Оружие Аполлона - Алексей Корепанов

Машина застыла на плато, в десятке метров от его ближнего края. Со стороны леса ее прикрывала целая скульптурная группа, слегка напоминающая знаменитое творение древних землян «Лаокоон и его сыновья» – так мимолетно подумал Габлер. Битл тут же изменил цвет обшивки и слился с этой композицией. Лес был закрыт от сканера каменной преградой, но пилот сделал движение пальцем над панелью, и из верхней части летательного аппарата выскочила тонкая антенна, заставив прибор вновь «прозреть». Через несколько мгновений пятна на экране превратились в пять силуэтов, и это были силуэты не местных зверей, а каких-то людей. Люди цепочкой шли неподалеку от опушки леса с севера на юг, по самой широкой стороне трапеции, которую представляло собой плато, и это вряд ли были стафлы или форесты. Их фигуры почти постоянно перекрывались древесными стволами, однако сканер создавал вполне достоверную картинку и при таких условиях.

Полковник, резко развернувшись, посмотрел на беллизонку почти с мольбой – он уже понял, насколько тяжело дается ей работа, которую тот же сканер выполнял без напряжения или там жалоб. Но сканер, в отличие от Низы, не мог засечь Копье Судьбы. Девушка уже не дремала, а обводила глазами скульптурную группу, созданную природой.

– Даллиа… – чуть ли не вкрадчиво проронил Айон, словно просил об огромной услуге. – Направление движения объекта изменилось?

Впрочем, его можно было понять.

Беллизонка перевела взгляд на него и покорно закрыла глаза. Приложила пальцы к вискам. В салоне повисла напряженная тишина, в которой прозвучал шепот с пола:

– Живой сканер, блип…

Это осенило одного из файтеров, и он поделился своим выводом с сослуживцем. Полковник тут же, яростно сверкнув глазами, погрозил ему кулаком.

– Изменилось, – наконец сказала беллизонка. – Теперь есть перпендикулярно прежнему. Скорость передвижения примерно та же.

Айон хлопнул себя ладонью по колену и воскликнул:

– Отлично! Спасибо, даллиа Анизателла! Артур… – Полковник не договорил, потому что из кармана его комбинезона раздалось басистое жужжание. Айон вытянул оттуда коммуникатор, взглянул на экранчик и поднес аппарат к уху. – Да, «Орбита»? – Он со сдвинутыми бровями выслушал сообщение, уставясь в одну точку, и сказал, отвечая, вероятно, на вопрос собеседника: – Не надо, не трогайте. Никуда они с планеты не денутся, пусть полетают. Оголодают, сами притопают, а не притопают, пусть живут дикарями. Просто наблюдайте, где они приют найдут. Переведите наблюдалку на стационар, теперь-то лупить по вам не будут. Сейчас им не до того. Думаю, им не взбредет в голову атаковать лагерь… Разве что они захотят стать самоубийцами. Все, конец связи. – Он убрал коммуникатор, обвел глазами спутников и пояснил то, что и так уже было понятно: – Какие-то леталки бросились врассыпную от базы. Отвлекающий маневр. Думают, мы за ними гоняться будем, а те, кто надо, ускользнут. Ошибаются, наивные. Не ускользнут. – Он посмотрел на пилота: – Артур, запускай глазастика, назад и повыше.

Пилот пошевелил пальцами, и в задней части машины, вверху, негромко щелкнуло – это открылся лючок, выпуская летающий прибор разведки. Через несколько секунд засветился еще один экран на панели, и на нем появился вид плато сверху.

– Та-ак… Артур, дай проекцию на потолок, чтобы всем видно было. – Полковник нажал пальцем на подлокотник снизу и теперь уже вместе с креслом развернулся к тем, кто находился сзади. Поднял голову к появившейся над ним панораме. – Ага, как по заказу! Сейчас выгружаемся и ползком вот к этой канаве. – Он показал рукой на расселину метрах в пятнадцати от битла. – По ней вон туда… Там опять на брюхе… А потом вон за теми столбами проберемся вот в это укрытие.

