Побег - Бекс Хоган

Но я колеблюсь, то противоречие, которое казалось разрешенным, снова всплывает на поверхность. Он – воплощение зла, однако было время, когда я любила его, и крохотная часть меня это не забыла. Стоит ли он того? Стоит того, чтобы становиться убийцей?

Нет ни малейшей возможности восстановить мою пошатнувшуюся решимость, поскольку в это мгновение разгневанный морской хищник бьет в корабль, резко заваливая «Деву» на левый борт. Меня опрокидывает и тащит куда-то, но я успеваю вонзить в палубу клинок и удерживаюсь, пока «Дева» не выпрямляется.

Когда она снова обрушивается на воду, я озираюсь в поисках Адлера, однако его и след простыл. Побоище утратило ярость, моряки колеблются, пытаясь решить, от кого исходит большая опасность, – от бывших товарищей или от пришельцев из океана. Хотя некоторые продолжают сражаться, большинство направляет свою агрессию на двух морских хищников, кружащих вокруг нас.

Я ищу Бронна. Он занят обменом ударами со Змеей, которого я не узнаю. Я окликаю его. Он оборачивается на звук моего голоса, одновременно отбрасывая противника ударом ноги, и мы бежим друг другу навстречу. Не успевает он меня обнять, как морская хищница бьет тяжеленной головой о палубу, отчего команда разлетается мухами и оказывается в воде, и по ходу дела ломает фок-мачту. Нас осыпает градом деревянных обломков, и Бронну приходится отступить, чтобы не задело.

– Марианна! – перекрикивает он этот хаос. – Нам нужно отсюда убираться.

– Давай к штурвалу. Там встретимся.

Бронн кивает и исчезает, а я пытаюсь отыскать обходной путь.

Не успеваю я сделать и нескольких шагов, как передо мной снова возникает преграда, только на сей раз не в виде обломков. Морская хищница пошла на второй заход, и я отскакиваю в сторону, потому что она разевает пасть и обливает палубу ядовитым потоком. Следующие за этим крики ужасны, а я спасаюсь лишь потому, что гигантским прыжком взлетаю на снасти.

Я раскачиваюсь на канате и карабкаюсь на другую сторону корабля, отчаиваясь найти Бронна, которого рядом со штурвалом не оказывается. Меня охватывает паника. Я мчусь на шканцы и застаю его там.

Он лежит на палубе, закрывая своим телом Тоби от ядовитой гадости. Рука и бок сильно обожжены.

– Бронн!

Я бросаюсь к нему, и это меня отвлекает, не дает сконцентрироваться, в тот же момент я чувствую, как сталь с удивительной легкостью входит мне в живот, и только потом, слишком поздно, вижу Адлера, преграждающего мне путь.

Воздух покидает меня, я падаю на палубу и взглядом нахожу Бронна, наши лица теперь на одном уровне. Я думала, что готова к смерти, однако грусть, охватывающая меня, больнее раны.

Я перекатываюсь, зажимая дыру, будто могу затолкать обратно кровь, и смотрю вверх, на возвышающегося надо мной Адлера, тень которого заслоняет солнце.

– Знаешь, а мне понравилось, – говорит он, опускаясь на колени, чтобы не кричать. – Все это сопротивление, которое ты оказала, делает захват островов еще более приятным. Король для этой игры был мелковат. Жаль, что моему кораблю досталось, но его можно починить. И когда я вернусь домой, меня будут бояться еще сильнее, чем прежде, – человека, который уничтожил и морских хищников, и девчонку, которая их призвала. Так что благодарю. Нет, правда, спасибо, Марианна.

Он называет меня по имени, которое сам дал, чтобы в последний раз продемонстрировать, кто здесь хозяин. Я хочу ответить, хочу отомстить, хочу вскочить на ноги и полоснуть по его мерзкой шее, но могу лишь ловить ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Адлер смеется, встает и оставляет меня умирать.

Я наблюдаю за тем, как он взбирается по тросам грот-мачты, и с ужасом понимаю, что он собирается запустить в хищников гарпуном. Несмотря на их размер, одного точного выстрела в сердце хватит, чтобы убить их. А он – Гадюка. Он на такой выстрел способен. Он победит. Снова. Погибну я, погибнут хищники, и никто уже не помешает ему разрушить все, что осталось, все, что я люблю. Он перебьет всех, кто помогал мне, захватит все ресурсы островов и украдет всю красоту мира.

Нет. Я просто так не брошу свои острова на милость этого чудовища. До тех пор, пока мое тело еще дышит. Я ползу по палубе целую вечность, однако мне нужно лишь опередить Адлера, а он там, на тросах, стал медлительнее, чем был раньше. Лежащий в десяти шагах от меня нож – все, что мне нужно, и я ползу, царапая палубу и оставляя за собой кровавый шлейф, до тех пор, пока в конце концов не сжимаю в кулаке твердую рукоятку.

Дышать невозможно, однако мозг подсказывает, что, если я еще жива, значит, жизненно важные органы не задеты. У меня есть время. У меня получится. Я переворачиваюсь на спину и изгибаюсь так, чтобы видеть высоко над собой Адлера, который уже на марсе и целится гарпуном в морскую хищницу, приближающуюся для новой атаки.

Используя последнюю толику оставшихся во мне сил, я швыряю нож.

Больше никаких сомнений.

Никаких колебаний.

Клинок попадает точно ему в голову, и какое-то мгновение Адлер просто стоит, будто его укусила всего лишь пчела. Потом его взгляд находит меня, и до него доходит. На миг между нами возникает взаимопонимание, и вот он уже падает вниз и разбивается вдребезги о палубу.

Дело сделано. Я освободилась от него. И хотя я уже давно не бегу, с моей шеи соскальзывает петля.

Я лежу на спине без сил. Я убила его не в приступе ярости и не в сердцах. Силу на бросок дала мне не месть. Я обрела ее в необходимости защитить. Как моя мать. Я не испытала удовольствия, но не было и сожалений. Адлер убил сотни людей, многих из которых я любила.

Я ощущаю странное опустошение.

– Капитан Адлер мертв! – Голос Рена оглашает воздух, и бой замирает. – Да здравствует новый капитан!

Новый капитан, заливший своей кровью всю палубу.

– Держись! – слышится отчаянный вопль.

Морские хищники опять атакуют и проламывают борт так, словно он бумажный.

Я капитан совсем недолго, однако, пока занимаю этот пост, судьба команды – моя ответственность. Многие из моряков рисковали жизнями, чтобы выказать мне свою преданность, и я не подведу их. Я не должна была призывать хищников, не должна была соблазняться могучим и опасным волшебством. Возможно, уже поздно что-то исправлять, но я должна попытаться.

Пока я поднимаюсь на колени, проходит, наверное, несколько часов. Я судорожно придерживаю бок, не зная наверняка, что намереваюсь сделать, пока слова сами ни сходят у меня с языка.

Отнимая руку от раны, я поднимаю обе ладони высоко вверх и направляю свой приказ на морских хищников, на сей раз с одним лишь умиротворением на душе.

– Остановитесь, демоны тьмы, ступайте прочь. Возвращайтесь в свой сон, возвращайтесь в глубины.

Морская хищница в последний раз извергает поток яда, на сей раз в воду, и медленно, будто с неохотой, оба чудовища исчезают в волнах, оставляя позади себя лишь потрясенное безмолвие.