Нелюдь - Кэт Фоллз

Я покосилась на Рейфа, но он не отрывал глаз от роскошного гибкого тела Махари. Я почувствовала вспышку гнева и тут же напомнила себе, что меня не волновало, кого он разглядывает.

– А вы кто? – в свою очередь спросила Махари.

– Лэйн и Рейф, – мой голос прозвучал не так уверенно, как обычно.

– А она бы нам подошла, – заметила Дипнита, оглядев меня с ног до головы. Торчащие острые пряди темных волос и львиные черты лица придавали ей своеобразный жестокий шик.

– Ты думаешь? – Махари тихо рассмеялась и прижалась к прутьям решетки, раздув ноздри и вбирая мой запах. – Мне кажется, она скорее похожа на кролика.

– Что? Ничего подобного, – возмущенно фыркнула я. Может, я и была похожа на кролика, когда только попала в Дикую Зону, но сейчас – точно нет.

– Надсмотрщики, – прошипела Нев, быстро отходя в самый дальний угол клетки.

Повернувшись, я увидела двух типов в передниках, тащивших в нашу сторону пожарный шланг.

– Пора купаться, Махари, – с хохотом крикнул один из них. Тугая струя воды буквально отбросила львицу от прутьев.

Мы с Рейфом поспешно отодвинулись подальше, а надсмотрщик направил струю воды на остальных «львиц», заставив их метаться по клетке в тщетной попытке ускользнуть от потоков воды. Две женщины поскользнулись и упали, а Нев стояла, закрыв лицо руками, и шипела, как разъяренная кошка, на истерично хохочущих охранников. Я скрипнула зубами, раздумывая, как открыть дверь этой клетки.

Рейф встал между клеткой и мной:

– Мы ничем не можем им помочь.

Помочь? Я вообще-то думала не столько о помощи, сколько о том, с каким наслаждением львицы разорвали бы охранников на куски.

– Вообще-то, у меня руки связаны, так что я в любом случае не могу ничего сделать.

– Да, но ты думала именно об этом.

И это была правда. Хотя я уже знала, что нельзя отпускать на волю обезумевшего «дикого» – или тигра-убийцу. Но эти женщины явно были в своем уме. Возможно, впереди у них были еще годы, прежде чем они сойдут с ума, – они не должны были провести эти годы в клетке.

Рейф следил за мной, словно читая мои мысли:

– Сперва подумай, как нам выбраться отсюда, а потом уже будешь думать о Космо и о своем «неженке».

Он был прав. Я не смогла помочь отцу, но я не могла нарушить обещания, данные Эверсону и Космо. Мой взгляд упал на мокрую, тяжело дышащую Нев. Может, был какой-то способ спастись самим и помочь этим женщинам?

Надсмотрщики окружили нас, и один из них поднял нож. Прежде чем я успела впасть в панику, он перерезал связывавшие нас веревки.

– Королева Синди требует вашего присутствия в тронной комнате, – объявил он.

Ему самому не казалось абсурдным то, что он сказал? Судя по всему, нет – он был слишком молод, чтобы знать другую жизнь, существовавшую до того, как страна разделилась на две части.

Охранники двинулись вперед, и нам пришлось последовать за всей группой, иначе они просто смяли бы нас.

Мы вошли в бронзовые двери, прошли через гулкий пустой зал с высокими потолками и огромной лестницей. Даже несмотря на то что я была пленницей, от вида мраморного убранства дворца у меня перехватило дыхание. Я перестала замечать охранников, неподвижно стоявших на площадках лестницы. Мы поднялись вверх и вошли через арку в огромный зал, накрытый куполом из цветного стекла.

– Что здесь было раньше? – прошептала я с невольным почтением.

– Чикагский культурный центр, – прощебетал чей-то голосок позади нас.

Обернувшись, мы увидели женщину с набеленным лицом и накрашенными ярко-алой помадой губами, в туфлях на высоченной платформе. Она шла к нам, покачиваясь, держа в руках трость с набалдашником из слоновой кости. Ее черные волосы были высоко зачесаны в… но тут я поняла, что это были не волосы: на голове у нее была высоченная конструкция, покрытая черным мехом. Впрочем, этот «абажур» выглядел не более странно, чем длинный, до пола, плащ из синей кожи, наброшенный на ее плечи.

– А ты совсем молодая, – прочирикала она, но тут же недовольно надула нижнюю губу. – Омар, они не встали на колени.

Ее ноющий голос впечатлил бы даже капризного трехлетку:

– Почему они не встали на колени, Омар?

– Королева Синди, – сказал Омар с наигранным терпением, – возможно, они просто не понимают…

– Меня не волнует, что они понимают. Я не позволю, чтобы меня оскорбляли в моем собственном замке. Это никому не позволено. – Она ткнула тростью в нашем направлении: – Скормите их гивепрям.