Оружие Аполлона - Алексей Корепанов

Бесповоротно?…

Еще раньше «аполлоны» и Арамис открыли стрельбу по деревьям, за которыми успели исчезнуть оба бритоголовых. Вновь начали с треском крениться к земле стволы, посыпались вниз хвойные лапы и с левой стороны от Габлера раздался полный боли вскрик. И все там стихло. С правой же продолжал доноситься удаляющийся шорох ветвей. Пара «аполлонов» бросилась было в погоню за убежавшим «братом», но полковник остановил их:

– Стоять! Я не давал команду преследовать. Пусть гуляет.

Он уже нависал над корчившимся на земле патриархом, наступив подошвой ботинка ему на запястье. С силой придавил руку Феодора – пальцы того разжались, и патриарх выпустил из них Копье. Полковник наклонился, бережно поднял с земли невзрачную вещицу и сдернул с плеча Хранителя футляр.

– Я мог бы тебя пристрелить, мистер, – почти ласково сказал он, – и сбросить вслед за твоим собратом, но не буду. Не попадешь ты на встречу с твоим Христом. Пока не попадешь. Тебя ждет суд. – Грэнд перевел взгляд на Криса, продолжающего сидеть на корточках возле беллизонки: – Приказы даются для того, чтобы их исполнять. Тебя что, этому не учили, Габлер? Я же вполне внятно сказал: без команды не стрелять!

Крис снизу вверх посмотрел на него и промолчал.

Полковник убрал Копье Судьбы в футляр и повернулся к паре «аполлонов»:

– Снимайте комбезы, пакуйте в них девушку и этого. – Он пнул патриарха ботинком в бок. – Потом несите в машину. Габлер, помогай. – Палатинец взглянул на Арамиса и широконосого: – Пирико, посмотри, что там с беглецом. Если жив, тащи к машине, если нет, пусть лежит. Мы не похоронная команда. И за этим, – полковник кивнул на обрыв, – лезть не будем. Он сделал свой выбор.

Желтоглазый файтер тоже не остался без задания. Ему было поручено сопровождать к битлу иеромонаха Василия, который продолжал стоять на месте и бросать взгляды по сторонам, то и дело останавливая глаза на обильно залитом кровью комбинезоне Низы. Патриарх лежал у него за спиной, и Василий его не видел и туда не поворачивался. Возможно, опасаясь выстрела по собственной персоне – судя по его взвешенному поведению, будущее свое он представлял не в совсем уж мрачном цвете.

Раздав всем поручения, полковник связался с двумя уже прибывшими битлами и приказал им сниматься со склона и перелетать к опушке, где стояла машина Артура. Спрятал куда-то под комбинезон футляр с Копьем Судьбы и, посматривая за подчиненными, вновь затеял переговоры с «карфагенами», «кольцами» и прочими. Включая, как понял Габлер, и легата «Аполлона» Говарда Баддла. И еще Габлер понял, что полковник приказал готовить к старту бриг Осота. Он явно торопился доставить Копье Судьбы на Вери Рому.

Арамис вскоре вернулся и доложил, что беглец мертв, но цел – в смысле, не порезан на части лучами, – и значит, есть надежда на его воскрешение. Ведь оставался еще снабженный доком комбинезон желтоглазого, если уж полковник не захочет предоставить свой. Но полковник жестко заявил:

– Пусть отдыхает. Они бы никого из нас лечить не стали.

Габлер старался гнать из головы мрачные мысли и сосредоточиться на деле. Шансы на то, что Низа вернется в мир живых, были. Главное – все делать быстро и четко… И не позволять, чтобы дрожали руки. Все будет хорошо.

Два «аполлона» стянули с себя боевые комбинезоны, оставшись в гладких нательных костюмах. Один комбинезон достался патриарху Феодору, и комбинезонный комплекс принялся сращивать кости и кровеносные сосуды, заживлять раны и накачивать Хранителя снотворным. Смерть патриарху не грозила. А крионика второго комбинезона быстро превратила девушку в «мерзляка». Остальное зависело от медиков. И не с такими ранами возвращались из-за черты…

Патриарха в боевом комбинезоне разместили в одном из двух прибывших битлов, на полу между креслами, а замороженную Низу – в машине Артура. Файтерское облачение с нее сняли, а комбинезон разведчика оставили и залили тело формером, образовавшим транспортировочный кокон. В этом же битле должны были расположиться полковник, Габлер и Арамис. С погруженным в сон патриархом предстояло лететь иеромонаху Василию под присмотром трех «аполлонов». И выходило, что третий летательный аппарат лишний, так что полковник приказал его пилоту возвращаться туда, откуда тот прибыл. Битл поднялся в воздух и полетел над плато, удаляясь от оставшихся у леса машин.

Все, кроме палатинца, уже разместились в битлах. Артур давно вернул глазастика на место и был готов стартовать. Полковник отлучался в лесок, чтобы облегчить мочевой пузырь, и теперь направлялся к открытому люку. Но тут прозвучал сигнал связи, и он остановился.

– Да, «Орбита»? – Айон помолчал, слушая и все больше хмурясь, и недовольно сказал, повысив голос: – А почему раньше не сообщили? Спали или как? Что?! Ну, молодцы!

Полковник стремительно повернул голову, что-то выискивая глазами в небе, и тут с севера, из-за седловины, выскочила пара летательных аппаратов. Они шли параллельным курсом, но перед плато разделились. Один пустился вдогонку за улетающим битлом, а второй направился к двум другим, которые собирались стартовать от кромки леса. Появившиеся машины были треугольными, плоскими и серыми, с горбиком кабины пилота и двумя хвостами, и под их днищем просматривались длинные узкие тела ракет. Такие аппараты стояли на вооружении в каком-то земном государстве – уж не в Сибирской ли России? – и Габлер даже помнил из учебных занятий в Стафле их название – «Спафарий»[45]. Почти одновременно под брюхом у обоих аппаратов полыхнуло, и, обгоняя их, вперед устремились ракеты. Одна неслась к уходящему от плато битлу, а вторая направлялась к еще не успевшим подняться в воздух машинам.

Полковник на миг застыл, отслеживая взглядом оба убийственных снаряда. Габлер, Арамис и Артур напряженно ждали его приказа, сидя на своих местах и тоже глядя в небо. «Спафарии» уже перечеркнули воздух над плато и скрылись за горными вершинами, а ракеты продолжали лететь к целям. Счет шел на мгновения…

«Это – смерть…» – пронеслось в голове у Габлера, однако он продолжал оставаться в кресле. Да и поздно уже было бросаться к люку.

– Огонь и взлет! – крикнул полковник и, развернувшись, устремился к лесу.

Его действия вряд ли можно было расценить как бегство в попытке спасти собственную жизнь – Айон старался сохранить Копье Судьбы. И давал шанс на спасение другим.

Артур ждал именно такой команды, потому что практически одновременно со словами грэнда луч бортового излучателя понесся навстречу приближающейся ракете, и пилот тут же, не закрывая люк, поднял машину в воздух. Почти в то же мгновение, пустив в ход свой излучатель, взметнулся над каменистой поверхностью и соседний битл.

А вот файтер, который управлял удаляющейся от плато машиной, вместо того чтобы попытаться поразить самонаводящийся снаряд, начал маневрировать, стараясь избежать попадания. Но ракета мгновенно изменила курс и вышла точно на цель. Спустя миг она врезалась в бок своей жертвы – и в воздухе с грохотом расплескался огонь. Защита битла оказалась просто не в состоянии нейтрализовать такой удар, все-таки битл – не крейсер…