Возвращение атлантов - Александр Михайловский

К тому же там нет средств видеонаблюдения, – тут Щукин лукаво посмотрел на Антона, – а значит, ты можешь без свидетелей пофлиртовать с какой-нибудь тамошней мадемуазель. Ну что, согласен?

– Эх, Олег, – вздохнул Антон. – Все то, о чем ты мне сейчас рассказал, конечно, замечательно. Но ты должен понять – даже в Питере времен царя Николая Павловича я буду думать о работе. Впрочем, не стану с тобой спорить. Хорошо, давайте, выписывайте мне командировку в прошлое дней на десять. Да, и не забудьте насчет суточных…

– Не забудем, не бойся, – усмехнулся Щукин. – Выпишем тебе все, по полной форме. И гостинчики дадим с собой. Мало ли нужно будет отблагодарить хорошего человека за услугу. В общем, завтра в полдень готовься к старту…

Вот так Антон оказался в Петербурге XIX века. У входа в портал на Черной речке его встречали улыбающийся Шумилин и граф Бенкендорф. Антон был соответственно экипирован и одет, а в руках у него был увесистый саквояж, в котором было кое-что из одежды и «ништяки», которые Антон должен был вручить нужным людям.

– Рад вас видеть, Антон Михайлович, – поприветствовал Воронина Бенкендорф, – сейчас мы с вами отправимся в Зимний дворец, где вас примет государь. А жить вы будете в Гатчине. Там сейчас хозяйничают молодые – Николай Сергеев и его супруга Александра Николаевна. Они тоже будут вам очень рады.

– Антоха, – подмигнул другу Шумилин, – сейчас в Гатчинском парке красота – золотой ковер из листьев под ногами, воздух свежий, в пруду еще нет льда, и в прозрачной водичке плещутся жирные карпы. Если тебе не по душе жить во дворце, то можешь остановиться в павильоне Венеры на острове Любви.

– Нет уж, нет уж… – замахал руками Антон, – мне только Венеры не хватало. Потом придется с медиками иметь дело, излечивая что-то венерическое. Я лучше во дворце поживу, думаю, молодые найдут для меня комнатенку…

В Зимнем дворце император встретил изобретателя как дорогого гостя.

– Добро пожаловать, Антон Михайлович, – Николай, подойдя к нему, дружески обнял Воронина. – Я хорошо помню, как в первый визит в ваше время мне довелось погостить у вас. Поэтому я считаю долгом чести отблагодарить вас за гостеприимство. Вы будете моим личным гостем, и я постараюсь сделать все, чтобы ваше пребывание здесь запомнилось вам на всю жизнь.

– Благодарю вас, ваше величество, – сказал Антон. – Я – человек скромный в своих запросах и прибыл в ваше время лишь для того, чтобы немного отдохнуть от нашей суеты. Поэтому не буду докучать вам просьбами. А пребывание в таком интересном времени для меня само по себе большое удовольствие. Гидом мне послужит мой друг, Александр Павлович, – Антон кивнул в сторону Шумилина. – Он, как я вижу, чувствует здесь себя как дома.

– Хорошо, Антон Михайлович, пусть все будет так, как вы пожелаете, – кивнул император. – А если у вас появятся какие-либо просьбы – связывайтесь со мной по рации.

Николай указал рукой на лежавшую перед ним радиостанцию.

– Знаете, я теперь не могу без нее обходиться. Весьма нужная вещь для тех, кто руководит чем-либо. Спасибо Александру Павловичу – он обучил меня всем премудростям вашей техники, и я теперь пользуюсь рацией для того, чтобы быстро связаться с ним, или, к примеру, Александром Христофоровичем.

– Да, ваше величество, – ответил Антон, – техника, собственно говоря, и предназначена для того, чтобы облегчать людям жизнь. Я тут привез с собой кое-что и чуть позже покажу вам наши новинки.

