Некромант-самоучка, или Смертельная оказия - Ардмир Мари

Чудом не попав в очередной такой «подарочек», я мысленно поносила «прозорливых» смертников всеми известными ругательствами и искренне желала заработать вывихи на всех конечностях. Неужели на основах Нежитеведения, спецкурсе в каждой академии, им не рассказали об особенностях видов? Зачем тратить силы на проклятья, если и ребенку ясно, что даже сложные плетения не навредят особи с парой сотней лет опыта за загривком и вряд ли остановят? На этой мысли я чуть не влетела в Черный колокол, тщательно замаскированный травой. Болваны! Точно болваны, только они могут не знать, что адассориус не видит лишь сквозь большие объекты и трава, как и кусты, для него не преграда. А Гер еще говорил, что остальные команды намного сильнее и умнее нашей? «Хи-хи-хя!», как говорит теневая. Да у них у всех вместе взятых мозгов будет поменьше, чем у нетопыря, я же по ходу забега подмечала и другие проклятия, слабые, частично недоделанные, не способные ни остановить, ни озадачить не то что монстра, даже многоликого. Такие рассчитаны на куда более слабое создание, слепое в темноте и основательно медлительное, например, как…

Я?

От осознания подставы остановилась, недоверчиво прищурилась, глядя на темнеющие впереди скалы и движущиеся к ним тени.

– Да ну! Не может такого быть, – прошептала, стараясь унять сбившееся дыхание.

Они ведь знают, я простая смертная. Всего одна жизнь, всего одна смерть, и если попадусь, то умру… Под давлением неприятной мысли сделала еще несколько шагов и вновь замерла. Ведь действительно умру, я же, как и они, не прошла через обряд получения заемной жизни, попала прямиком на игровое поле. Без страховки, без неприкосновенной сотни лет, дарованной Его Императорским Величеством, без пары-тройки жизней за пазухой я фактически ходячий труп, и, несмотря на это, они решили мной «откупиться»? Сволочи!

Обида, возмущение, гнев и жажда мести волнами прошли сквозь меня, напитав сеть некроманта силой достаточной, чтобы настигнуть гадов, скрутить и надолго прижать к скале. Вот это точно будет препон для нежити, множественный! Представив последствия такого поступка, засомневалась, но нарастающий дребезжащий рык, дополняемый треском кустов, решил все. Вздрогнув, я не удержала плетения. И местами рваное заклинание сети заклубилось зеленым дымом, нити его увеличились в толщину, и с невероятной скоростью устремилось вперед. Пространство осветилось на несколько километров вокруг, и звон по крайней мере десятка связывающих ловушек раздался над каменным плато, а вслед за ними – далекая отборная ругань. Удивительно, но быстро вспыхнувшую злость тут же сменила жалость, и я бы отпустила смертников с богом, но, обданная смрадным духом, забыла об этом желании как таковом.

Возникла мысль: «Бежать!» Вот только куда, если с боков путь отрубили знакомые лапы в струпьях серой каменной кожи, спереди хвост и пара упавших на скалу капель слюны, а над головой уже мазнул язык монстра, явно собиравшегося меня целиком проглотить. Нормальный смертник дал бы последний бой или спокойно принял смерть, как и подобает меняющему ипостась – в молчании, с гордо поднятой головой, я же… С воплем: «мамочки!» развернулась и побежала назад. Увильнула от мясистого языка с тремя присосками, проскользнула между подмышечной впадиной монстра и плато и, перемахнув через хвост, побежала. Бок явно ободрала, ощутимо прикусила в прыжке язык, но самое главное, своим маневром выиграла бесценные десять секунд и даже сделала три огромных шага, прежде чем рядом просвистел спущенный с арбалета болт.

– А-а-а! – вскрикнула я.

– Проклятье! – раздалось из камней справа, и меня за руку дернули в направлении голоса.

– Гер?! – Я не то что ушам, даже глазам не поверила, увидев перед собой взмокшего рыжего с внушительной ссадиной на подбородке и щеке.

– Он самый, – усмехнулся Дао-дво и скомандовал: – Ложись!

Исполнить требуемое самостоятельно не успела, просто неожиданно оказалась между многоликим и жухлой травой синего цвета. Синяя? Милостивый боже, мы даже не в Треде! И словно бы в подтверждение моих мыслей адас утробно проревел, а затем забился в предсмертной агонии, упал возле нас, вызывая маленькое землетрясение и желание убраться с плато поскорее. Я посмотрела на Дао-дво, он на меня, и, кажется, идея о том, что монстр может нас раздавить, пришла к нам одновременно с лапой высшей нежити, наступившей на Гера.

– О боже! – Едва обрадовавшись спасению, я вновь была на волосок от смерти, а рыжий в миге от потери второй жизни. Нервно начала сдергивать с себя перчатки в надежде исцелить многоликого и подпитать его резерв отобранной энергией.

– Не вздумай. Сам разберусь, – рыкнул он и перевоплотился в крупного черного ящера, обитающего в королевстве оборотней. Наверное, Дао-дво хотел воспользоваться влажной шкурой пресмыкающегося и выскользнуть из-под пресса, однако добился лишь того, что на нем поскользнулись и наградили ударом каменного рога.

– Идиот… – посетовал многоликий, пригибая плоскую голову. – Я только что лишился ремня. А это больно, однако.

И подмигнул.

– Чего? – Милостивый боже! Над нами беснуется многовековая разъяренная нежить, а он еще шутит, подмигивает. Настоящий псих или истинный разведчик, как говорит кука.

– Мне хвост отдавили, он и отпал, – улыбнулся Дао-дво и показал мне широкий раздвоенный язык, – не переживай, все самое ценное осталось на месте.

Я только фыркнула. Надо же, едва он меняет ипостась на пресмыкающееся, так сразу становится натуральным гадом. Правда, гадом ответственным. Улучив момент, Гер, подхватив меня одной лапой, притянул к себе и аккуратно перетащил к глубокой расщелине. Там он сгрузил меня на ближайший к поверхности выступ и перевоплотился в человека – весьма побитого человека с арбалетом, колчаном для болтов и парой ножей в ботинках. Из-за все еще активного плетения некроманта здесь было светло и зелено и хорошо видно, что к ссадинам на лице многоликого добавился синяк, плюс странное затемнение возле правого уха.

Я прикоснулась к нему, и разведчик зашипел, скинув мои пальчики с внушительной шишки и наливающегося отека.

– Не трогай, пожалуйста.

– Не буду, – заверила серьезно и спросила: – Где ты так стукнуться успел?

– Долгая история и еще не закончившаяся, – отмахнулся он, внимательно осматривая колчан с болтами. – Где же, где же этот?.. Таррах! Не тот оставил и не тот нежити отправил. – Многоликий выглянул наружу и с иронией произнес: – Да, теперь это все объясняет.

– Что объясняет? – Я смотрела настороженно.

– Почему адассориус взбесился, а не затих. Вместо проклятья Острый нож, я всадил ему в глотку твое же Золоченое забвение.

– Не поняла. Что значит «мое же»?

– А ты не помнишь? – ухмыльнулся Дао-дво, но, потревожив ссадину, улыбаться перестал. – Прежде чем искупаться с пираньями, ты наградила меня парой-тройкой мощных плетений, а я их не просто расплел, но и скрутил. А еще два достались мне после встречи с Дарреем, ну и еще несколько были вручены просто так.

– Первое помню, остальные нет. – На самом деле я все хорошо помнила, потому что этот его маневр меня пугал и вместе с тем восхищал, но Геру говорить об этом я была не намерена. Решила подвести итоги: – Итак, у тебя осталось два проклятия из трех.