими, похожими на те, с помощью которых подчинил тьму в себе.

«Перерождение завершено», – сказала система.

– Что за перерождение? – прошептал я недоуменно. Неужели меня окончательно снесло с катушек, и я стал темной тварью? Два раза вижу это сообщение, но смысла так и не понял.