Дранг нах остен по-русски. Обратной дороги нет  - Виктор Зайцев

Отделениями командовали младшие сержанты, с двумя лычками на погонах, взводами – прапорщики, ротами – поручики. Пётр решил обойтись без французского «лейтенант», а майора сохранил. Так как капитаны командовали батальонами, а майоры – полками. Пусть у всех будет стимул для роста, решил наместник. Шили новую форму три тысячи полячек и украинок, жившие в женских общежитиях Королевца. Елена Александровна и Петро не скрывали, что в этих общежитиях живут будущие невесты для магаданских солдат и офицеров. Более того, наместник официально объявил всему городу, что за каждую невесту из числа пленниц, вышедшую замуж за подданного Западного Магадана, он даст приданое в два червонца. Для нищей Европы это были неплохие деньги, можно купить дом и скотину.

Так что бойцы магаданской армии и холостые мастера охотно обзаводились семьёй, а женские общежития постепенно пустели. Особенно этому процессу способствовал пошив новой формы, одни примерки чего стоили, едва не дошло дело до дуэлей. Хорошо хоть вогулы и татары такой привычки не имели, а шведы побаивались проявлять характер против «коренных магаданцев». На всякий случай, Петр утвердил дуэльный кодекс магаданца, где разрешил лишь рукопашные поединки, до нокаута одного из противников. Новая форма, несмотря на все преимущества, не вызвала особой радости ни у солдат, ни у офицеров. Где красота, где блеск и вся радость военной службы? Пришлось сохранить старую шведскую форму в роли парадной, добавив на голубые и серые кафтаны золотые эполеты со звёздочками и лычками. В отместку подполковник велел справлять парадную форму всем за свой счёт.

Пока магаданцы обживались на новой родине, шокируя аборигенов своими привычками, пришло Рождество, католическое. В столицу Западного Магадана съехались все дворяне, проживающие на захваченных территориях. Кто-то из боязни лишиться надела, кто-то в надежде увеличить свой лен, большинство из простого любопытства. Многие привезли жён, дочерей и сыновей, когда ещё выдастся случай побывать на таком празднике? В том, что будет праздник, не сомневался никто, слухи о подготовке небывалых фейерверков прошли за месяц до Рождества. Однако никто из дворян не ожидал, какой сюрприз им приготовят наместник и губернатор.

Лариса и Елена постарались не просто сшить красивые платья к празднику, а шокировать местных дворян, вызвать попытки подражания, как это бывает. Елена соорудила себе костюм нежно-зелёного цвета, шитый серебряной нитью, жакет в деловом стиле и короткую юбку до колена. Золотого цвета шёлковая блузка, немного украшений и туфли на высоком каблуке. Блондинка Лариса, стройная и длинноногая, сшила себе оранжевое обтягивающее короткое платье, с огромным вырезом сзади до самой поясницы, как в старой французской комедии «Высокий блондин в чёрном ботинке». Естественно, туфли на высоком каблуке и немного золотых украшений. Обе женщины пошили себе шёлковые чулки белого и телесного цвета, со строчкой сзади.

Петро долго хохотал, узнав, какой сюрприз женщины готовят аборигенам. Сам он пошил себе пиджачную тройку на холодное время года и две пиджачные пары на тёплый период. Из обуви соорудил привычные туфли и две пары «казаков». У женщин были и запасные варианты костюмов, но все с короткими юбками, без каких-либо кружев, привычных для дворян шестнадцатого века. Как иначе подчеркнёшь своё происхождение и богатство? Поэтому появление в большой зале бывшего герцогского дворца, едва вместившего всех прибывших на праздник, троих магаданцев, ставших первыми и самыми главными людьми в небольшой стране, произвело фурор. Подполковник тоже отличился, приготовив к выходу свой парадный офицерский мундир привычного советского образца, с золотыми погонами и всеми прошлыми наградами, изготовленными местными ювелирами по наброскам Петра.

После короткой поздравительной речи, на магаданском, естественно, языке, наместник пожелал всем процветания, счастья и весёлых рождественских праздников. Добавил ложку дёгтя, упомянув, что следующее Рождество вся страна будет встречать по православному обычаю. И объявил первый танец, конечно, вальс. Других танцев магаданцы просто не знали, не считать же ламбаду или летку-енку танцами, достойными дворянского бала? Первой парой закружилась на паркете под музыку из старой комедии «Берегись автомобиля», конечно, чета Головлёвых; во время танца и увидели аборигены спину жены наместника. Что чувствовали при этом женщины, неизвестно, но почти все мужчины непроизвольно открыли рты, а некоторые даже облизывались.

Второй парой стала Елена Александровна с молодым помощником, Егором, танцевавшим гораздо лучше Петра. Поэтому на вторую пару смотрели в основном женщины, собравшиеся в зале. А девицы на выданье сразу зашептались, выясняя, кто этот русоволосый красавец, женат ли он? Дальнейшие танцы прошли уже в привычном репертуаре, наместник и губернатор в них не участвовали. Они перешли к шведскому столу, в соседний зал, где за бокалом лёгкого вина знакомились с дворянами. Почти всех Пётр приглашал на аудиенцию в последующие дни, адъютант едва успевал записывать, кому когда назначено. Вечером, после окончания официальных разговоров, все смотрели на пышный фейерверк. Молодёжь с улицы, кто постарше – через окна.

Праздник удался, слухи по окрестным городам и весям расползлись самые разнообразные. Однако в большинстве своём дворянам понравился первый бал нового государства, особенно мужчинам и молодёжи. Ещё бы, в эти времена увиденная лодыжка любимой женщины ввергала мужчин в любовный трепет, а тут такое! Никто, естественно, не рискнул повторить хоть что-то похожее на платья магаданок, но спрос на шёлковые чулки стал просто бешеным.

Разговоров хватило на добрый месяц, собственно, других новостей до конца января и не было. Пока не вернулась на зимние квартиры изрядно уставшая флотилия каперов. С собой они привели ещё три приза, из Вест-Индии. Один корабль оказался доверху набит сахарным тростником, второй вёз груз хлопка, третий под завязку загружен слитками серебра и меди. Елена Александровна быстро нашла специалиста по переработке сахарного тростника в сахар, а получение из хлопка приличной ткани организовала сама. К этому делу привлекла пленных девушек, в силу разных причин не вышедших замуж. Разделила всех на группы по специализации: кто скручивал и мотал нитки, кто ткал на ткацких станах. Плотники за месяц изготовили недостающие несколько десятков станов, после чего дело пошло. Запаса хлопка хватило на три месяца, как раз до весны. Девушки получили опыт ткацкого дела, склады наместника пополнились неплохим запасом грубой хлопковой ткани, внешне похожей на типичную джинсу, некрашеную только.

С каперами Петро разговаривал много и долго, выяснял тонкости морского боя, тактику англичан на море. Привлёк часть пленников с английских призов к службе в магаданском флоте, интересуясь у них, где можно взять хорошую добычу? Конечно, он и без лимонников догадывался, что лучше грабить испанские корабли из Вест-Индии, но как раз ссориться с испанцами магаданцы пока не хотели. И без того они обидели половину Северной Европы. Тогда, предложили англичане, можно взять хорошую добычу в Средиземном море, у венецианских или турецких торговцев, но это опасно, море не Атлантика, можно и самим попасть в руки тем же туркам или алжирским пиратам. Эти познавательные допросы прервали сообщения от офицеров связи при армии Шеттингофа, неприятные сообщения.