Темная сторона Петербурга - Мария Артемьева

В результате обоих отбросило прямо на дно Невы. Случайные прохожие с набережной заметили на поверхности воды бумажный блокнот ученого — он всплыл, потому что обложка его была из легкого пластика. А тех двоих несчастных никто и никогда больше не видел…

И, кроме того — что для тебя один день? Пропасть времени уже слишком велика. Один день ничего не решает, тем более такой… неопределенный.[18]

Постояв немного возле часов и гадательного компаса, сторож удрученно покачал головой и двинулся дальше, в следующий зал.

Его кроткий и тихий спутник глубоко вздохнул и последовал за ним.

Взойдя по слабо освещенной лестнице, они поднялись на второй этаж и медленно прошагали через залы, посвященные Ближнему Востоку и Индокитаю.

— Смотри, как далеко заходили люди в своих поисках, блуждая в неопределенном пространстве и неабсолютном времени, — сказал Сергей Иванович, медленно двигаясь вдоль высоких, под потолок деревянных шкафов-витрин. — Если бы не возвращение домой — в этих странствиях не было бы ничего по-настоящему изумительного. Уж ты-то наверняка со мной согласишься!..

Когда не знаешь цели пути — можно зайти далеко и отыскать многое. Но если цель определена — тут уж не обойдешься без определенности и во всем остальном!

Ты, конечно, знаешь историю с морским счислением. Самые точные хранители времени нужны были на кораблях. Без этого путешествующие не могут определять свое местоположение. В сентябре 1707 года английская эскадра адмирала Клаудисли Шовела, состоявшая из 21 корабля, в полном составе села на мель и разбилась о камни вблизи островов Силли только потому, что в течение нескольких дней бушевал шторм и моряки не смогли уточнить широту после того, как покинули Ла-Манш. Погибло две тысячи человек, и это была трагедия для каждого морского волка, с риском для жизни уходившего в те дни в плавание.[19]

У них не было точной единицы измерения времени, и они плутали в пространстве, потеряв свое местоположение…

Впрочем, если уж зашла речь о кораблях, расскажу тебе и о другой потере. Лет двадцать назад я слыхал, как говорили о ней двое ученых хранителей…

В третьем тысячелетии до нашей эры богиня Инанна, правительница шумерского города Урука, пожелала возвеличить людей: дать им знание и осветить мир людской светом истины. Она отправилась к своему отцу Энки, правителю города Эриду у входа в небесный мир.

Инанна решила забрать у отца его главное сокровище — сотни глиняных табличек, в которых хранятся «ме» всех на свете вещей — их смысл, символ и естество. Инанна хотела подарить их людям, но понимала, что отец не отдаст их просто так.

Она схитрила, подпоив отца на приветственном пиру. Пьяный Энки разрешил слугам Инанны загрузить таблички «ме» в ее Небесную ладью, при помощи которой она путешествовала по небу.

И слуги обчистили его сокровищницу, все сложили в лодью Инанны: «плотничество», «гончарство» и «ткачество»; «храбрость» и «свет»; «здоровье», «любовь», «гармонию». Туда же положили они «ненависть», «вражду», «болезни»; «страх» и «войну», «разорение» и «отчаяние». А кроме того, еще ложь и правду. Доброту и злобу. Победу и поражение. Внимание и равнодушие. Смерть и бессмертие. Суд и решение. Жалость, чистоту, все умения на свете и суть всех на свете вещей.

Торжествуя, что добилась своего, Инанна отплыла. Но она не одолела и половины пути назад, как отец ее, Энки, протрезвел и опомнился.

Разгневавшись за то, что дочь обманула его, он устроил в небе великую бурю: разметала она в клочья пену небесных волн, растрясла кораблик Инанны. Многие глиняные таблички треснули, раскололись, и осколки перемешались так, что уже нельзя было их сложить обратно.

Инанна вернулась в город Урук, а смысл многих вещей оказался утрачен и забыт. Но слухи о добытых Инанной сокровищах распространились далеко за пределы Шумера.

Куда пропала Небесная ладья Инанны?

Китайский император Цин Шихуань снарядил и отправил в дальние моря целый флот на поиски Шэньчжоу — священной Небесной ладьи. Он хотел, чтобы его слуги попытались отыскать среди остатков глиняных табличек секрет бессмертия.

Но китайский император позаботился о том, чтобы не повторить ошибок Инанны и самого Энки: если и отыскали его слуги тайну бессмертия, то они надежно спрятали ее в неопределенном мире с неопределенным временем. Для этого им понадобилось изготовить всего лишь один очень хитрый ключ.

Из поколения в поколение целые династии китайских мастеров совершенствовались в искусстве изготавливать копии Небесной ладьи Инанны. Было создано много этих удивительных игрушек, изображающих макеты кораблей, похожих на Шэньчжоу.

И вот однажды некий человек вывез из Китая механическую игрушку.

Внешне она напоминала обычное прогулочное судно богатого китайского аристократа — деревянный корпус отделан слоновой костью и жестяными вставками. На палубе размещены фигурки музыкантов и танцовщиц, вырезанные из кости, а на носу кораблика — фигурка из янтаря, обозначающая, судя по всему, некую необычную персону, возможно, магического свойства.

Внутри кораблика скрыт механизм, похожий на часовой. Может быть, эта игрушка с секретом и есть ключ к великой тайне Небесной ладьи?

Стоит завести механизм — и внутри него проснутся часы, настроенные на правильное время; откроется компас, ориентирующий в правильном направлении — и кораблик-игрушка укажет путь к той единственной точке в пространстве, где скрывается величайший на свете клад — тайник небесных сокровищ Энки, тайник знаний Инанны, утерянный смысл всех на свете вещей?

Было бы здорово отыскать этот клад.

Тогда, возможно, и твоя потеря нашлась бы… Как думаешь, Николай?

Они вошли в зал первых коллекций Себы и Рюйша.

Здесь стоял особенный аромат затхлости, и резко веяло «ликером бальзамикум», введенным путем искусных инъекций в самые мелкие кровеносные сосуды экспонатов для сохранения их мертвых тканей в нетленном состоянии. Благодаря этой процедуре многие из них — как, например, младенческая ручка, заботливо обернутая в месте отреза изящным кружевным лоскутом, — держали в течение столетий все тот же розовый, почти естественный цвет.