Стражи Армады. Точка опоры - Тим Волков

Порох с противным хлюпающим звуком отлипает от потолка, прыгает на стену, оставляя на ней темные следы от щупалец, спускается вниз. Зомби замирают, глядя на предводителя. У висков Пороха подрагивают два небольших отростка – он телепатически отдает какие-то приказы своим слугам. Те по-собачьи фырчат, видимо, давая знак, что приказ принят к исполнению, и быстро делятся на две группы. Краем глаза вижу Валю, она загнана в угол, отмахивается от тварей прикладом автомата – значит, патроны кончились. Держись, я иду на выручку!

Добежать до Вали не успеваю – отделившаяся от общей массы группа мертвецов ловко окружает меня. Но это только распаляет меня. Я хватаю одного за грудки, резко дергаю вниз. Полуразложившаяся плоть такого толчка не выдерживает, ноги зомбака подкашиваются, неестественно выворачиваются назад, он падает на пол. В руках у меня остаются обрывки его одежды. То, что нужно! Я быстро обматываю ими кулаки, чтобы не пораниться о зараженную мертвую плоть и самому не стать таким же, и вступаю в бой. Не от геройства, а за неимением другого выбора. Время вспомнить занятия боксом в юности и драки за школой.

Первый покойник отхватывает по челюсти. Удар получается знатным – зомби отлетает в сторону, попутно осыпая всех выбитыми зубами. Второй идет следом. Третий огребает коленом. Еще двоих просто отталкиваю на толпу, чтобы хоть как-то сбить поток. Удается добраться до Вали. Бегло ее осматриваю – она в порядке. Ран нет.

– Порох… – беззвучно выдыхает она. Я оборачиваюсь.

Он стоит за спиной. Искренне удивляюсь его быстроте. Но недолго. Клешня впивается мне в плечо, вторая хватает за бок. Пол уходит из-под ног, враг поднимает меня, пасть его разверзается подобно бездне, с десяток отростков, похожих на дождевых червей, лезет из глотки. Мутант гортанно рычит. Вырваться нет сил – слишком крепко держит, аж кости скрипят. Тычки ногами в его уродливое тело слабо действуют, хватка у твари по-прежнему смертельная.

Выручает Валя. Прикладом автомата ей удается залепить монстру в горло. Отростки начинают метаться, как взбесившиеся змеи, Порох издает душераздирающий рев, отпускает одну руку, чтобы прихлопнуть девушку, но я выворачиваюсь из захвата, чувствуя, как на ребрах у меня трескается кожа, и сразу же, словно тигр, прыгаю на морду твари. Вцепляюсь пятерней в этот жуткий клубок отростков, торчащий изо рта. И рву. С противным треском они лопаются, окропляя ладонь бурой жижей. Порох вопит, пытается меня поймать, но я перепрыгиваю через него, ухожу в сторону, туда, где заприметил отвертку, лежащую в пыли среди кусков бетона и мусора.

Приземление не самое удачное. Ободрана рука, сильно ушиблен локоть. Но цель достигнута. Отвертка у меня. Инструмент хороший, предназначен для больших шурупов. Отлично. То, что надо.

Быстро вытираю взмокшие пальцы, выгадав момент, бросаюсь на спину Пороха и успеваю проделать в нем пару дырок на уровне печени, прежде чем тот скидывает меня. Падаю спиной на кусок бетонной стены, от боли едва не теряю сознание. Отвертка отлетает в сторону.

Попытка встать вызывает волну нестерпимой боли – дыхание перехватывает. Валяться нет времени – монстр уже несется ко мне, но что-либо сделать я не могу. Перекатываюсь в сторону, к стене. До отвертки метра четыре – катиться долго. А вот до Пороха совсем чуть-чуть.

Вновь слышу Валин крик – она прорывается сквозь толпу мертвецов ко мне на помощь. Порох смахивает ее с дороги, как пушинку. А вот это он зря! Злость заглушает боль. Я поднимаюсь, чувствуя, как скрипят треснутые кости. Три шага – как поход на Эверест – и отвертка в руках. Еще три – и я лицом к лицу со своим врагом. Наши взгляды пересекаются, и воздух едва не искрится от обоюдной ненависти.

