Шерлок Холмс против марсиан - Генри Лайон Олди

Думал ли я, что мне доведется увидеть подобное?!

– …карандашные правки, – услышал я голос Холмса, – более свежие. Они сделаны поверх линий, проведенных чернилами и тушью. Пользуйтесь ими, если хотите воплотить последний вариант конструкции…

Даже если Шерлок Холмс и не разбирался в устройстве машин времени, замечания его, как всегда, были точны и практичны.

– Потребуется пайка, – Адель обернулась к нам. – Профессор, позвольте ваш саквояж.

Осиновые колья, святые дары и патроны с серебряными пулями мисс Пфайфер не заинтересовали – к великому облегчению Ван Хелзинга. Зато ацетиленовая лампа привела Адель в восторг:

– То, что нужно! Эй, кто-нибудь! Тащите сюда проклятый двигатель!

Двигатель треножника представлял собой металлический контейнер странной многоугольной формы. Из него, словно щупальцы спрута, во все стороны торчали блестящие патрубки и грубо обрезанные куски толстых лоснящихся проводов. Рядом с кроватью, даже при наличии на ней рычагов и прочей машинерии, этот монстр смотрелся живым вызовом человечеству, а вернее, человечности.

– Вы! Да, вы – и вы тоже! Помогите даме!

Таким бесцеремонным образом мисс Пфайфер призвала на помощь Тома и мистера Тернбулла. Втроем они вскрыли это чудо вражеской техники при помощи двух отверток, молотка, зубила и ужасающих высказываний Адели, к которой вскоре присоединилась мисс Фицгиббон. Лязг, скрип, надсадный скрежет – и крышка с оглушительным звоном упала на булыжник мостовой. Мы с профессором подались вперед, движимые вполне простительным любопытством: нам обоим хотелось увидеть внутренности инопланетного механизма.

В безумном переплетении трубок и проводов, в лабиринте покрытых маслом блестящих шестеренок, тяг и скользящих сочленений, что странно напоминали препарированные мышцы, – лучились ровным светом полтора десятка белых кристаллов, каждый величиной с кулак Тома Рэдклифа!

– Извлекаем кристаллы, – распорядилась Адель. – Осторожно, не повредите!

Мой друг мягко отстранил Тома и сам присел над двигателем, вооружившись длинной тонкой отверткой. На этой стадии требовалась точность и выверенность движений Холмса, а не грубая сила Рэдклифа. Но когда над Молдоном раскатился знакомый вой: «Улла-улла-улла-улла!» – даже Холмс вздрогнул, едва не испортив очередной кристалл.

– Началось!

Капитан Уоллес щелкнул каблуками:

– Вынужден покинуть вас, леди и джентльмены. Оборона города требует моего присутствия и оперативного руководства.

– Удачи, капитан!

– Держитесь!

– Не сдавайте им Молдон!

– Храни вас Господь!

Солдаты уехали на телеге вместе с капитаном. Едва грохот колес по булыжнику затих, как с западной окраины в черную высь со свистом взвились осветительные ракеты. Их мертвенный, неестественно яркий свет выхватил из тьмы шестерку бронированных колоссов – марсиане двигались в сторону Молдона. Пришельцы обеспокоенно вскинули к небесам лучевые аппараты – очевидно, они еще не встречались с осветительными ракетами, расценив их как новое оружие землян: угрозу с неба.

– Вон они! – не в силах сдержать волнения, завопил Том, указывая рукой на боевые машины. – Стреляйте в них!

Ахнул первый орудийный выстрел – казалось, артиллеристы услышали призыв Тома. Снаряд разорвался в воздухе между марсианами, не принеся им вреда. Но эстафету подхватили другие орудия. Вспышки выстрелов и разрывов рыже-багровыми сполохами продолжали освещать поле боя даже после того, как ракеты погасли. Все пространство между Молдоном и наступающими марсианами заволокло пороховым дымом. В этом дыму метались зловещие раскаленные иглы – тепловые лучи. Круго́м вырастали, чтобы тут же опасть, кусты пламени.

– Надеюсь, они не ударят лучом слишком рано, – озабоченно бросила Адель, впаивая в цепь крупный кристалл вместо жалкого обломка, едва тлевшего молочным огоньком.

Похоже, я плохо расслышал мисс Пфайфер из-за грохота канонады, и потому счел нужным переспросить:

– Простите? Ведь марсиане уже пустили в действие тепловой луч!

– Я не о марсианах, – девушка не прерывала работы. – Я о наших стрелках.

– Но откуда у наших тепловой луч?!

– Вечером я сумела разобраться с устройством запуска марсианского генератора. И показала армейским техникам, как привести его в действие. Военные планировали установить трофейный аппарат на колокольне церкви Всех Святых. И дождаться, когда враг подойдет поближе, прежде чем открыть огонь. Надеюсь, у них хватит выдержки… Эдуард! Подайте мне пассатижи…

Несмотря на темноту и дымовую завесу, лучам марсиан удалось поразить три наших орудия. Огонь оставшихся сделался более редким. На мой взгляд, положение становилось критическим. Увы, мы ничем не могли поддержать доблестных военных – разве что ринуться на пришельцев с ручными гранатами и геройски погибнуть. «Зря Холмс так торопится, – подумал я. – Неужели у нас в запасе нет хотя бы пары часов?!» Сейчас летучая кровать-невидимка, снабженная ящиком гранат, имела шанс переломить ход сражения в пользу Англии.

Я совсем уж было собрался высказать эту мысль вслух, но Холмс опередил меня:

– Мистер Тернбулл, прошу уделить мне внимание. Пока леди заняты переоборудованием машины, я хочу объяснить вам главную задачу. Другого случая нам не представится. Итак, когда машина заработает…

– Если заработает, – угрюмо буркнул Эдуард Тернбулл.

Он явно жалел, что поддался на уговоры Холмса. Больше всего молодой человек хотел бы сейчас оказаться в четвертом измерении с возобновленным боекомплектом, спеша навстречу марсианам.

– Когда заработает, – в голосе Холмса пробился металл. – Вам надлежит вернуться в прошлое на девять дней и забрать маленькую девочку по имени Дженни. Вот, я набросал план юго-восточной части города – дом на углу Оук Клоуз отмечен крестиком. Отсюда он находится в миле с четвертью по прямой…

Холмс указал рукой направление на Оук Клоуз и развернул перед собеседником вырванный из блокнота листок, исчерканный карандашом.

– Не задавайте лишних вопросов! Просто поверьте мне: это жизненно важно. Если девочку не доставить в нужное время и место, последствия будут ужаснее, чем высадка в Англии всех треножников, какие есть на Марсе! Я продублировал указания на обратной стороне плана, в виде подробных записок. В день, когда под Молдоном разыграется сражение с участием миноносца, девочка будет играть во дворе. Едва дом поразит тепловой луч…

Меня отвлек оглушительный грохот: он перекрыл разрывы снарядов, звучавшие всё ближе. Удачный выстрел наших артиллеристов достиг цели. От попадания боевая рубка треножника, шедшего в авангарде, буквально вывернулась наизнанку, расплескавшись в ночи фейерверком раскаленных осколков. В небеса ударил фонтан зеленого пламени. Еще один треножник дернулся, покачнулся и замер в неустойчивом равновесии, покосившись на манер Пизанской башни. До меня с опозданием дошло, что боевая машина, должно быть, наступила на мину, и взрыв повредил ей ногу.