Пусть всегда будут танки - Максим Хорсун

– Памятники так всегда ведут себя на Луне? – нервозно дернулся Антон.

В наушниках захрипело и заперхало, как будто кто-то прочищал горло. Антон поморщился и собрался уже переключить частоту, когда знакомый голос неожиданно громко и четко произнес:

– Здравствуй, оболтус. Где башню потерял?

– Привет, дед. Таким родился – без башни. Как дела дома? Как отец-мать?

– Все как обычно. Отец пьет, мать гуляет.

– Нормально, значит. А я тут собираюсь полетать на космическом корабле. Ты, случайно, не в курсе, он не взорвется при старте?

– Кто ж знает? Никто от этого не застрахован.

– Как же ты управляешь танком?

– «КиберБеркут» разработал для меня специальный софт. Можно сидеть дома за компьютером в халате и тапочках и при этом – управлять танком. А связь с Луной сейчас лучше, чем с поликлиникой по стационарному телефону.

– Дед, у меня на хвосте трое нубов на не самых последних танках.

– Вечно тебя обижает какая-то шпана. Я разберусь. Переходи на корабль. В терминале есть давление, стыковочный узел усовершенствован перед перестройкой, твой «Лис» войдет в него, как папа в маму.

Антон вдавил газ, заводя свой танк в тень стартового стола. «Оса», корежа гнутыми траками грунт, отправилась к входу в тоннель.

– Введешь в бортовой компьютер нужные координаты и нажмешь кнопку «старт», – напутствовал дед. – ЭВМ корабля сама все сделает, в наше время любили полагаться на автоматику. – Слово «автоматика» дед произнес с особым смаком, причмокнув на последнем слоге. – Извини, ничем больше помочь не могу. Я переживаю за тебя. Отдал бы все, чтоб ты только не попал в подобную передрягу. Но я столько лет ждал, чтобы вернуться на Луну!

Антон подрулил к терминалу – бетонной коробке в несколько десятков метров длиной. Это было единственное сооружение, оборудованное стыковочными узлами. «Лис» потерся бортом по стене, пристраиваясь к зажимному кольцу. Щелкнули замки, отозвавшись краткой вибрацией в корпусе, на пульте замигал зеленый огонек. С шелестом отошел внутренний люк, за ним – внешний. Все же разница давления оказалась ощутимой, точнее – Антону в скафандре было хоть бы хны, а вот у Веры пренеприятно заломило в ушах.

– Дамы – первые, – сказал Антон, он не смог удержаться и ущипнул Веру за зад, когда она протискивалась, наклонившись, через тесный шлюз.

– Ты точно собираешься меня добить! – пробурчала она.

– Помирать – так с музыкой! – Антон выбрался из танка, воздух в терминале был затхлым и пах теплым пластиком. – Все равно что-то нас прикончит – или Бычара с товарищами, или советское корыто, которое по недоразумению называется космическим кораблем.

– Не кощунствуй, – бросила Вера.

– Ты сама не боишься гробануться? – недоверчиво поинтересовался Антон.

Вера обернулась, зло глянула Антону прямо в душу и пошла себе дальше.

Тем временем Василий Левицкий готовился исполнить свою лебединую песню. Он расположил танк за скальным выступом так, что над камнями оказалась только башня. Дуло «Шарки» повернулось к входу в тоннель, старое-доброе орудие заглотило снаряд. Механика работала, как швейцарские часы, – «Беркута» не соврали, старая боевая машина еще могла задать жару.

Первым из тоннеля выкатил «Хаунд» Чебуратора. Старый Левицкий потер сухие морщинистые ладони, это было так символично: через столько лет извечные враги – «Оса» и «Хаунд» – сходятся в смертельной битве.

Чебуратор еще толком ничего не успел понять, а под его башней уже разорвался снаряд. Черный танк выдал хаотичную очередь из «Сестричек». Огненные файрболлы прокатились над серой пустыней и рассыпались безобидным фейерверком среди конструкций космопорта.

«Хаунд» резво ушел в сторону, покатил вдоль окружности кратера, оставляя на грунте дымящиеся куски брони. Левицкий не стал разворачивать башню и добивать черный танк. Он по-прежнему держал на прицеле тоннель.

И не напрасно: из тьмы показался «Чемпион» Бычары. Левицкий кликнул мышью, и верная «Шарки» снова дала залп. В тоннеле сверкнуло: это снаряд, срикошетив от крепкого лба «Чемпиона», взорвался под сводом. Бычара выстрелил, но «в молоко». Со свода на танк командира роты посыпались обломки бетона и куски породы. Левицкий, довольный эффектом от выстрела, послал следующий снаряд туда же – под свод. Комбижир среагировал быстро – дал задний ход, выехал из пыльной западни, а за ним поспешил вырваться и Бычара. Через мгновение тоннель обрушился.

Антон почувствовал, как пол качнулся. В запыленный иллюминатор он увидел, как дальняя сторона кратера исчезает за серой зыбкой дымкой.

– Дедуган разбушевался, – сказал он, а Вера схватила его за рукав скафандра и потянула за собой в очередной зал, заставленный техникой, похожей на музейные экспонаты.

Сверяясь с данными на экране планшета, Вера переключала рубильники, тумблеры и разноцветные кнопки. Она носилась, как одержимая, от одного пульта к другому и бормотала: «Так, топливо закачивается, теперь окислитель… где, мать его, окислитель?» Антон, глядя на эту картину, лишь почесал затылок. Точнее, попытался это сделать: перчатка уткнулась в гладкий, как бильярдный шар, шлем. Он подошел к иллюминатору, выходящему на сумрачное пространство, спрятанное под бетон стартового стола. За скошенным стеклом стоял окруженный фермами, запакованный в термоизоляцию корабль. С точки зрения современной техники он казался громоздким и архаичным вроде автомобиля начала двадцатого века. На первый взгляд этот корабль был мощнее тех лунных модулей, которые предназначались лишь для старта с поверхности спутника и нуждались в корабле-матке, чтобы вернуться на Землю. У засекреченного раритета имелось все для длительного полета домой: и вместительные баки, и на глазок – достаточный объем жилого пространства для нескольких человек.

Но взлетит ли он? А если взлетит, то приземлится ли?

Антон покосился на оборудование, над которым колдовала Вера. В отличие от девушки ему, чуть ли не с пеленок привычному иметь дело со сложными машинами, не требовались подсказки из Сети, чтобы разобраться, что к чему. К тому же эта советская аппаратура только на первый непосвященный взгляд казалась сложной. В отличие от Веры он уже сообразил, где здесь «ключ», который нужно повернуть «на старт».

Холодный, совсем не летний дождь поливал улицы Екатеринбурга. Левицкий еще раз азартно потер ладони и взялся за «мышь». Ему не терпелось начать охоту на «Хаунда», преследовавшего его внука. В запасе оставалось еще четыре снаряда, и он рассчитывал потратить их с умом. Связь была отличной, и даром что Луна находилась сейчас над другим полушарием Земли. Им бы раньше такую связь… Но прошлое не переписать. И по сей день он был уверен, что космонавты и астронавты некогда пришли к верному решению, дав начало десятилетиям мира. Сначала мир был крепким, потом худым, а потом – таким, как сейчас. Левицкий поправил очки и начал разворачивать башню в сторону мелькающего на безопасном расстоянии «Хаунда».