Обманный маневр – я заношу руку над головой, намереваясь сокрушить сверху. Порох клюет на это, обхватывает обеими лапами мой сжатый кулак, но в нем ничего нет. Отвертка в другой руке. Враг недоуменно глядит на меня. А потом приходит долгожданная расплата. Одного движения достаточно, чтобы засадить инструмент мутанту в глазницу по самую рукоять. Но он успевает укрыться. Острие отвертки вонзается монстру в щеку. Железо противно лязгает о зубы.

Монстр ревет, задрав голову, отшвыривает меня к стене. Он падает на колени. Из глотки его вырывается хрип.

Порадоваться победе я не успеваю. Стены и пол сотрясают взрывы – сначала небольшой, потом – гораздо мощнее. С потолка падают светильники, вдоль одной из стен появляется глубокая трещина. Что случилось? Порох пользуется моей заминкой, рывком поднимается на ноги, подскакивает ко мне и хватает за горло.

Внезапно оживают громкоговорители.

– Я ошибался, – говорит уставший голос. Это Наука. – Очень сильно заблуждался. Поставил свои интересы превыше самого главного – человеческой жизни. Я должен искупить свою вину. Если кто-то из живых сейчас меня слышит – немедленно убирайтесь с Завода. Я запустил протокол самоуничтожения. Через пять минут здесь не останется камня на камне. Улепетывайте как можно быстрее. – Долгая пауза. Слышатся помехи, совсем тихо, будто говорящий отошел от микрофона: – А я останусь искупать свои ошибки… – Динамики затихают.

Еще один взрыв. Всех подбрасывает вверх. Плита перекрытия издает громкий, похожий на сухой кашель, звук и расходится на две части. В образовавшемся разломе виден объятый пламенем первый этаж. Языки огня пробиваются вверх, обдавая жаром. Стоит такой гул, что невозможно услышать даже свои мысли.

Едва не упав в образовавшийся разлом, Порох нехотя отпускает меня и отбегает в сторону. Я тоже едва успеваю отскочить, прежде чем второй разлом образуется прямо подо мной. Идея столкнуть врага в этот импровизированный ад терпит фиаско – монстр, словно читая мои мысли, вновь по-паучьи карабкается на стену, а потом и вовсе забирается на потолок. Свесившись оттуда, он просто наблюдает, едва шевеля отростками на лбу. Зомби, отсеченные разломом, мешкают, пытаясь найти правильный путь. Жар от огня настолько сильный, что одежда у тех, кто стоит ближе всех к разлому, начинает тлеть, а потом и вовсе вспыхивает. Но в растерянности пребывают они недолго. Вдруг, как по команде, они выстраиваются в ряд и начинают идти по самому краю разлома, огибая его. Черт!

Четвертый взрыв – не самый мощный, однако вызывает серьезные обрушения. Слышно, как скрипит арматура внутри железобетонных плит. Еще минут пять, не больше, – и все здание обрушится.

Из оцепенения выходит Порох. Вновь начинает крушить пол, пытаясь попасть в меня. Уходить от ударов становится сложнее – пол практически разрушен, лишь три опорные балки остаются целыми да небольшой кусок перекрытия, к которому рвутся мертвецы. Валя, балансирующая на одной из таких балок, не может мне хоть чем-то помочь и лишь предупреждает об опасности, тем самым спасая меня от гибели.

– Леша, слева!

Я отпрыгиваю на другую балку, едва не провалившись вниз. Падаю на живот и мертвой хваткой цепляюсь за куски бетона, которые еще держатся на плите. Спасение достается дорогой ценой – рука обожжена.

– Зомби подходят!

Вот только их не хватало. Еще находясь в лежачем положении, сбиваю первого, опрокидываю вниз. Тот неуклюже падает в разлом, и, не успев достигнуть первого этажа, на лету вспыхивает и обугливается. Второй летит следом. С третьим приходится повозиться. На мой выпад он реагирует быстро и ловко уклоняется от ударов. Спасаясь от встречной атаки, я вынужден отступить к стене. Невыгодная позиция. Места для маневров совсем нет – за спиной трещит бетон, грозя обвалиться в любую секунду, с боков – провалы, из которых вырываются языки пламени. Спереди прут зомби. Но Порох только этого и ждет. Не имея никакой возможности отбиваться сразу от всех наступающих, я лихорадочно ищу взглядом выход. Попытаться перепрыгнуть на другую балку? Расстояние слишком большое, наверняка не допрыгну. Да и сама балка медленно выгибается от сильного жара, того и гляди обрушится. Тогда что остается?