Стальное поколение - Александр Афанасьев

По словам Савицкого, которые он как выплевывал из себя, сопровождая заковыристым, одесско-армейским матом — все началось с палестинцев. Да, да, именно тех палестинцев, которых они тут тренируют. Это были отнюдь не те бескорыстные борцы за свободу, какими их рисовали в Москве. Например, события Черного Сентября — когда иорданская армия атаковала лагеря беженцев на своей территории — начались не потому, что иорданскому монарху скучно жить стало. А потому, что Ясир Арафат, изрядный боец за мир во всем мире — сговорился с некоторыми офицерами в иорданской армии, чтобы убить короля, ввести в стране военное правление, а потом напасть на Израиль. И король — просто предпринял ответные шаги.

Изгнанные с территории Иордании боевики ООП хлынули в Ливан — в Израиле их явно не ждали, да и другие страны вовсе не желали приютить «изгнанников», гостей, которые только и ждут удобного момента, чтобы ударить хозяина ножом в спину. Оставался Ливан, страна, в которой уже была напряженная обстановка, в 1958 году едва не закончившаяся гражданской войной^[82]…

Прибытие большого количества вооруженных и радикально настроенных палестинцев (которые до этого попытались устроить в соседней стране государственный переворот) — моментально обострило ситуацию в Ливане до предела. Палестинцы постоянно нападали на Израиль, тот предпринимал ответные шаги — отчего простые ливанцы были совсем не в восторге. Палестинцы, которые вообще прибыли на эту землю пару десятков лет назад — сразу начали качать права и требовать политического представительства — а после прибытия палестинцев из Иордании их стало столько, что правительство уже не могло с ними справиться. Советский союз помогал палестинцам как мог, у палестинцев на тот момент в лагерях были реактивные самолеты (!) легкие боевые катера и по слухам — на побережье подводная лодка (!!!). Чтобы прикидывать соотношение сил — палестинцев было около пятидесяти тысяч, если считать только вооруженных мужчин — при пятнадцатитысячной армии.

Проблему с представительством, палестинцы принялись решать в соответствии со своими милыми традициями — попытавшись замочить лидера христиан Пьера Жмаэля.

Замочить не получилось и кончилось это плохо. Ибо шейх Пьер Жмаэль еще в тридцатые годы возглавлявший Ливанскую футбольную федерацию — начал делать из разрозненных групп футбольных хулиганов отряды христианской милиции Катаиб. После попытки убийства лидера христиан — начались столкновения в Бейруте вооруженных боевиков-христиан и палестинцев. Легковая машина подъезжает к перекрестку или автобусной остановке, на которой скопились люди, высовывается ствол автомата — тра-та-та — и газу! Мира в межнациональные отношения это, естественно не вносило. Начались ответные акции с обеих сторон, все шло по нарастающей. Тринадцатое апреля семьдесят пятого — неизвестный стрелок открыл из машины автоматный огонь про людям, выходящим из христианской церкви — четверо убитых. Буквально через час следует ответная акция — христиане убили тридцать палестинцев в Румайне, расстреляв автобус.

Затем начались бои в самом городе, в основном в прибрежной его части. К палестинцам присоединились мусульмане. Они первыми заняли господствующую над городом точку — башню Мюрр, недостроенный сорокаэтажный небоскреб, с которого можно было обстреливать христианские кварталы. На верхних этажах они установили безоткатные орудия, крупнокалиберные пулеметы, посадили снайперов. В ответ — христиане из Фаланги заняли Сент Джордж, Феницию и Холидей Инн, три отеля, которые в то время тоже были господствующими точками на местности. Начались обстрелы — как друг друга из отелей, так и местности. Палестинские боевики терроризируют христианские деревни — фалангисты в ответ нападают на лагеря беженцев, в которых полно боевиков и оружия.

В то же время — вне Бейрута тоже шли бои. Пятнадцатитысячной христианской фаланге противостояли объединенные силы палестинцев и мусульман, численностью до пятидесяти тысяч. И тем не менее — палестинцы терпят ряд поражений, их вооруженные отряды оказываются на грани разгрома. В семьдесят шестом году — христианам удается разгромить базу палестинцев в Восточном Бейруте — аль-Заатара.

Палестинцы, терпя военное поражение, пригласили сирийцев принять участие в ливанской войне. Сирии — кровь из носу нужен был выход к морю, поэтому генерал Хафез Асад, военный лидер Сирии ответил согласием. Сирийские войска вошли в Ливан, но тут выяснилось, что Асаду нужно прекращение огня, а не победа столь буйных и опасных союзников, какими были палестинцы. Сирийцы военной силой обеспечили прекращение огня, а тех из палестинцев, кто не был с этим согласен — просто убили. В последующем — палестинцы всегда будут против сирийцев.

Война прекратилась примерно на два года, с семьдесят шестого по семьдесят восьмой. В фалангах, христианском ополчении — лидерство переходит от Пьера Жмаэля к его сыну, Баширу. Молодой и амбициозный, Башир Жмаэль заключает соглашение с Израилем — и в его отрядах начинают появляться израильские инструкторы и израильское оружие. Израильтянам нужно одно — чтобы кто-то уничтожил палестинцев, неважно как и какой ценой, да и в принципе — если палестинцы получают помощь СССР почему фалангистам нельзя получать помощь от Израиля?

В семьдесят восьмом году начинаются новые столкновения. К этому времени — некогда монолитные группировки христиан и мусульман расколоты, появляется например просирийски настроенная христианская милиция Марада, принадлежащая влиятельной семье Франжье. Именно столкновениями между двумя христианскими силами — произраильской Фалангой Жмаэля и просирийской Марадой Франжье — начинается второй этап войны.

Марада, поддерживаемая сирийцами побеждает — люди Жмаэля отступают. Сирийская армия начинает обстрел Восточного Бейрута, где сосредоточены люди Жмаэля. В восемьдесят первом — Израиль впервые вмешивается в ситуацию в Ливане непосредственно — при осаде сирийцами христианского города Захле израильтяне сбивают два сирийских вертолета Город Захле остается за христианами, а Сирия вводит на территорию Ливана дополнительно семнадцать тысяч солдат.