Хищник. Вторжение - Тим Леббон

Сейчас же не было ничего важнее их спасения.

– Состояние? – спросил Мэйнс.

– Совсем мало боеприпасов, – ответила Лидер. – У меня остался последний плазменный выстрел и несколько микроснарядов. Неплохое состояние лазера, зато уровень питания моего костюма оставляет желать лучшего.

– У меня и того меньше, – сказал Мэйнс. Он посмотрел на Фолкнера, покачивающегося на месте, уставившись в бесконечность, словно готовясь вскоре отправиться туда. – Фолкнер!

– Лейтенант… – медленно мигая, отозвался раненый военный и еще раз качнулся. – Я в порядке. Костюм загерметизировал плечо. Я не чувствую боли. Все хорошо.

– Какого черта здесь происходит, Джонни? – спросила Лидер.

– Хотел бы я знать.

– Этот корабль…

– Понимаю. В жизни не видел ничего подобного.

– У ксеноморфов ведь нет технологий, правда?

– Насколько нам известно.

– И они самоуничтожаются, как только мы их убиваем.

– Что это значит? Кто-то привез их сюда?

– Они пронумерованы, – заговорил Фолкнер.

– Чего? – не поняла Лидер, хватая его за руку.

– Сейчас не самое подходящее время, – сказал Мэйнс, глядя на атмосферный щит, через который они только что поднялись наверх. Пусть их костюмы создали давление и начали подавать кислород, он не знал наверняка, прорвутся к ним эти твари или нет. Они были вовсе не против броситься прямо на линию огня, так что же им может помешать кинуться за врагом в самый вакуум?

– Этот корабль – наша последняя надежда, – заключил Мэйнс, но никто не ответил. Все и так знали это довольно долгое время.

Спустя мгновение, стоило им ступить в сторону корабля, костюм оповестил лейтенанта об опасности. Мэйнс развернулся и увидел несколько ксеноморфов, бегущих к ним навстречу. На их черных, блестящих панцирях появлялся лед, конечности передвигались слишком вяло, и один из них, поскользнувшись, упал и зацепился за землю, словно пытаясь вырыть себе путь обратно.

Мэйнс достал старый дробовик и избавил тварей от мучений. Не успевая долететь до земли, их кровь замерзала и разбивалась на осколки, встречаясь с поверхностью. Мэйнс не мог поверить, что ксеноморфы не знали, чем закончится их преследование добычи на поверхности, и задумался, что же именно могло заставить их отправиться на самоубийство.

Дрон Мэйнса затерялся в последнем сражении, поэтому он попросил Лидер отправить своих на разведку в корабль и сделать передачу картинки для всех оставшихся «Жаворонков». Каждому из них нужно было знать о том, что может ожидать на борту.

– Ни разу не видела таких кораблей, – прошептала Лидер, и, несмотря на нотку страха в голосе, Мэйнс услышал в ее словах куда больше восхищения.

– Сомневаюсь, что хоть кто-то видел, – согласился он. Удивительное судно, без какого-либо намека на нос и хвост, корабль без определенной формы. Казалось, что он вырос из поверхности, на которую приземлился. Три стыковочных устройства соединяли его с UMF 12. Одно из них, открытое, было совсем черным, видно, пострадав во время перестрелки. Два других оставались нетронутыми.

– У нас ни за что не получится, – тихо, еле-еле ворочая языком, сказал Фолкнер. Его силы угасали, и Джонни подумал, что совсем скоро даже костюм перестанет справляться с болью в разорванной руке солдата.

– Но это наша единственная надежда, – возразила Лидер. – Мы обязаны доложить о том, что увидели здесь.

Никто и слова не молвил о все еще вероятной возможности того, что они не покинут это место, но понимание тяжелым грузом висело над ними всеми. Исследователей не готовили к самоубийственным миссиям. Каждый из них был готов сражаться до последнего живого солдата, до последнего вздоха и капли крови, но они были достаточно умны, чтобы не замечать жестокой правды.

– Та стыковка кажется вполне спокойной, – заметил Мэйнс. – Никаких признаков движения.

– Там не обойдется без защиты, – заговорил Фолкнер. – Без их защиты.

Мэйнс ничего не ответил. Он и не знал, что еще можно было сказать.

Они побежали по поверхности UMF 12, каждую секунду ожидая огня со стороны корабля, или нападения ксеноморфов, выпрыгивающих из-за потайных атмосферных щитов. К тому же кое-где могли остаться уцелевшие яутжа, жаждущие отомстить кому или чему угодно, совершившему нападение на их дом.

Мэйнса волновало то, что корабль еще не улетел отсюда. Если атака увенчалась успехом, к чему до сих пор оставаться на поверхности? Не похоже, чтобы там проходила какая-то активность. Ксеноморфы, с которыми им пришлось сразиться, будто бы выполняли чье-то указание – спокойно выжидать и наблюдать, пока не появится добыча.

Мэйнс даже не знал, справятся ли они с управлением корабля, но на борту могли оказаться коммуникационные технологии, которыми можно воспользоваться, и это двигало им в первую очередь.

Все затихло. По мере приближения к стыковке, Мэйнс с замиранием сердца ждал предупреждений об опасности от своего костюма. Но ничто не нарушало тишины.

– Лейтенант, придется вернуться обратно под землю, чтобы забраться внутрь корабля, – сказала Лидер. – Стыковку подорвали, и она провалилась вниз.

– Не очень-то мне хочется снова лезть туда, – пробурчал Фолкнер.

– Выбирать не приходится, – ответил Мэйнс. – Как с боеприпасами?

– Совсем мало.

– И у меня, – добавила Лидер.

– Значит, будем двигаться быстро. Думайте только о том, чтобы не упасть, и продвигайтесь вперед, а костюмы пусть следят за обстановкой. Мы узнаем, если вдруг возникнет опасность.

Лидер и Фолкнер согласно кивнули. Бледный Фолкнер выглядел как человек, ослепленный яркими фарами. По его округлившимся глазам было видно, что он ждет, когда в игру вступит боль от увечья.

Мэйнс возглавил отряд. Они нашли самый близкий атмосферный щит, прошли через него и оказались в широком помещении, где костюмам потребовались еще порции кислорода. Воздух здесь был такой теплый, что казалось, будто невыносимая жара перемещалась по странной материи, покрывающей стены, пол и потолок.

– Очень интересно, а это что еще за долбаное место? – недовольно спросила Лидер.

– Погоди, – сказал Мэйнс. Он запросил ответ у костюма, попросив изучить странную комнату. Ничего похожего на UMF 12 им раньше не доводилось видеть.

– Гнездо ксеноморфов, – объяснил Фолкнер. – Я знал парня из «Дьявольских Псов», который встречался с подобным дерьмом.

– Гнездо, – вторила Лидер. – Невероятное везение, – они продолжили движение.

– Следите за детекторами движений и сенсорами живых существ. Мы уже почти под стыковкой, – Мэйнс вновь высветил на дисплее костюма карту, но картинка пропадала, то затемняясь, то мерцая, в тяжелых попытках разобрать окружающую местность. – Десять ярдов.