Злое небо - Виктория Щабельник

— Я нашел тех, кто пытался тебя убить, — спустя несколько часов я, расслабленно разлегшись на груди Дамира, рисовала на его коже забавные узоры. Его слова заставили меня прервать это занятие.

— И кто это был? — тихо спросила я.

— Алан и… ты ее не знаешь. Но когда-то мы были близки, — было видно, как ему неприятно об этом говорить. Но ведь он сам затронул тему.

— Зачем?

— Кима… та женщина просто от злости и ревности. А Алан… Не знаю почему он решил что ты можешь погубить всех нас, — он усмехнулся и намотал мою прядь себе на палец. В тусклом свете цвет волос казался темным, почти черным.

— Я часто вспоминаю, как нес тебя на руках в лабораторию. Меня разрывали сомнения, я опасался за твою жизнь, и не понимал, почему так хочу, чтобы ты дожила до того момента, как я смогу оказать тебе помощь. И почему я не попросил помощи у Алана или других. Возможно, инстинктивно защищал тебя от всего, что могло тебе угрожать. Ты казалась такой хрупкой.

— Ты не знал меня тогда.

— Нет, не знал, — он выпустил прядь и поцеловал обнаженное плечо, провел пальцем по груди, обводя им сосок. Другая рука зарылась в мои волосы, легла на затылок, не позволяя шевельнуться или отстраниться. Палец сменил язык, оставляя влажную дорожку до верха груди. Я коснулась его головы, покрытой короткими жесткими волосами, отмечая, что теперь он стал выглядеть намного моложе. Он перехватил мой взгляд и улыбнулся, в глазах вспыхнуло странное пламя.

Дамир прижался ко мне всем своим горячим телом, и провел рукой по моему животу. Его прикосновения были медленными и чувственными, постепенно становясь смелыми и дерзкими. Я приходила в возбуждение от ощущения его сильных уверенных рук, неистово ласкавших мое тело. Его плоть касалась моего живота, и мне снова захотелось почувствовать себя наполненной им. Будто со стороны услышала свой тихий протяжный стон, закрыла глаза, выгибаясь навстречу новым ощущениям. Его пальцы коснулись, раздвигая влажные чувствительные складки кожи, и я подалась вперед, принимая его в себя.

— Я не хочу, чтобы из-за меня кто-то пострадал, — некоторое время спустя я встала с постели и прошлепала босыми ногами к брошенной футболке. Генерал, ничуть не смущаясь, лежал на смятых простынях. В комнате витал запах страсти и секса.

— Я знаю, — ответил он, не спуская с меня взгляд. Этот взгляд был настолько осязаем, что я слегка покраснела.

— Но, возможно, Алан прав. Последние события могли привлечь к базе ненужное внимание. И я… я возненавижу себя, если с тобой что-то случится. Из-за меня.

— Глупышка, — генерал встал и подошел ко мне. Его тело было таким теплым, а прикосновения успокаивающими. Эти руки могли дарить невероятное наслаждение и в то же время были способны утешать. Он погладил меня по голове, как ребенка, и поцеловал в макушку.

— Что с ними будет? С Аланом и Кимой? — я насторожилась, когда генерал в ответ промолчал, — Дамир, я не хочу, чтобы из-за меня пострадал кто-то еще. У меня на совести и так много смертей.

— Они сделали свой выбор, — отрезал генерал, и крепче прижал меня к себе, — к тому же, они пытались отобрать у меня мое сокровище. Никто и никогда не сможет этого сделать снова.

Я вздрогнула, когда Дамир заговорил о сокровище. Какое-то болезненное чувство чего-то знакомого и неприятного не хотело меня оставлять.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросил генерал.

— Сегодня ночью мне снился сон…Как будто я куда-то ползу. Я почти ничего не вижу вокруг, мне душно и страшно, а впереди лишь смерть. И я знаю, что скоро, совсем скоро меня не станет. Но я не могу остановиться. Потому что он…

— Заставляет меня ползти вперед. Нечем дышать, и я приближаюсь к обрыву.

— Откуда ты это знаешь?

— Потому что когда-то давно все это пережил сам.

513 лет назад. 115 год колонизации планеты Хоуп

Удар был слишком силен, однако на этот раз лейтенант остался в сознании. Выхватив оружие, он выстрелил несколько раз в то, что угрожающе нависло над ним. Но пули прошли сквозь странный объект, врезавшись в каменную стену и, срикошетив, вонзились рядом с Дамиром, к счастью, не причинив ему вреда, лишь осыпав каменной крошкой.

— Прочь! — повторило существо, и его гулкий голос разнесся по пещере, заставляя Дамира поморщиться от громкого звука.

— Что ты, мать твою, такое? — он прикрыл одно ухо, чувствуя, как сквозь пальцы бежит струйка тепла.

— Поздно. Слишком поздно, — существо подалось к лейтенанту и, казалось, стало пристально его рассматривать.

— Ты заражен, — существо, успевшее сформироваться в один светящийся сгусток, зависло над Дамироном. Между тем лейтенант почувствовал странную усталость и апатию, его тело трясло от холода, глаза увлажнились, из носа пошла кровь.

Он куда-то полз, цепляясь окровавленными пальцами за каменный пол пещеры. Дорога шла вниз, он смутно ее помнил. Впереди был обрыв. Но словно движимый какой-то силой, он не мог остановиться.

Наконец, он замер у самой пропасти, скорее ощущая, чем видя ее перед собой. Глаза привыкли к полумраку, да и существо, вполне освещало ему путь.

— Ты можешь жить. Или умереть. Решать только тебе, — казалось, существо зависло над самой пропастью. Но, вопреки опасениям лейтенанта, оно не стало сталкивать его вниз.

— А еще, ты можешь стать таким, как те безумцы, что заполонили планету, — возможно, видя сомнения лейтенанта, продолжило существо. Скорее всего, это и стало решающим в принятии решения. Хотя, в том состоянии, Дамир вряд ли мог что-то сознавать, и действовал, повинуясь инстинкту. Выжить, и не сойти с ума. Не так как те, наверху. Лучше смерть.

Он всмотрелся в темноту бездны, и неожиданно, она стала рассеиваться. Снизу поднимался клубящийся туман. Тело пронзила резкая боль, уши заложило. Он не чувствовал себя так погано даже в момент перегрузки. Туман возвышался над Дамиром, сзади над ним нависало нечто, приведшее его сюда. И он понял, что ему нужно делать. Его тело качнулось, и спустя миг он погрузился в белое вязкое нечто, облепившее его тело. В ушах засвистел ветер, тяжелый спертый воздух ударил в лицо. Он падал…