Габлер, как и все остальные, включая пилота, внимательно слушал полковника и разглядывал изображение плато, которое продолжал демонстрировать зависший в вышине глазастик. Задача не казалась сверхсложной. Хранители пробирались по лесу, а не шли прямо по плато, и это было понятно: они опасались, что их могут обнаружить с воздуха. «Братья» выбрались из своих подземелий и теперь старались покинуть этот район, унося с собой Копье. Вероятно, шли они не наугад – за столько-то лет успели изучить окружающую территорию, а может, где-то было у них и еще одно убежище, и они пробирались туда. С левой отсюда стороны плато местность понижалась, лес узкой редкой полоской тянулся по краю ущелья и нырял в котловину. Туда же выходило и устье ущелья. Далее вновь все шло на подъем, но те места уже не входили в сферу действий группы перехвата. Группе предстояло пересечь плато, скрываясь в расселинах и за каменными изваяниями, и сблизиться с Хранителями на том участке, где деревья росли над ущельем. Судя по скорости передвижения «братьев» (а это была скорость обычных пешеходов) и расстоянию до намеченной точки, времени вполне хватало, и о забеге в сверхвысоком темпе речь не шла. Арамису и одному из «аполлонов» предстояло выйти на курс Хранителей слева, преградив им путь, два других файтера должны были оказаться справа, за спинами беглецов. Полковник же Айон и Габлер приблизятся к Хранителям с фронтального направления. Таким образом, «братья» будут блокированы с трех сторон, а с четвертой разверзло пасть ущелье с каменными зубами на дне. Беглецов ждала столица Империи. А там, коль сами не захотят, то отвертка заставит их рассказать, как и откуда они все получали. Возможно, и прямо в лагере «Рубикон» Хранителям устроят допрос. Разумеется, все это только в том случае, если с Копьем идут высшие чины Братства, а не просто те, у кого ноги порезвее и кому патриарх приказал эти самые ноги уносить куда подальше. Но Габлер был уверен в том, что патриарх Феодор никому не доверит Копье и уходит с ним сам, вместе с охраной… Ну и, возможно, в сопровождении этого… хартофилакса Мануила.

Габлеру и Арамису полковник приказал ни в коем случае не высовываться и держаться сзади в своей паре, поскольку боевых комбинезонов у них не было.

Пилоту вменялось в обязанность быть наготове, наблюдать за развитием ситуации с помощью сканера и глазастика и ждать команды перегнать борт поближе к месту финального действия. Глазастика он, выполняя указание полковника, переместил в дальний конец плато, где тот и завис над лесом на стометровой высоте, совершенно незаметный с земли.

Ну, а даллиа Анизателле было предложено оставаться в битле и отдыхать.

Закончив со всеми разъяснениями, полковник приказал кому-то с позывным «Остров» пригнать сюда пару битлов для транспортировки пленных. Но строго-настрого запретил лезть на плато. Машины должны были пристроиться перед ним, на склоне, и, как и Артур, ждать команды на взлет.

И наконец-то связался с «Карфагеном» и, не став даже интересоваться обстановкой, как бы и не приказал, а просто посоветовал, чтобы операция в подземном городе шла без чрезмерного рвения. Мол, того, что нужно, там уже нет, пусть файтеры берегут себя и почем зря не крушат все подряд. Сопротивление рано или поздно будет подавлено, а подземный город хорошо бы сохранить в приличном виде, он ведь и самим может пригодиться. Например, в качестве еще одной базы Стафла в этой планетной системе или для каких-то других надобностей. И следует позаботиться об эрарии[44], о том, чтобы затраты на восстановление разрушенного были как можно меньше. Поистине государственный подход продемонстрировал полковник Айон.