Сезон огненных дождей - Олег Шовкуненко

Дэя как будто очутилась в извращенной уродливой параллельной реальности. События и факты в ней каким-то невообразимым образом оказались вывернутыми наизнанку или искажены до неузнаваемости. Все, что она знала, все, чему верила, оказалось ложью! Хотя что есть истина? Субъективное, неустойчивое понятие. Если хорошенько вдуматься, то поймешь, что для каждого она своя, можно сказать, персональная. Разумное существо верит в то, во что хочет верить, в то, что ему близко и понятно, в то, что не противоречит его знаниям и уровню интеллекта. Вот и сейчас Дэя должна была решить для себя самой, какая истина приемлема для нее, принцессы Лура, доктора медицины, гражданки Галактического Союза и, наконец, просто женщины, возлюбленной землянина. Именно от этого выбора и станет зависеть ее будущее, ее жизнь.

Лурийка вдруг поняла, что боится смерти. Может, именно это, а совсем не привитое с детства благоговение перед авторитетом Совета заставляло ее все больше и больше верить в рассказ главного советника Нуда. Однако в душе принцессы жило некое упрямство, протест, неутолимое стремление к правде. Они-то и подталкивали женщину задавать и задавать вопросы.

– Почему это произошло? – Дэя перевела взгляд с главного советника на третьего советника Хродуфуну. – В чем причина такого неожиданного резкого регресса?

– Я бы не сказал, что он такой уж неожиданный, – Хродуфуну навел на лурийку свой единственный глаз. Кожистое веко при этом свернулось в трубочку, образовав что-то наподобие выдвинутого вперед объектива. – Процесс длился сотни лет.

– И в течение этих столетий никто ничего не замечал?

– Легко заметить, если что-то происходит, и практически невозможно, если не происходит ничего, – философски заметил Нуд.

– Великолепно сказано, – похвалил коллегу цептаминог, и глаз его при этом сменил окраску с зеленого на голубой. – Надо быть воистину настоящим гением, чтобы заметить подобное и сделать соответствующие выводы.

Хродуфуну встал и подошел к стене, испещренной бесконечными рядами буквенно-цифровых кодов. Он уверенно надавил на одну из надписей. Участок поверхности, на который легли зеленоватые присоски хранителя мудрости, тут же исчез, открывая небольшую ячейку. Дэя знала, что там. Знала, что хранится под всеми этими табличками. Кристаллы с матрицами памяти лучших, гениальнейших умов Галактики. Тех, кто навеки покинул этот мир, оставив потомкам самое ценное, что у них было, – свои мысли, свои идеи, свои находки и открытия.

Дэя относилась к этому месту с неизменным трепетом и волнением. Она была здесь всего один раз. Там… на Тогоре… И поэтому сегодня, когда верховный советник Нуд привел ее в уцелевшее, перенесенное на станцию хранилище, доктор испытала настоящую неподдельную радость и облегчение. Какое счастье, что все это не погибло!

Хродуфуну извлек из ячейки кристаллический элемент памяти, с виду напоминающий искусно ограненный шар для игры в луитанский крокет. Вернувшись к столу, за которым сидели Дэя и верховный советник Нуд, цептаминог бережно опустил кристалл в мягкие держатели ажурной подставки. Горящими от восторга глазами доктор глядела на вместилище мудрости одного из великих сынов или дочерей Галактики.

– Кто это? – Лурийка не смогла утерпеть.

– Это матрица памяти Донудина Тара.

– Учителя Тара?! – вырвался у Дэи восторженный возглас.

Лицо старого лурийца вмиг всплыло в ее памяти. Морщины, избороздившие высокий лоб, глубоко впавшие скулы, покрытые сухой растрескавшейся коркой губы. Однако в облике учителя ничто так не запоминалось, как глаза. Не ведающие старости, горящие настоящим юношеским задором глаза. Он так любил жизнь!

– Да, Донудин Тар был вашим учителем много лет! – Главный советник Нуд заговорил громко и властно, тем самым напомнив лурийке о необходимости сдерживать эмоции. Так, как это всегда делал великий Тар.

– Простите, – доктор понурила взгляд.

– Как вы помните, он умер четыре общегалактических года назад, но перед смертью, как и полагается достойному сыну Галактики, он завещал нам свои знания.

– Учитель Тар был знаком с проблемой, о которой мы говорим? – Дэя вспомнила начало разговора.

– Он был не только знаком, он одним из первых заметил ее и активно работал над ее разрешением.

– И ему удалось?! – Возглас Дэи походил больше на утверждение. Она не могла поверить, что существовали загадки, которые ее гениальному учителю оказались бы не по плечу.

– Он указал путь, по которому мы и пошли, развивая и преумножая идеи великого лурийца.

– Вы хотите сказать, что проект «Архангел» – это идея Донудина Тара? – Доктор была ошеломлена.

– Нет. – Лицо Нуда, как всегда, оставалось каменной маской. – Решение подкинуть в руки землян наши передовые технологии принимал Совет. Честно говоря, вначале мы рассчитывали использовать всю их цивилизацию, но в силу, я бы так сказал, индивидуальных особенностей человеческой психики на свет появился проект «Архангел». Но мы ничего не имели против. Таким образом, в нашей программе оказались задействованными наиболее цивилизованные, интеллектуально развитые слои земного населения, а стало быть, более полезные для дела.