Зона Посещения. Калибр памяти - Сергей Вольнов

– Не скучаешь?

– Читать про своё будущее – занятие не скучное, – отшутился он.

– Ну… – Рута пожала плечами.

На её лице было написано, что зря она вообще дала ему эти газеты. Такого шока можно и не выдержать. К счастью, психика Крайта оказалась прочной.

– Что теперь будем делать?

– Давай подождём утра, – предложила девушка.

– Утро вечера мудренее? – с кривой улыбочкой уточнил Крайт.

– Что? – не поняла Рута.

– Да так. – Он прикрыл глаза. – Старая русская поговорка.

Рута вытащила из кожаной сумки три «светящихся цветка» и, расставив их по комнате, брызнула водой. Растения активизировались, помещение погрузилось в мягкий, приятный глазу свет. Судя по усиливающемуся запаху, цветы не только светились, но испускали аромат.

Крайт развалился на полу и едва слышно простонал. Приятное освещение, умиротворяющий запах, тепло, уютно, рядом, чего уж греха таить, красивая соблазнительная женщина – чем не счастье для усталого путника?

Рута тем временем принялась стелить плетёные травяные матрацы. Крайту жуть как не хотелось вставать, но он пересилил-таки лень – надо помочь напарнице. В конце концов, она устала не меньше.

– Ну вот, готово, – удовлетворённо произнесла девушка. – Бери следующий.

– Рута… – тихо позвал её Крайт.

– Да?

– А ты, выходит, принцесса? – спросил он и пояснил: – Раз уж дочь главной…

– Не принцесса больше, – покачала головой она. – Я бросила семью и ушла.

– Понятно.

– Власть в пределах отдельно взятого, обособленного закутка – не моё. Мне ближе возможность сделать весь мир чуточку лучше. В итоге я и выбрала иную дорогу, – объяснила она, – возможно, ведущую в никуда.

– Ясно, ясно. – Крайт то ли осудил, то ли, наоборот, поддержал её решение.

Во время разглаживания матраца Рута чересчур резко дёрнула его на себя, что незамедлительно отдалось болью в простреленной, ещё не зажившей руке. Она сквозь зубы застонала.

– Что такое? – подскочил к ней Крайт.

– Рана… – выдавила она.

Крайт аккуратно взялся за углы матраца и так же аккуратно вытащил их из её пальцев. Затем расстелил матрац и усадил на него Руту. Та не сопротивлялась.

– Уже не болит, – соврала она.

– Рута… Я должен кое-что сказать тебе, – извиняющимся тоном начал он.

– Говори. Не волнуйся, – без особого рвения ответила она.

– Твоя рука… – едва слышно произнёс Крайт. – Это я стрелял тогда, через дверь.

Он легонько коснулся повязки подушечками пальцев, но правая половина ворота балахона всё равно соскользнула, обнажив и плечо, и верх правой груди.

– Прости меня! – воскликнул Крайт голосом раскаявшегося грешника и, ухватив опавшую часть одеяния, попытался вернуть её на место.

Рута вдруг схватила его за запястье. Причём так сильно, что в руке Крайта что-то даже хрустнуло.

– Заткнись, – шепнула девушка.

Ни он, ни она не смогли бы объяснить, почему вдруг одновременно решили заключить друг друга в объятия, упасть на только что расстеленный матрац, стянуть одеяния и наконец сблизиться телами.

* * *

ОНА корчилась от бессилия.

Потому что при всём желании остановить это не могла!

Несмотря на всё своё воскрешённое всемогущество.

Что угодно смогла бы, хоть залить всё поселение огнём и всех уничтожить, но вынудить их оторваться друг от дружки добровольно – нет.

И неудивительно, что вновь почувствовала себя одинокой, лишённой тепла, замерзающей… Погружающейся в небытие…

Ни к чему сверхсила, если в этом мире о НЕЙ больше некому и вспомнить…