Техподдержка - Олег Дивов

Леха и бровью не повел. У него даже рука со стаканом не дрогнула, настолько он был не готов услышать такое. В первые секунды просто не поверил своим ушам.

Война Шрёдингера… Вот ты где меня догнала.

Знаете, а ведь это больно. Сначала Леха разозлился.

Эта война если не вполне сломала ему жизнь, то уж точно согнула. Да, он побывал на ней и уцелел. Как метко сказал Негр Вася, «не приходя в сознание». Когда о войне Шрёдингера впервые заикнулся Тёмкин, Леха совсем ничего не понял. Решил по наивности, что старик выдумал остроумное название для информационного шума и бардака, который сопровождает любые боевые действия, даже если те ведутся только в кабинетах… Но когда болтовня про кота в коробке заставила сильно напрячься шефа, а потом тот натурально испугался, Леха впервые подумал: ведь это может быть какая-то система понятий для узкого круга посвященных. А простым маркетологам даже слышать их профессиональный язык не положено, не то что говорить на нем… И вот нате вам пожалуйста, «война Шрёдингера» – устоявшийся международный термин. Интересно, той ночью в башне «Избушки», выпендриваясь перед Рамоной, пьяный болтун, сколько велосипедов он изобрел, просто размышляя вслух? Хватит небось на целые велосипедные войска.

А потом Леха расстроился.

Я – консультант по войне Шрёдингера? Ах, где же сейчас другой консультант, мой персональный, по дурацким вопросам. Как мне тебя не хватает, милая Рамона… Останься ты со мной, я бы всех послал и ничего не боялся, мне бы просто никто больше не был нужен. Да я бы дворником работал, гонял по Москве на тракторе, счастливый и веселый.

Тут-то рука и задрожала.

– Извините, – пробормотал он. – Воспоминания.

– Травматичные, я понимаю… – женщина участливо кивнула.

Леха помотал головой.

– Ничуть, – сказал он. – Просто… Воспоминания.

Пару месяцев назад он не удержался, написал Негру Васе и получил ответ в духе квантовой неопределенности: «Ничем не могу помочь, никаких таких девушек здесь уже никогда не было». Лишнее «уже» легко принять за описку; Леха долго размышлял над ним, пока не понял намек: даже следов Рамоны в Лимпопо не найти. Значит, не стоит и намекать Васе, что приглашал к себе. Ну, вернешься ты туда – зачем? Там всё будет напоминать об одной удивительной девчонке, только девчонки не было, и точка. Пересохшая Лимпопо не та река, в которую можно войти дважды.

Он тихо загибался от тоски, сидя в офисе.

Нет, его не манили приключения, он не грустил по Африке и совсем не скучал по боевым действиям. Но чертовски хотелось, чтобы кто-то позвал: Леха, давай к нам, ты здесь нужен. Тогда он сорвался бы куда угодно, в любую «горячую точку».

А просто встать и уйти в никуда не хватало ни повода, ни смысла.

Теперь его позвали.

Значит, война Шрёдингера… Леха медленно допил коктейль. Из-за спины тенью возник бармен с новой порцией. Жидкость в стакане была совсем темной, непрозрачной. Как кровь. А чего ты, собственно, ожидал, дорогой? Ты ведь принял решение в тот момент, когда тебя позвали на этот разговор.

– Знаете, я согласен. Прямо сейчас. Не удивляйтесь, я внутренне давно готов. Пора сменить эту клоунаду на что-нибудь по-настоящему интересное, и где от меня будет польза.

Лехе показалось, что «ученые» как-то одновременно выдохнули.

– Спасибо, – сказала женщина без тени иронии. – Мы очень ценим.

– Нужно будет что-то подписать?

– Да, кучу всего, но это потом. Добро пожаловать в институт Шрёдингера! – провозгласил мужчина. – А теперь немедленно выпьем!

Трое чокнулись тяжелыми стаканами. Леха опрокинул свой почти залпом. На дне звякнуло. Монетка? Старая, почти стертая, еще дореформенная, монета в два евро, с каким-то неразборчивым крестом вместо герба.

– Местная традиция. Мы люди современные, но традиции чтим. Считай, что это такая игра.

Леха улыбнулся. Расстегнул пуговицу на рубашке, взялся за амулет из Лимпопо, спрятанный на груди. Прошептал про себя: «…Но страдания наши перейдут в радость для тех, кто будет жить после нас». Заметил, как внимательно следят за ним «ученые», и рассмеялся.

– Тоже традиция, – сказал он. – Я привез ее из Африки. Она поднимает боевой дух и воспитывает смирение. А еще у нас там были могущественные воинские амулеты. Черный Ящик и древнерусская руна на удачу. Очень помогали, знаете ли, очень. И конечно, дух Черного Джонни Уокера, небесного покровителя танкодромов и полигонов… Ладно, не обращайте внимания. Вам, физикам, не понять!

Они расхохотались в ответ, искренне, от души, и Леха увидел: эти – поймут.

Очень хорошо поймут.

Приложение. Рабочие материалы Института Шрёдингера
Новый облик войны

Стратегия и тактика

К середине XXI века после долгого периода застоя военная стратегия и военная тактика наконец совершили настоящий прорыв, сформировав новый облик войны.

Прорыв обороны в войне нового типа осуществляют тяжелые танки и специальные машины на базе танков, идущие вслед за волнами расходных роботизированных боевых машин. Дроны принимают на себя огонь оборонительных систем и выявляют цели для танков, которые поражают их выстрелами из своих мощных орудий. Прижимающиеся к земле вертолеты (а точнее, широкий спектр летательных аппаратов вертикального взлета и посадки) контролируют воздушное пространство поля боя, а также выполняют разведывательно-ударные функции и ведут борьбу с вражескими танками. Шагоходы действуют совместно с ударными вертолетами, ботами и тяжелой пехотой в экзоскелетах, оказывают поддержку танкам и обеспечивают ближнее ПВО поля боя, а при необходимости становятся ядром развертываемой группировки.

Экономической основой войны нового типа являются автоматические фабрики, производящие весь необходимый спектр военной продукции, и автоматизированная система доставки, которая обеспечивает поступление этой продукции конечному потребителю по воздуху, по воде или по земле.

Облик поля боя

Отличительная особенность боевых действий 2030–2040 годов – в том, что всё большую роль в конфликтах играют не вооруженные силы государств, а крупные и средние ЧВК. Частные вооруженные силы прибывают на место проведения операции с помощью обычного грузового транспорта, разворачивают базы, удерживают территорию, ведут военные действия. Широко применяются дроны и легкие шагоходы. У крупных ЧВК в наличии есть танки и ударные вертолеты.

Маркер участия в конфликте кого-то из мировых лидеров или поддерживаемого им ЧВК – это наличие на поле боя ударных шагоходов и тяжелой пехоты в экзоскелетах. Они легко «разбирают» слабую легкобронированную пехоту, дроны и танки прошлых поколений.

К 2040-м годам ЧВК получают широкие полномочия по ведению конфликтов и доступ к военной технике. Формируется рынок доступа к государственным военным инфраструктурам: теперь можно «заказать» авиаудар, применение крылатых ракет, спутниковых средств разведки и прочие дорогостоящие, малодоступные вещи. ЧВК становятся основными акторами на поле боя. У них есть самая современная техника, средства десантирования, полевые ремонтные мощности.