Стражи Армады. Точка опоры - Тим Волков

– Леша, держи! – кричит Валя и кидает мне автомат. Патронов в нем нет, но использовать его как ударное орудие очень даже можно. Сама Валя находится на небольшой площадке, в относительной безопасности, зомби туда не смогут дотянуться. Я с благодарностью гляжу на девушку. Появился шанс отбиться от монстров.

Перехватываю автомат удобнее, прикладом вперед, и начинаю наступление.

В кровавом месиве ничего не видно, но я настойчиво иду вперед. Надо отвоевать место для маневров. И вот уже зомби практически отбиты к центру, но вмешивается их главарь. Словно паук, он прыгает с потолка, выдергивает оружие у меня из рук. Автомат летит прямо в огонь, и я с сожалением провожаю его взглядом. Монстр издает жуткий, с присвистом, рык и обрушивает на меня удар такой силы, что я перелетаю через пролом и впечатываюсь в стену, где, еще не успев сползти, слышу, что враг уже карабкается по стене, направляясь ко мне.

Отвертка. Надо найти ее. Иначе – мне крышка. Беглый взгляд – и я нахожу ее – невдалеке от себя, балансирующую на самом краю провала. Сердце замирает. Внизу, на первых этажах, вновь что-то грохочет, от тряски инструмент – моя единственная надежда на спасение – едва не падает в пропасть. В прыжке я успеваю поймать ее, уже летящую в огненный океан.

Но радость от этой маленькой победы гасит хриплый лай – это монстр, спустившийся с потолка, готовится нанести мне последний, смертельный удар.

Все происходит в считаные мгновения. Я лишь успеваю уловить из общего шума Валин крик ужаса, а потом все будто застилает пеленой.

Монстр поднимает меня за шкирку одной клешней – легко, как пушинку. Держит, чтобы я никуда не юркнул. Держит крепко. Так, что трещат кости. Замахивается второй клешней, собираясь снести мне голову. Его неимоверная сила позволит ему сделать это легко и непринужденно. Его изуродованное мутацией лицо – теперь и не лицо вовсе, а морда зверя, – находится совсем близко, обдавая меня липким, мерзким зловонием, исходящим из его пасти. Красный, похожий на бильярдный шар глаз, не мигая, смотрит на меня в упор, пытаясь отыскать во мне признаки страха. Но страха нет.

«Вот и настал конец», – думаю я и улыбаюсь. Порох моего оптимизма не разделяет. А умереть придется. Ему.

Вложив остатки сил в последний удар, я втыкаю отвертку в глаз Пороха. Сталь мягко, как сквозь растаявшее масло, проникает внутрь до самой рукояти. Мутант как-то устало вздыхает, дергает головой. Из раны начинает хлестать темная кровь вперемешку с белесыми личинками. Монстр не сразу понимает, что произошло. Какое-то мгновение он еще продолжает меня держать, но силы быстро покидают его. Хватка заметно слабеет, он издает хриплый стон и заваливается на пол. Тело начинает извиваться в предсмертных судорогах.

Стоявшие в стороне зомби, до этого скалившие пасти и пытающиеся пробиться ко мне, вдруг замирают, как манекены, словно скорбя о гибели своего короля.

– Леша! – радостно кричит Валя. Говорит что-то еще, но ее голос заглушает грохот очередного взрыва.

– Надо уходить! – ору я ей.

Но куда? Вниз уже не спуститься – там все объято огнем.

Тогда наверх.

– На крышу! – показываю знаками ей.

При первых взрывах дальняя стена пошла трещинами, теперь же там образовался небольшой пролом. Через него можно попытаться выйти наружу и вскарабкаться наверх.

Я помогаю Вале перебраться на другую площадку. Мы осторожно проходим по балке к пролому. Первым иду я. Осматриваю внешнюю стену, быстро нахожу путь на крышу. Пожарной лестницы здесь, конечно же, нет, но имеется небольшой бетонный козырек. До него не сложно дотянуться, а потом уже выбраться на крышу.

За спиной вновь гулко ухает взрыв. Одна из трех оставшихся балок с грохотом рушится вниз, вторая жалобно скрипит.

– Быстрее! – испуганно кричит Валя. – Иначе поджаримся!

Я карабкаюсь на козырек. Забираюсь, кричу Вале:

– Хватайся!

Она ловко, по-кошачьи, в два прыжка оказывается рядом.

– С той стороны есть пожарная лестница, – говорю я. – По ней мы можем…

Договорить я не успеваю. Валя шепотом обрывает:

– Ее нет.

– Что? – не понимаю я. Начинаю выискивать эту проклятую лестницу взглядом, но не нахожу.

– Ее нет, – повторяет Валя. И еще тише говорит: – Не спустимся.

Неприятно колет в груди. Я понимаю – мы в западне. Стоим на крыше здания, которое вот-вот полностью разрушится, и не можем спуститься вниз.

На негнущихся ногах иду к краю. Третий этаж, не так уж и высоко. Для жилого здания. Но это не жилое здание, черт бы его побрал! Военный объект, здесь каждый этаж под пять метров высотой. А первый этаж и вовсе все восемь, с учетом фундамента. Итого: восемнадцать метров. А внизу хилые сугробы. Под ними в лучшем случае асфальтовая площадка. В худшем – прячущийся под снегом металлолом. Переломанные ноги – это самый удачный исход. И самый маловероятный. Но другого выбора нет.

Крыша под ногами начинает дрожать.

– Сейчас рухнет! – кричит в слезах Валя, прижавшись ко мне.

Я обнимаю ее и как можно спокойнее говорю:

– Все будет нормально, просто поверь мне.

Девушка смотрит мне прямо в глаза.

– Ты хочешь прыгать?!

– Другого выхода у нас нет.

– Но мы же…

– Все будет хорошо, просто поверь. Просто поверь.

Я обнимаю ее, крепко целую. Да, я уверен на сто процентов: если спрыгнем с такой высоты, в живых мы вряд ли останемся. Но у меня был план. План не самый идеальный, но лучше уж пусть спасется один, чем погибнем мы оба.

Продолжая обнимать Валю одной рукой и не давая ей опомниться, второй в это время я незаметно снимаю со своей шеи амулет и крепко сжимаю в ладони. Фокус, которому научился у Вали.

Восемнадцать метров – это сколько секунд свободного падения? Мне хватит и половины секунды.

Господи, как жить-то охота! Сердце выпрыгивает из груди, а ноги не слушаются. Не так-то это просто – вычеркнуть себя из бытия. Прочь все мысли, пусть разум будет чист.

– Все будет хорошо, просто поверь, – повторяю я Вале в самое ухо, и за мгновение до того, как крыша начинает обваливаться, мы шагаем с крыши вниз.

К тому времени амулет был уже на Валиной шее.