– Конечно, Антон Михайлович, – спохватился император, – я чуть не забыл, что вы с дороги и, наверное, голодны. Я велел накрыть в моем кабинете стол. Посторонних там не будет, и мы сможем там приватно с вами побеседовать, а заодно и пообедать. А потом я познакомлю вас с супругой и своими сыновьями и дочерями. Пусть они увидят человека, который сумел подобрать ключик к двери, ведущей из прошлого в будущее.

За столом император и его гости вели неспешную беседу о текущих делах. Шумилин сообщил Антону о том, что его сын Вадим собирается в Русскую Америку, где он станет помощником Сергеева-старшего.

– Понимаешь, Антоха, там сейчас такая каша заваривается, что Иваныч может не справиться один, – сказал Шумилин. – Трудненько им там придется. Но я полагаю, что они вдвоем управятся.

А вот тебе, Антоха, придется подумать – как сделать так, чтобы к ним, в случае чего, можно было оперативно перебросить подкрепление. А то пока все это очень долго происходит.

– Я подумаю, – ответил Антон, – но пока мне надо чуток передохнуть. Устал я сильно, даже в обморок грохнулся как-то раз, словно институтка из Смольного. Меня Олег Щукин сюда чуть ли не силком выгнал. Но, Шурик, твою мысль я понял. Сделаю все, что смогу.

– Олег Михайлыч прав, – сказал император, который задумчиво грыз соленый огурчик и внимательно слушал разговор друзей. – Так что, Антон Михайлович, отдыхайте пока, набирайтесь сил и думайте о своем здоровье – оно вам еще понадобится…

В Гатчине Антона Воронина уже ждали. Сергеев-младший и Адини встретили его у входа во дворец. Здесь же был и Вадим Шумилин, который по предложению своего приятеля Николая переехал из Петербурга в Гатчину, чтобы лишний раз не видеть великую княжну Ольгу и не травить тем самым себе и ей душу. К тому же Вадим был очень занят – обложившись книгами и документами, он штудировал историю Русской Америки. По его просьбе в XXI веке для него подобрали все необходимые материалы о колонизации русскими Аляски и Калифорнии. Их записали на флэшку, которую и передали Вадиму во время очередной связи через портал.

По правде говоря, Николай очень переживал из-за того, что на помощь отцу в крепость Росс едет не он, а Вадим Шумилин. Он попробовал было начать разговор на эту тему, но Шумилин-старший тут же встал на дыбы и строго-настрого запретил ему даже думать об этом.

– Хорошо, ты уедешь, а как же Адини? – Александр строго посмотрел на Николая. – Что она будет делать одна, без тебя?

Николай попытался пробормотать что, дескать, она может отправиться с ним в командировку, но тут Шумилин окончательно вспылил и обозвал его глупым мальчишкой.

– Ты хоть понимаешь – о чем говоришь? – воскликнул он. – Там ведь могут быть такие ситуации, когда нужно будет сражаться, стрелять, лить кровь. А как себя при этом будет чувствовать бедная девочка? Это тебе не щукинская амазонка, которой море по колено.

– Извини, дядя Саша, – вздохнул Николай, – я об этом как-то не подумал. Хотя, – тут он улыбнулся, – Адини тут у меня проходит НВП. На лошади, пожалуй, она и без того ездит получше меня, а вот стрелять и руками махать я ее учу. Причем по ее просьбе.

– Ты смотри, особо не увлекайся, не забывай, что она только-только вылечилась от туберкулеза. Никаких марш-бросков, никаких нагрузок. Береги ее легкие. И занимайся с ней физкультурой дозированно. Если что, то сразу связывайся с дядей Лешей Кузнецовым.

Николай принял все услышанное им к сведению, и в разговорах с Шумилиным эта тема больше не поднималась. Николай вместе с Вадимом по утрам бегали по парку, потом занимались силовыми упражнениями и спаррингом. После завтрака они обсуждали возможные варианты развития событий в Северной Америке. Адини же сидела вместе с ними, поджав ноги, на диванчике в рабочем кабинете супруга и внимательно слушала разговоры мужчин, иногда задавая им вопросы. Причем спрашивала она почти всегда по делу.